Война песка - Дмитрий Львович Казаков

Пришлось слегка отстать, чтобы не наступать на пятки основным силам.

— Да не получается ничего! — не выдержал я, огрызнулся, когда на меня в очередной раз надавили, чтобы я тренировался.

— Да ты просто ленивый, ни на что не годный… — начала Лана, но Гита остановила ее.

— Подожди, — сказала она. — Нужно сделать паузу, дать передышку. Сколько ты на службе в ЧВК?

— Двадцать семь дней, — ответил я.

Ведьмы переглянулись.

— И за это время твой разум, — брюнетка подняла руку и начала загибать пальцы, — столкнулся… во-первых, с шестиглазом ульдианским, во-вторых, с творениями полигона двух видов, с эквинатскими псевдолюдьми, — имелись в виду девчонки из группы «Балда», — потом еще с истинными аборигенами, с теми, кто открывает червоточины, и с каннибалами… шесть видов сознаний, либо совсем нечеловеческих, либо не совсем человеческих. Совершенно ничего удивительного, что твои способности начали развиваться так быстро.

— Удивительно, что ты с катушек не съехал, — Лана вздохнула. — Ладно, отдыхай.

Так что они оставили меня в покое, позволили сосредоточиться на единственной задаче — идти, что тоже не так просто, если ты устал до предела, хочешь пить и жрать, и двигаешься по песку. Хорошо хоть нас оставила в покое та сила, что пыталась заманить в световую стену, накрыть ментальной червоточиной.

Может, потеряла из виду, может у нее закончились «батарейки».

На подходе к оазису Цзянь приказал всем залечь, и отправил вперед разведку. Организовать засаду в густых зарослях — очень логичный шаг; но внутри не обнаружили никого.

Так что мы оказались там же, откуда начали свой поход на закате.

Я стащил каску, избавился от бронежилета, и некоторое время сидел, вытянув ноги, чтобы дать отдых гудящим мышцам. Затем все же поднялся, ведомый зовом мочевого пузыря, и мимо ведьм, рывшихся в собственной поклаже, отправился в сторону пустыни.

Отойти за вот этот небольшой барханчик, и там можно будет облегчить душу.

Я сделал свои дела, и тут за спиной раздались шаги — похрустывание песка под берцами. Повернувшись, я обнаружил перед собой Хулио, усатого и бородатого Мэнни, нашего гранатометчика, и между ними Фернандо.

— Что, козлина, не ждал? — спросил мексиканец. — А мы пришли спросить с тебя. Пояснишь братве?

Я молчал — в такой ситуации не помогут слова.

И еще в свое время Фернандо в одиночку уделал меня как бог черепаху, он рукопашник не мне чета. И другие двое парни крепкие, во всяких передрягах бывавшие, один через картели прошел, другой, если судить по рассказам, с восемнадцати лет на службе в разных интересных конторах.

Кулаки мне тоже не помогут.

— Что это за исчадия ада в женском обличии, хм? — спросил Мэнни.

— Ты уже отлизал обеим⁈ — Хулио приплясывал на месте, потирал кулаки. — И жопы? Жопы наверняка.

Я молчал и смотрел на Фернандо — тут верховодит именно эта безволосая тварь.

Судя по повадкам, по властности, он тоже из шайки поедателей священной плоти. Доказательств у меня не было, как они якшались с Цзянем, я не видел, но слишком уж манерами он походил на Джавала и его дружков.

— Кто они? Что ты о них знаешь? — спросил Фернандо. — Да ладно тебе молчать. Глупо. Эти тварюшки выпьют твою кровь и бросят умирать. Мы для них пешки, не больше.

— Ты знаешь о них больше меня, — я пожал плечами.

— Да чего с ним говорить! Гаси его! — и Хулио бросился на меня.

Отреагировал я вяло, замедленно, а в следующий момент случилось нечто, чего я не понял. Ощущения были такие, словно я вставил на место последний кусочек головоломки, провернул кубик Рубика, и все встало на свои места… я сделал шаг в сторону, махнул руками.

Хулио упал, перекатился, словно кот.

— О, это что-то новое… — сказал Фернандо, а узкие глаза Мэнни стали внезапно широкими.

Я ощущал искажения пространства, создаваемые этой троицей… и мог вкладывать в эти искажения свои, как-то манипулировать ими. Я совершенно не понимал, что делаю, но это мне ни капельки не мешало, как не мешает нам ходить отсутствие знаний по анатомии суставов и мышц.

Хулио поднялся, но в движениях его я прочитал неуверенность.

— Не надо, — сказал я. — Я правда не знаю.

На этот раз они бросились вдвоем — мексиканец и европейский поклонник толерантных ценностей. Я вновь ощутил то же самое, что и в прошлый раз, опять пазл сошелся с негромким хрустом, и мне осталось только проделать набор несложных движений: тычок вперед, прыжок вбок, наклон и шаг обратно.

Две головы столкнулись с сухим треском грохотом, Хулио завопил, поминая «Святую Деву». По лицу Фернандо, заливая глаза, потекла кровь, он отскочил и схватился за разбитую бровь.

— Хм! — сказал Мэнни, глаза которого стали еще больше.

Я пошел в сторону оазиса, не обращая внимания ни на него, ни на двоих остальных. Гранатометчик предпочел отступить — из этой троицы он был самым разумным и самым сдержанным.

Из-за спины неслись проклятья мексиканца, но мне было наплевать.

А вот не наплевать мне стало, когда меня встретили напряженные, внимательные взгляды. Они все знали, что происходит, что эти трое отправились за мной следом не для того, чтобы обсудить последние игры КХЛ… и никто не шевелился, не волновался, не пытался оказать помощь.

Даже те, кто вроде бы не шарахался от меня и разговаривал со мной — Вася и Сыч.

В груди сдавило — неужели я стал окончательно чужим для тех, с кем столько времени провел рядом?

— Да ты прямо красавчик, молодец, — Гита встретила меня таким взглядом, после которого обычно следует сочный поцелуй и игры в постели.

— Я от тебя такого не ждала, — не утерпела Лана.

Но я даже смотреть на ведьм не стал, просто лег к ним спиной и закрыл глаза, надеясь, что сон придет быстро. Но из зарослей донеслось шуршание, зашелестели усаженные иглами листья, и у нас появилась компания.

— Девчонки, вы тут не скучаете? — ну вот, Эрик явился, странно что так поздно, что он до сих пор ни разу не пытался пустить в ход свои навыки выдающегося соблазнителя.

Скорее всего мешала боль в руке… хотя нет, это все мелочь для настоящего донжуана. Вероятно он тоже