Новгородец-2 - Георгий Георгиевич Смородинский

— А ещё наши миры связаны сильнее, чем можно было представить, — со вздохом констатировала волхва. — И теперь понятно, почему этот кажется отражением того.

— А когда Лилит пришла в этот мир? — уточнил я, осененный внезапной догадкой.

— Сейчас тысяча двести тридцать второй год по латинскому летоисчислению, — не задумываясь ответила Велеслава. — Оно ведется с момента появления Терны. А что?

— У нас там точно такое же летоисчисление, — пожав плечами, со вздохом пояснил я. — Монголы пришли сюда зимой тридцать седьмого.

Ну да… Мог бы сразу понять, когда сюда пришла Терна. Появление новой религии — ещё одна ключевая точка для обоих миров, но мне от этого ни холодно, ни жарко. Ну, разве только считать теперь будет привычнее. Ещё не понятно, как сюда попала Лилит и куда подевались все остальные участники тех древнейших событий? Впрочем, правду мне об этом все равно никто не расскажет. Никто, кроме Лилит, но с ней мне встречаться больше не хочется.

— Я почти ничего не понял из того, о чем вы тут говорили, — Мстислав тяжело вздохнул и посмотрел на волхву. — Если, как ты говоришь, наш мир — отражение того, откуда пришел Олег, то договориться с князьями вряд ли получится. Там не получилось, и здесь будет то же самое…

— Здесь есть Олег, — жрица кивнула на меня. — Он расскажет…

— Что он расскажет? — с досадой выдохнул Мстислав. — Ты думаешь, кто-то ему поверит кроме отца? Кто он для них? Семнадцатилетний выскочка, где-то раздобывший меч князя Владимира и которого одарил лес? — Мстислав посмотрел на Зиму, вздохнул и опустил взгляд. — Да, парень убил чудовище, но какое это имеет отношение к грядущим событиям? Олега, возможно, выслушают. Может быть, даже решат выступить навстречу монголам сообща, но ты же помнишь, чем это закончилось девять лет назад?

— Вот поэтому государь должен быть только один! — я пожал плечами и посмотрел на Мстислава. — Других вариантов у нас просто нет.

— И как ты себе это представляешь? — боярин усмехнулся и встретился со мной взглядами. — За пять оставшихся лет убедить или покорить всех невозможно. Боги в этом нам не помогут. Если бы они могли вмешаться — тебя бы здесь не было.

— А зачем нам все? — я удивленно приподнял брови. — Владимиро-Суздальского, Новгородского и Псковского княжеств будет достаточно, чтобы разгромить вторгшуюся орду. И зря ты думаешь, что боги нам не помогут. Они привели меня сюда, и я буду говорить от их имени.

— Хм-м… — Мстислав почесал бороду и посмотрел на волхву.

— Ага, — Велеслава улыбнулась и кивнула на меня. — Олег убеждать умеет. Ты слушай его, слушай…

— Во Владимире, Ростове, Суздале, Новгороде и Пскове сидят Всеволодовичи, — продолжил говорить я. — Уж кому-кому, а братьям договориться между собой проще.

— Братья ходят друг на друга как бы не с большей охотой, чем на кого-то еще, — не поворачивая головы, хмуро буркнул боярин. — Ты сам это знаешь прекрасно…

— Знаю, но никто же не собирается договариваться сейчас, — я пожал плечами. — Как ты думаешь, что будет, если во всех названных мной городах появятся предсказатели, которые будут говорить народу то же, что я недавно сказал тебе? А если ещё и волхвы будут подтверждать эти их предсказания? Сначала объясним все народу, а с князьями договариваться будем потом…

— Ну не знаю, — боярин тяжело вздохнул и покачал головой. — Толково придумано, но кроме «договориться» есть еще несколько неодолимых проблем.

— Серебро, железо и люди? — я улыбнулся. — Эти проблемы тоже можно решить.

— Ты, я смотрю, подготовился к разговору, — Мстислав посмотрел на меня и усмехнулся. — Только ты забыл о Пскове. Он же был в числе перечисленных городов.

— Нет, не забыл, — я покачал головой и, подобрав с земли окатыш, подкинул его на ладони. — Но сюда же скоро прибудет отец? Вот пусть он и решает, как забирать город обратно.

При этих моих словах боярин отвёл взгляд, нахмурился и произнёс:

— Нет, Олег… Твой отец сюда не придёт. Он не может уйти из Новгорода.

[1]В нашей истории таких походов было два. В 941 и 944 годах.

[2]Автор напоминает, что не все в книге совпадает с реальной историей. Так Юрий Всеволодович — отец Олега — никогда не сидел в Новгороде, а его брат Ярослав (отец Александра Невского) никогда не был Великим князем Псковского княжества, которого тоже не было. В нашей истории Владимир Всеволодович князь Стародубский, еще один брат отца Олега, умер в 1227 году. Здесь он жив и сидит в Ростове.

[3]Ингварь — Великий князь Рязанский. Умер в 1235 году. После него правил сын — Юрий, убитый во время осады Рязани.

[4]Константи́н Все́володович (18 мая 1185 — 2 февраля 1218) — князь Новгородский (1205–1208), князь Ростовский (1208–1216), Великий князь Владимирский (1216–1218).

[5]В 1212 году после смерти отца между братьями возгорелась борьба; младшие их братья переходили на сторону то одного, то другого из старших братьев. Константин, опираясь на право старшего в роду, начал добиваться великого княжения, и Юрий, желая покончить миром, уступал ему Владимир, а себе просил Ростов, но Константин не соглашался, желая взять себе и Ростов и Владимир, а Юрия отправить в Суздаль. Все закончилось битвой на берегу реки Липицы. Юрий с Ярославом проиграли и бежали, а Константин торжественно вошел во Владимир.

[6]Демоница Лилит упоминается в Талмуде. Как первая жена Адама, она описывается в Алфавите Бен-Сира (700– 1000 годы н. э.) и каббалистической Книге Зогар. В тексте Танаха слово לִילִית — «Лилит» появляется в Книге Исаии, но традиционно переводится как «ночное привидение».

Глава 12

— Что случилось? — я сжал камень в кулаке и перевел взгляд на Велеславу. — С ним все в порядке?

— С ним — да, — Мстислав покивал. — Но в городе со дня на день может начаться бунт. Мне не известны подробности, но, как я понял, Волот был не единственный, кто продался Терне.

— Кто-то пообещал купцам большие торговые привилегии на закате, и мнения на вече разделились, — добавила к сказанному волхва. — Было шумно, и кого-то там даже убили. Сейчас все вроде спокойно, но стоит князю с дружиной уйти — и вернуться будет непросто.

— Ясно, — я вздохнул и перевёл взгляд на боярина. — Ну а нам-то что делать тогда? Мы же не можем вернуться обратно?

— Решать велено мне, — чуть поколебавшись, ответил тот. — Только я пока ничего не решил. Ждал, пока ты очнешься…

— Ждал меня? — я непонимающе поморщился. — Ты серьезно думаешь, что