Сезон костей. Бледная греза - Саманта Шеннон

Один меткий удар – и Альсафи разжал пальцы. Я метнулась в сторону и, угрожающе выставив нож, заслонила собой Себа.

– Назад!

Нашира не шелохнулась, словно перед ней выступал очередной арлекин с опилками вместо мозгов, чья миссия – развлекать высшую расу.

Только сейчас я увидела ангелов-хранителей, о которых предупреждала Лисс. Правда, лишь двух из пяти, но очень сильных. Если попробую атаковать Наширу, меня просто размажут по стенке.

Страж застыл неподалеку, не отводя от меня глаз. Я направила на него клинок.

Альсафи поднес ладонь к ране на боку. На кончике ножа поблескивала золотистая субстанция, точно такая же накануне сочилась из растерзанного предплечья Стража.

– Впечатляет, – чуть усмехнулась Нашира. – Хорошо, если ты отказываешься убивать невидца, попробуй его спасти.

– И вы еще требуете к себе уважения. – Я покачала головой. – Постыдились бы терзать несчастного ребенка, который не может дать отпор.

– Если я не ошиблась на твой счет, Сороковая, его можешь дать ты.

Себ рыдал. Вспотевшими от напряжения ладонями я крепче стиснула рукоятку и повторила:

– Не могу. Просто слейте меня и отправьте нас обоих в Трущобы.

– Такими талантами не разбрасываются, – возразила Нашира. – Алудра, разоружи ее.

Алудра Чертан подалась вперед. Копна безупречно гладких, без единого посеченного кончика светлых волос ниспадала ей до талии. Женщина-рефаим убрала их назад и стянула в узел на затылке.

– Сороковая, это твой последний шанс, – мелодичным голосом предупредила она. – Убей невидца.

Даже возникни у меня такое желание, я бы не смогла. Я понятия не имела, как высвободить фантом, иначе давно бы порадовала Джексона. Никакие его издевки и понукания не действовали. Дар проявлялся лишь под угрозой смерти.

– Нет! – отрезала я.

К Алудре присоединился Страж. Я приняла боевую стойку и медленно задышала через нос.

Хотя в глубине души знала, что проиграю. Рефаимов ножом не одолеть. Кроме двух ангелов Наширы, фантомов поблизости не наблюдается, а значит, созывать арсенал не из кого.

Однако вид Стража напомнил мне кое о чем. Пока я врачевала его раны, кровь рефаима обострила мое восприятие эфира.

По венам Альсафи циркулировал тот же свет.

Я поднесла острие к носу, вдохнула. Ощутила, как вокруг смыкаются ледяные воды эфира. На душе сразу стало спокойнее. Я сконцентрировалась и молниеносным движением метнула клинок в Алудру. Та увернулась, но в буквальном смысле чудом. Тактика сработала – мой глазомер явно улучшился.

Алудра с неприятной легкостью подхватила высокий, почти с себя ростом канделябр.

– Ты лишилась оружия. Впрочем, оно бы тебя не спасло. Ну, что будешь делать?

– Сейчас узнаешь, – пообещала я.

Алудра двинулась на меня. Я попятилась, уводя ее от Себа. Мальчик остался без защиты, однако Страж даже не посмотрел в его сторону, всецело сосредоточившись на мне.

От первого удара мне удалось уклониться. Канделябр обрушился на вырезанную статую, обратив ее лицо в пыль. Я заняла новую позицию, как можно дальше от противницы. Если она без труда размахивает такой бандурой, то запросто сломает мне хребет голыми руками.

Однако метнуть в меня канделябр – такого я не ожидала.

Себ завопил. Я повалилась на пол. Громадина перелетела через весь зал и с оглушительным лязгом приземлилась в дюйме от меня.

Не теряя ни секунды, Алудра подскочила ко мне и рывком поставила на ноги.

– Игры кончились, – прошипела она. – Нам известно, кто ты.

Все произошло стремительно. Голова закружилась, как будто меня перевернули вверх тормашками. Ощущение, словно вот-вот упадешь в обморок, но ничего не можешь предпринять.

С чудовищным опозданием до меня дошло, что Алудра выкачивает мою ауру, пожирает ее. Глаза женщины вспыхнули алым.

– Алудра! – резко окликнул Страж.

Та искоса глянула на него. У меня во рту возник металлический привкус, по щекам заструилась влага.

Теперь понятно.

Понятно, почему у рефаимов меняется радужка.

Алудра ослабила хватку. Ноги подкосились, и я рухнула на пол. Провела ледяной ладонью по щеке – пальцы обагрились кровью.

– Столько возни ради невидца, – презрительно фыркнула Алудра. – В Лондоне мальчишка бы смотрел, как ты болтаешься в петле. Поменяйся вы ролями, думаешь, он бы хоть пальцем пошевелил, чтобы тебя спасти?

Чуть поодаль блеснула сталь. Нож, пущенный в Алудру, валялся совсем рядом. Дотянуться бы до него и вонзить твари в глаз.

Алудра оказалась проворнее и, придавив мое запястье сапогом, подняла клинок.

– Жалкое зрелище, – констатировала она. – Ты не годишься даже для Трущоб.

– Согласна, – вторила Нашира. – Нельзя приютить всех.

– Нет, – прохрипел Себ. – Умоляю, не надо! Пейдж!

Острие уперлось мне в горло. Джексон, Ник и прочие даже не узнают, почему я исчезла.

Сталь обожгла плоть.

Внезапно меня отбросило в эфир.

Призрачная оболочка осязала безмолвный вакуум, наполненный звездными сферами лабиринтов. Попытка атаковать Алудру грозила верной смертью, настолько древним и мощным было ее сознание, однако высокомерие ослабило броню.

Фантом протаранил ближайшую сферу.

Алудра нападения не ожидала, поэтому мне удалось проникнуть так далеко и оттеснить ее лабиринт в абиссальную, вторую по счету зону.

К несчастью, противница быстро опомнилась и выставила заслон. Меня как пробку вышибло обратно. Голова раскалывалась от боли. Я распростерлась на полу, судорожно хватая ртом воздух.

Получилось.

Рука метнулась к горлу. На коже осталась лишь маленькая царапина. Рядом со мной на боку лежала поверженная Алудра. Ослепленная болью, я с трудом поднялась – загнанный зверь, что мечется среди охотников в поисках спасения.

Комната накренилась. Очертания рефаимов расплылись, только глаза по-прежнему горели ярким светом среди колеблющихся огоньков свечей. Себ звал меня по имени. Я обернулась. В памяти засело, что нельзя не откликнуться на такой зов.

Финн, не бросай меня.

Шатаясь, я двинулась вперед – и налетела на Стража. Тот поймал меня за руку. От человека такой жест воспринимаешь как желание помочь, но сейчас я испуганно отпрянула и почти по инерции ринулась в атаку.

Но на сей раз не добралась даже до эфира и, обессиленная, рухнула навзничь.

Прости, Лисс.

Алудра кивнула Нашире. Та обратила на меня взгляд:

– Мои догадки подтвердились: ты грезящая странница.

Под сводами воцарилось молчание. Наконец, кто-то из рефаимов произнес:

– Поздравляю, наследная правительница. Твои долгие поиски вознаграждены.

Невыносимая боль проникала в каждую клеточку, лишая возможности сопротивляться. Альсафи наклонился и рывком поставил меня на ноги. Страж встал рядом.

Тем временем Нашира переключилась на Себа. Мальчик устремил на нее затравленный взгляд.

– Благодарим за верную службу. – Великанша поравнялась с пленником и почти ласково коснулась посеревшего лица. – Ты очень нам помог.

Прежде чем Себ успел вымолвить хоть слово, женщина неуловимым движением свернула ему шею. Раздался