Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Как скальпелем отрезала:

- Потерпите!

- А может к Тургеневу волонтёрить перейдете, а? – жалостливо попросил Черномор, - Я вчера с ним разговаривал, он о вас высокого мнения. Македонский после общения с вами, требует не вина, мяса и танцовщиц, а бумагу и карандаш, чтобы написать вам подробную инструкцию как покорить мир и не попасть в дурдом. Герасим слегла придушил охранника, который нелестно отозвался о вашей манере одеваться и макияже, а его овчарка этого сотрудника покусала.Ржевский утверждает, что вы добрый человек, а это несомненно погубит вашу репутацию.

- Ржевский больше не губит репутации девушек, - по-доброму засмеялась Катя Бакунина, - Мишка Щепкин уже снял ролик, как Ржевский в мундире поручика гусарского полка (Мишка мундир из костюмерного театра принес), с саблей в руке (настоящий клинок взяли под честное слово из запасника музея) используя исключительно цензурные выражения, гоняет от нашей общаги настоящих кобелей (в съемке участвовала овчарка Герасима, Муму) и особей мужского пола претендующих на это звание. В ролике идет строка «Женское общежитие медицинской академии. Покой. Безопасность. Гарантирую. Поручик Ржевский».Скоро ролик запустим на портале «Твое Лукоморье» и в игре «Воскресенье». Со слоганом: «Ржевский может обойтись без мата, а ты?».

- Я не могу, - признался Черномор, - мне всё-таки навязали волонтером Изольду Леснову, она дочь …

- Я знаю, чья она дочь, - закричала Вяземская и ликуя:

- Боже! Боже! Боже! Я всегда знала, что Ты любишь меня, - весело орала Маша, - Спасибо тебе Боже! После дежурства сразу в Храм, поставлю свечи всем святым и передам солидный взнос настоятелю храма на богоугодные дела. Еще раз спасибо Боже!

- А … - хотел спросить Черномор,

- И Несмеянку, это погоняло у Изольды в нашей тусовке, я тоже знаю, - объясняла Маша, - она на два года меня старше, еще в гимназии меня травила, теперь про меня гадости постоянно говорит, пишет и разные подлянки пытается устроить. А уж завидует моим успехам, аж зубы скрипят.

И подвергнув сомнению репутацию Санкт – Петербурга как города высокой культуры, Вяземская перешла на жаргон:

- Ну всё сучка, капец тебе теперь, ты у меня тут так отволонтёришь аж твои правнуки икать будут,

- Вяземская, - встревожился Черномор, - я попросил бы вас…

- Не ссы дядька, - зло бросила Маша, заведующему отделением хирургии, - в ходе съемок не одно животное не пострадает,

- Иван Тимофеевич, миленький, - тут же сменив тон, замурлыкала Маша, - вы же знаете, что я вас люблю,

- Вяземская, вы несовершеннолетняя, - отказался Черномор от ее любви, - оставьте свои домогательства, я не такой, я главврачу жаловаться на вас буду,

Все девушки хихикнули, Спасский неожиданно по-простецки ухмыльнулся и подмигнул девушке,

- Не такой, ну и ладно, обойдусь, - не сдавалась Маша, - только дословно скажите, как эту стерву к вам определили,

- Главному врачу из администрации города приказали принять ее в тоже отделение и в ту же смену, когда дежурит Вяземская, - ответил Черномор,

- Иван Тимофеевич, - забеспокоилась Маша, - а ведь Изольда скандал тут устроит, чтобы меня замарать. Она специально для этого сюда идет и вам всем достанется,

- Я ей тут устрою скандал, - процедила Госпожа Смерть, - я ей покажу как мешать врачам и сестрам работать,

И стала командовать:

- Маша, звони домой своему повару, пусть четыре бутылки самого лучшего виски из вашего погреба, сюда везет и быстро пусть едет, на такси, ты оплатишь.

- Для Харона[9]? - быстро спросил Черномор,

- Для него, - ответила Наташа и объяснила Маше:

- Заведующего патологоанатомическим отделением у нас Хароном зовут. Взятки он не берет, подарок у постороннего не примет. Но после работы, в хорошей компании выпьет с удовольствием, но абы чего не пьет. Мы ему нашу веселую женскую компанию с коллекционными напитками, он нам труп.

- Ты Маша садись пиши главному врачу заявление, что просишь тебя перевести волонтером в морг, копию Спасскому. Так мы Ивана Тимофеевича сразу от возможных неприятностей избавим. Ты Таня через отдел кадров заявление передай и регистрационный штамп на нем поставь, - продолжала говорить Наташа, - Ты Маша не дожидаясь ответа на заявление, со мной и Катей в морг пойдешь. Там все вопросы с Хароном решим.

Вечером уже после окончания рабочего дня они собрались у отдельно стоящего здания патологоанатомического отделения. Пришел главный врач больницы Петровский Василий Макарович солидный немолодой мужчина. Фаддей, Миша Смирдин приехали встретить и проводить домой своих девушек. Наталья Николаевна из отделения хирургии пришла под ручку с Александром Сергеевичем, который заехал за ней.

- Девушки! –подойдя к Маше и Кате, весело спросила Наталья Николаевна, - Вы что такие грустные?

- Мы обещали тебе спеть «Лучинушку», - не отвечая Госпоже Смерть, обратилась Катя к Харону, - мы ее поем. Маша начинай!

То не ветер ветку клонит,

Не дубравушка шумит —

Первым голосом заплакала Маша Вяземская,

То мое сердечко стонет,

Как осенний лист дрожит;

Вторым голосом заревела Катя Бакунина,

Все с растерянными лицами слушали как сидя на давно не крашенной лавочке перед входом в отделение грустно на два голоса поют две обнявшиеся пьяненькие девушки.

Догорай, моя лучина,

Догорю с тобой и я!

Рыдала Катя.

На металлическом столике с облупившейся зеленой краской перед ними стояли: одноразовые стаканы; как трофей чужеземная бутылка виски с яркой этикеткой в которой оставалось напитка граммов на сто пятьдесят и простенькая закуска из мясной нарезки, осетрового балыка, черного хлеба, порезанных свежих огурцов помидоров.

- Мария Петровна, - суетился у столика повар Вяземских подрезая рыбу, - хоть балычком закусите. Ну нельзя же так …

Не житьё мне здесь без милой:

С кем теперь идти к венцу?

Продолжала плакать выпившая румяная Маша, не обращая внимания на кусок балыка из осетрины,

- Нам давай, - потребовал балыка у повара, пьяный Харон сидевший на соседней скамейке, рядом с ним сидел такой же пьяный Черномор,

- Везет тебе, - завидовал Черномору, Харон, - такие девчонки у тебя в отделении работают. Красавицы, умницы. И выпить могут и спеть. А пьют то как, по-нашему, не разбавляя,

- Кто везет, того и грузят, - заплетающимся языком ответил Черномор и печально глядя на изумленного главного врача пророчил:

- Всё! Теперь, он меня точно уволит,

И баритоном влился в песню:

Знать судил мне рок с могилой

Обручиться молодцу.

Расступись,