Гром и молния. Том 1 - Amazerak

Варианта, по большому счёту, было два: либо покупать жильё, либо арендовать. Юлия советовала второй. Вначале надо обжиться, а потом думать о собственной недвижимости, если решу окончательно обосноваться на Урале, в чём я не был уверен. На том и договорились.

Второй момент — где именно арендовать жильё: в центральных дворянских кварталах или поближе к дому Муравьёвых. В первом случае мне предстояло жить в городской квартире. Тётя успокоила меня, заверив, что она будет достаточно просторной, но мне всё равно не нравились перспективы оказаться замурованным в бетонной коробке. Зато в городе было безопаснее. Даже в периоды кровопролитных войн между аристократическими кланами дворянский квартал Екатеринбурга считался местом неприкосновенным, где враги обязывались соблюдать нейтралитет.

Мне больше нравилась идея поселиться в особнячке с собственным участком, но уединённое проживание где-нибудь в пригороде повлечёт за собой дополнительные риски.

После некоторых раздумий я остановился на варианте с городской квартирой. Решил попробовать. Не понравится — поищу место получше.

Таким образом, тётя тоже получила задание. А мне не оставалось ничего другого, кроме как ждать, когда работа будет выполнена, и заниматься своим делом, то есть учиться.

За следующие два дня тётя нашла несколько вариантов съёмного жилья, и по вечерам мы ездили их смотреть. Квартиры действительно оказались роскошными и большими, имели до десяти комнат, и их аренда, соответственно, стоила недёшево: три-четыре тысячи в месяц. Суммы казались мне колоссальными, но правда заключалась в том, что мои доходы были многократно больше. Такие траты я мог себе позволить легко. А вот купить жильё — уже другое дело. Для этого пришлось бы раскошелиться.

Больше всего мне понравилась квартира, которую мы смотрели во второй день. Она располагалась на достаточно тихой улице, окна выходили на большой зелёный сквер. А буквально через два квартала находился торговый центр «Парадиз» — тот самый, где я поссорился с Щербатовым. Квартира была светлая и просторная, имела современный интерьер и восемь комнат. Арендодатель просил за неё три тысячи двести рублей в месяц.

Юлия сказала, что хочет ещё пару вариантов взглянуть. Вдруг те мне больше понравятся. И мы условились заняться этим следующий вечером. Но когда в четверг после лекций я позвонил ей по сотовому и сказал, что готов ехать, тётя попросила зайти в её комнату, чтобы обсудить наедине один важный вопрос.

Когда я пришёл, она сидела за столом и внимательно смотрела на экран ноутбука.

— Даниил, пойди сюда.

Я подошёл. На экране была открыта карта южной части Российской империи.

— Час назад позвонил Вениамин Георгиевич. Его человек нашёл след Детей бури.

— Где? — я склонился над столом, уставившись на карту, сердце заколотилось быстрее от волнения.

— Земли севернее Брянска. Там они проезжали совсем недавно. Похоже, движутся на юг.

— На юг? Но… зачем? Там жарко и почти нет городов. Только пески.

— Чёрное море. Думаю, они хотят поселиться на побережье. Таковы наши предположения. Но найти их пока не удалось. Южнее проживает какое-то враждебное племя, и разведчиков возникли проблемы.

Чёрное море… Я слышал рассказы стариков о том, что на морских побережьях много пастбищ и плодородных земель, что там — настоящий рай для кочевников. Но на самом деле никто точно не знал, что творится на юге. После Катаклизма там осталось слишком мало городов, зато пустоши были необъятными. И обитали там не только опасные твари, но и, как оказалось, враждебные племена, которые не очень-то любили гостей. Двигаясь на юг, Дети бури обрекали себя на гибель. Их следовало остановить как можно скорее. Проблема лишь в том, что их до сих пор не нашли.

— Я должен поехать туда и найти их, — сказал я.

— Но зачем? Что ты хочешь добиться? — удивилась тётя. — К тому же завтра ты летишь в Печору. Тебя ждут дела компании. Ты сам так решил.

— Да-да, знаю. Но полёт в Печору откладывается. Вначале я должен встретиться со своими и решить с ними все вопросы. Им угрожает опасность, и если мы промедлим… всё может очень плохо кончиться. Так что вначале — клан, потом остальные дела.

— Извини, Даниил, но я считаю, в этом мало смысла. Мы попробуем разузнать про клан и…

— Я решил, тёть Юль, даже не спорь. Отправляемся в Брянск. Сам встречусь с разведчиками. Готовь самолёт.

— Да уж… кажется, отговаривать тебя бесполезно, — тётя вздохнула. — Значит, летим в Брянск.

Глава 12

Мой небольшой частный самолёт плыл в безоблачно вышине, а далеко внизу, насколько хватает глаз, раскинулись безликие жёлтые просторы. Я снова летел в другой город. За две недели моей новой жизни мне довелось попутешествовать больше, чем за предыдущие восемнадцать лет.

Я сидел в большом кожаном кресле, тётя Юля расположилась напротив. Она захотела лично сопровождать меня в поездке. Хорошо хоть, муравьёвские ратники не полетели, и на том спасибо.

— Ты, вероятно, встретишься с членами своего бывшего клана, — сказала Юлия. — С теми, кого ты считал родственниками. Надо условиться, что будем говорить им по поводу тебя и твоего положения.

— Мы всё ещё скрываем обстоятельства моего появления в клане?

— Чем меньше людей знает, тем лучше. Думаю, не стоит распространяться.

— Да, наверное. Но помнишь, о чём мы условились: со своими говорить буду я. И им придётся что-то сказать, когда они спросят про мою новую жизнь. Они ведь до сих пор думают, что князья забрали меня на службу. И тут я приеду и начну распоряжаться. Возникнут вопросы.

— Ничего страшного. Просто скажешь, что говоришь от имени главы рода. С них этого хватит.

— Рано или поздно они узнают, особенно если поедут с нами в Екатеринбург.

— О нет, мы же уже обсуждали этот вопрос! Они не поедут на Урал. Там им делать нечего. Никто не обрадуется появлению кочевого племени в окрестностях Екатеринбурга.

— А здесь что им делать? Посмотри, — я кивнул в иллюминатор. — Сплошные пески. Здесь негде пасти скот. Да и жить негде.

— Мы пока не знаем, где они. Может, уже к морю уехали, а мы напрасно теряем время.

— Посмотрим… — я не стал спорить. Второй раз поднимал эту тему, и каждый раз Юлия противилась идее перевезти Детей бури на Урал. Я же твёрдо вознамерился это сделать, если, конечно, кто-то из клана выжил.

Самолёт пошёл на снижение. У