Ответный ход - Анна Кондакова

Пять пилотов и их титаны — Зевс, Анубис, Прометей, Афродита и Локи.

Два локатора — Захари и Коста.

Два эксперта — полевой координатор Мэй и сервисный инженер Банни Роу.

Пятеро альф — это весь пятый отряд под командованием Эслера. Туда же входил и Эббе Торгерсен.

Нас действительно осталось мало. К тому же, мы сейчас находились далеко от крепостей, и связи с ними у нас не было. Она оборвалась на подходе к восточным склонам.

Наша маленькая группа должна была действовать не только быстро и скрытно, но ещё и точно.

Нельзя было упустить след, но и нельзя было приближаться к Куколке, чтобы самим не стать её жертвой.

— Если почувствуете головокружение, слабость и ноющие боли в костях, то сразу предупреждайте группу, ясно? — строго предупредила всех эксперт Мэй. — Это симптомы того, что вы заходите в зону влияния Куколки. И сразу проверяйте лимб. Если его свет начнёт тускнеть — то это будет означать, что истощение уже началось.

Мы отправились в путь.

Оба локатора ехали впереди на своих кошках и указывали путь. Причем смотрелось это забавно: огромный массивный Мега-Лев золотистого окраса и грациозная небольшая кошка Секси полностью чёрного цвета.

Перед Захари постоянно висела карта, которая обновлялась в реальном времени и открывала сектора на пару километров вперёд.

Орфео же держал перед собой немного другую карту — с одним лишь направлением. Там даже точки не было, лишь едва заметная линия со стрелой. Это значило, что Орфео не может определить, за каким именно существом он следует.

Для его лимба это было просто «некое существо».

Абориген, циклоп или просто какой-то зверь — никто не знал, кто это.

Пока мы спешили в сторону центральных хребтов, оба наших эксперта пытались понять, что за существо без магии переносит Куколку по Горам Гохт.

Они искали знания прямо на ходу.

Роу в этом плане было удобнее — она ехала позади Эббе и не управляла животным, поэтому могла перебирать свитки из своего лимба быстро и сосредоточенно.

А вот координатор Мэй одновременно управляла буфогром и шарила по своей Области Памяти.

Через полчаса она наконец выдала свой неутешительный вердикт:

— Я подняла и перепроверила все свои свитки и научные трактаты из лимба. Нет ни единого упоминания о подобных существах. Лишение магии — это лишение связи с Эхо, а значит смерть. За двадцать один год колонизации мы не встречали разумных особей без магии.

— А если это не разумное существо, эксперт Мэй? — спросила Роу.

— Исключено! — отрезала Мэй. — Оно действует совершенно разумно, когда выбирает маршрут. К тому же, флора и фауна Эльдоры вся пропитана Эхо. Оно везде. В этом Узле нет ни единого создания без магии в той или иной степени. От самых древних циклопов до самой маленькой травинки.

Роу удручённо вздохнула.

— Я тоже у себя ничего не нашла. Все свитки и трактаты только о существах с магией. Тогда кто же это?..

Ещё пару часов они решали головоломку, потом замолчали, так и не придя к однозначным выводам.

Путь продолжался.

Нас окружали горы, местность становилась всё более аскетичной: скалы, отвесы, минимум растительности.

Горы Гохт не были похожи на земные цепи. Они вздымались из недр чужой планеты, как отлитые из чёрного металла монолитные хребты. Ближе к вершинам угольная чернота сменялась мерцающим серебром. И это точно был не снег (откуда бы ему взяться?).

Этот холодный блеск вершин делал горы похожими на застывшую корону. В их очертаниях не было привычной земной плавности: некоторые пики рвались вверх острыми, неестественно прямыми иглами.

И чем ближе мы подходили к хребтам, тем становилось яснее, что серебро вершин — это каменная порода, покрытая мельчайшей зеркальной крошкой.

Именно она мерцала и переливалась при малейшем движении Эхо, а оно тут было настолько нестабильным, что даже на карте локатора МР-шесть порой исчезали все знаки, и он становился слеп.

Ветра здесь не было и не могло быть — лишь тишина и нестабильное Эхо. Иногда слышался низким гул, идущий из недр самих хребтов.

Горы Гохт жили своей жизнью, равнодушные ко всем, кто пытался тут выжить. Им было плевать, кто возьмёт верх — люди или аборигены. Они прекрасно могли существовать и в одиночестве.

Линия со стрелкой на карте Орфео порой становилась почти прозрачной, порой опять обретала чёткость. Он то и дело бормотал, что теряет чувствительность из-за помех и нестабильного Эхо в горах.

Ещё через час он внезапно убрал карту и остановил свою кошку.

— СТОП! ПРИЕХАЛИ!

Ничего не объясняя, Орфео спрыгнул на каменистую землю и зажмурился. Так сильно зажмурился, что по его щекам потекли слёзы.

— Что случилось, Коста? — забеспокоился Захари.

Он тоже спешился и подошёл к парню.

У того задрожали губы, но он ещё держался.

— Я потерял след… он пропал… пропал… — зашептал Орфео.

Наверное, он бы хотел, чтобы этого никто не слышал, но его слова были отлично слышны у всех в наушниках.

— Ничего, успокойся, — хладнокровно произнёс Захари. — Мы поймаем след снова. Такое у локаторов бывает.

Но Орфео его будто не услышал.

Он распахнул глаза, красные и воспалённые, и обернулся, посмотрев на весь отряд.

— Простите! Я всех подвёл!

От гнева на самого себя он обхватил голову и чуть кудри себе не выдернул:

— Ну как так-то⁈ Я же чувствовал! Чувствовал эту тва-а-арь! А теперь ничего не ощущаю! Полный ноль! Она ускользнула! Ну и какой я после этого локатор! Слепой дурак!!! А мы разделились! Нас мало, и мы погибнем!..

— Прекрати истерику! — оборвал его Захари. — Локаторы — это не только следопыты и составители карт, не только полевые разведчики, но ещё и стратеги. Мы должны понимать мысль врага и опережать его. Нужно сменить тактику.

Орфео перевёл дыхание, перестав орать, затем уселся на ближайший камень и опустил голову.

— Простите, глава Захари. Простите, я сорвался. Просто сложно оставаться спокойным, ведь мы всё просра… упустили.

Захари перебросился парой тихих фраз с Мэй, а затем объявил:

— Отдых пятнадцать минут!

Услышав про отдых, в моём наушнике забормотал Данте:

— Ну наконец-то… ух, чёрт. Отлить хочу, просто не могу, лопаюсь. Все пятнадцать минут буду отливать, прям с наслажде-е-ением!

Он выгрузился из титана первым, чуть ли не выпрыгнул оттуда и понёсся за ближайшую скалу.

Я же ещё раз окинул взглядом Горы Гохт с высоты Прометея, зачем-то вгляделся в серебристые вершины вдалеке, будто я тоже локатор, и только потом выгрузился.

Орфео всё ещё сидел на камне с опущенной головой, поэтому я сразу отправился к нему.

— Эй, дружище…

— Не надо меня