Гром и молния. Том 1 - Amazerak

Под Москвой все кочевники князьями контролируются. Стычки иногда случаются, но лютуют редко. Поверьте мне, человеку, который прожил в Брянске с самого рождения: здесь значительно хуже. Южнее, вёрстах в семидесяти отсюда обитает племя одно, называют себя «Тенями пустыни». Злые, как черти. Мы с ними не бодаемся. Они сюда не суются, мы не лезем к ним. Хотя нет-нет, да борзеть начинают. Тогда, понятное дело, получают по морде и сваливают к себе. Но там, на юге, никакой власти нет, кроме них. Они держат у себя десяток оазисов, занимаются работорговлей, контрабандой и всем, чем придётся. Рабов через Балканы на запад. Дело считается выгодное. Так что если ваш клан на их землю ступил, возможно, их уже перебили, а кого не убили, в цепи заковали и отправили на невольничий рынок. Таков расклад. Я объяснил, как есть, не обессудьте, — Державин достал пачку сигарет и закурил. — Мне искренне жаль. Надеюсь, что ваши люди всё-таки двинулись в другом направлении.

— А на море кто-то есть? — спросил я. — Есть там свободные территории?

— Земель возле моря много, но свободных пастбищ вы там не найдёте. Их всем заняли ещё к середине двадцатого века местные. Возле моря с самого Катаклизма шли кровопролитные бои. Кто сильнее оказался, тот и сел править. Сами понимаете, новое племя они не примут с распростёртыми объятиями.

— Благодарю за информацию. Будем осторожнее, — сказал я. — К сожалению, машин у нас нет. Ищем, где арендовать вездеходы. Не поможете?

— Да не вопрос. Вездеходы есть. О цене договоримся. Только видите, как метёт. Сегодня-завтра дни будут невыездные. Если и распогодится, то не раньше, чем пару дней.

О цене мы договорились быстро, хотя мне и казалось дороговато, но торговаться не стал. В случае потери или повреждения техники нам предстояло отвалить круглую сумму. Затем мы пообедали в компании Державина, после чего его человек отвёз нас на базу.

К тому времени мело уже так, что разглядеть дорогу в пятидесяти метрах перед собой представлялось задачей непростой. Хорошо хоть, что было недалеко. В гараже на базе, что располагалась за жилыми кварталами, нашлись два старых, гусеничных вездехода «Самара-2». Они имели пятиместную кабину, небольшие багажные отсеки, а над крышами торчали шноркели.

Моя тревога после разговора с Державиным усилилась. От мысли, что сестра, мать, другие женщины из нашей общины попали в лапы к каким-то выродкам, которые продадут их в рабство, внутри поднималась волна негодования и отчаяния. Хотелось как можно скорее найти уродов и испепелить их всех, но прежде помучить хорошенько в наказание за страдания мой общины. Но из-за чёртовой песчаной бури я должен был сидеть в городе и ждать, в то время как мои родные и близкие, возможно, томятся в плену.

Одно утешало: сейчас не только мы были прикованы к месту, но и племя работорговцев. Даже если мои приёмные родственники попали в плен, они останутся в поселениях Призраков пустыни до тех пор, пока не распогодится.

Обратно в город кое-как добрались. Нам надо было в гостиницу. Она находилась тоже на одной из центральных улиц. Впереди ехал человек Даржавина на «Агате», за ним — Герой на первом вездеходе, следом — мы с Юлией на втором. Я сам села за руль, чтобы попривыкнуть к управлению на случай, если понадобится вести машину по пустыне. Ползли мы еле-еле.

— Как тебе этот Державин? — спросил я.

— Сложно сказать, что он за человек — проговорила Юлия. — Похоже, он тут все заправляет.

— Мутный тип, как по мне.

— Какое нам дело? Он дал нам вездеходы, остальное в данном случае не имеет большого значения.

— А что, если он сам этих «призраков» контролирует?

— Не похоже. Но исключать не будем. В любом случае нам надо быть осторожными. Места здесь опасные. Цивилизации нет, одни дикари вокруг.

— Осторожными… — повторил я. — Если мои родные пострадали, я сожгу молниями всех этих ублюдков.

— Прости, но нас не так много, чтобы идти войной против целого племени.

— Хочешь сказать, мы отступим? Я не уйду, не выяснив судьбу моих людей. Я не позволю продать их в рабство.

— Можно по-разному решить проблему. Не обязательно драться. Если выяснится, что твои приёмные родственники находятся в плену, можешь их выкупить. Думаю, оставшихся трёхсот тысяч для этого хватит. Рабы обычно стоят десять-двадцать тысяч.

— Чтоб я этим сукам ещё и платил⁈ Да пошли они!

— Мне было бы тоже досадно, но… иногда стоит заплатить. Когда меня и ещё пару человек Ламсдорфы взяли в плен, нас выкупили. И… это был на тот момент лучший выход. Иначе нас всех просто поубивали бы.

— Ты побывала в плену? Вот это да… — я очень удивился данному факту и даже проникся сочувствием к тёте, ведь она тоже пережила много ужасов.

— Случалось и такое. В бою убили моего мужа и… В общем, это не имеет значения, — осеклась тётя. — Возможно, ты напрасно за своих переживаешь. У Детей бури много бойцов и оружия. Так просто пленить себя они не позволят. Даже если на них напали, они, скорее всего, отбились.

— Будем надеяться.

В гостинице мы нашли ещё троих ратников. Все наши снимали комнаты на одном этаже. Это были полноватый азиат Азамат, коренастый крепыш Сергей «Ёж», возглавлявший отряд, и высокая, светловолосая девушка Елена. Она обладала необычным даром: управление эфирными существами. Я пока не знал, что это такое, но вроде как что-то очень полезное.

Ратники наши имели с собой всё необходимое снаряжение: оружие, патроны, всякую амуницию. Причём нам с тётей тоже привезли кое-что интересное вместе с двумя комплектами камуфляжной формы из укреплённого, зачарованного волокна.

Остаток дня я разбирался с новым оружием, сидя в отдельном номере. Мне выдали новые штурмовые винтовки «Удар». Они имели заднее расположение магазина, были более компактные, лёгкие и удобные, чем «Калаши» столетней давности. На композитном цевье, выкрашенном в камуфляж, и ствольной коробке имелись планки для дополнительного оборудования. К автоматам прилагались коллиматорные прицелы.

Форма выглядела обычно, как и у всех ратников, но с внутренней стороны на воротнике имелась маркировка «Ф. Т. Х», что означало сопротивление физическому, термическому и химическому воздействию, а также тип ткани А-30 — не самый высокий класс защиты, но вполне приемлемый. На рукаве красовался шеврон с гербом: шлем русского воина, под ним — два скрещенных меча и каменный кулак. Фон делился на четыре квадрата красного и синего