Дом Вечности - Мара Вульф

– Ни за что.

– Это приказ, а не просьба.

– У меня немного времени. Но на твою дурацкую гонку хватит.

– Уверена? Иначе не полетишь.

– Хватит со мной нянчиться, – возвращаю ему практически те же слова, что он недавно бросил Роуэну. – Я справлюсь. Мне не нужен защитник. Ты проверил линии у остальных?

– Нет. Но…

– Вот и молчи тогда, – обрываю я его. Я прекрасно понимаю, что рискую собственной жизнью только лишь из упрямства. Но ведь на это мой отец и рассчитывает. Аттикус должен спасти меня, а значит, мне нужно попасть в беду. Я внутренне закатываю глаза. Даже когда мы еще были вместе, я не хотела, чтобы он меня оберегал. Я хотела быть рядом с ним как равная. А отец цеплялся за этот план как за последнюю надежду.

– Ладно. Твоя жизнь – твоя ответственность.

Я холодно улыбаюсь ему:

– Наконец-то ты понял. Молодец.

Он качает головой и направляется дальше, проверяя уздечку и седло у каждого рекрута. Сколько он еще будет это делать? Мы здесь уже третий год. Это излишне.

Роуэн приближается ко мне и начинает возиться с ремнями на моей кобуре.

– С Аттикусом все в порядке?

Я перекидываю вперед хвост, который собрала заранее, чтобы волосы не мешали у лица. В заботе Роуэна нет необходимости, но мне кажется, он просто хочет сказать мне что-то.

– Если хочешь разозлить меня, – предостерегаю его, – я ударю тебя.

Он разворачивает меня к себе, крепко обхватив за плечи.

– Я, наоборот, хотел тебя успокоить. Там, наверху, нет места чувствам, Эйв, – говорит он серьезным тоном.

– Знаю. Спасибо. – Я встаю на цыпочки и оставляю поцелуй у него на щеке. – Просто немного на взводе.

– По седлам! – кричит Аттикус на все гнездо. – Немедленно!

– Кто-то сегодня особенно весел, – бормочет Роуэн. – Пошли, пока он не взорвался.

Когда я сажусь в седло, мои губы все еще подергиваются. Забавная картинка.

Серена делит нас на группы по четыре человека. Я оказываюсь вместе с Зарином, Фридой и Мио. Все выглядит достаточно просто, к тому же на небе почти полный штиль. Нам нужно добраться до назначенной ленты времени, обогнуть ее и вернуться обратно. При сильном ветре это было бы слишком опасно, потому что ленты в любой момент могут разорваться. Аттикус сам выбирает цель для каждой группы. Все они расположены примерно на одинаковом расстоянии, а между ними – довольно узкое пространство. Он явно не хочет, чтобы нам было слишком легко.

Наша группа стартует третьей, и Зарин сразу вырывается вперед. Ну и пусть. Геракл, может, крупнее и сильнее Калипсо, но она более вынослива и упряма. Я умею правильно распределять ее силы, в то время как у Зарина нет ни малейшего понятия о тактике – как и большинство парней, он рассчитывает на грубую силу. Я слышу позади себя взмахи крыльев двух других пегасов, но не оглядываюсь. Держусь за Зарином, решив обогнать его уже на обратном пути. Чем выше мы поднимаемся, тем сильнее становится ветер, но пока он не вызывает у меня опасений. Шторм на ночь не прогнозировался. Калипсо летит ровно, размеренно взмахивая крыльями и держась позади Геракла. В какой-то момент ветер усиливается, и полет оказывается не таким легким, как я рассчитывала. До моих ушей внезапно доносится странный гул. Я не могу определить, откуда он исходит, но он словно вонзается мне прямо в мозг, и за правым виском начинает пульсировать. Я прижимаю ладонь к нему как раз в тот момент, когда резкий поток воздуха врезается в меня и почти выбрасывает из седла. Калипсо делает резкий маневр, чтобы уравновесить нас.

– Черт, – выдыхаю я, сильнее вжимая колени в ее бока и притягивая к себе поводья. Судя по запасу времени, мне стоит развернуться. Но Зарин не останавливается и летит дальше. И если я сейчас отступлю, он будет насмехаться и припоминать мне это годами. Я быстро пытаюсь провести расчеты. На последней нелегальной гонке у меня было немного больше времени, а тогда бушевал настоящий шторм. Если ничего непредвиденного не случится, мне хватит времени. В конце концов, до цели совсем недалеко.

Я наклоняюсь ближе к шее Калипсо и упираюсь ногами в короткие стремена.

– Покажем ему, на что мы способны. – Калипсо в ответ тихо фыркает, что я принимаю за согласие. – Вперед.

«Это отличная возможность проверить Аттикуса», – убеждаю я себя. Правда, если погибну прямо сейчас, то так и не узнаю, сработал мой план или нет. Мы совсем недалеко от ленты времени. Именно она издает этот странный гул, и я начинаю догадываться, что все это значит, хотя никогда раньше не слышала его вживую. Обычно я летаю либо в штиль, либо когда шторм уже бушует, а ленты разорваны. Эта же натянута до предела, словно тетива лука, и вибрирует настолько сильно, что глаза уже не улавливают ее движений. Она порвется – причем совсем скоро. Расстояние до соседней ленты оказывается еще меньше, чем казалось с земли. С расправленными крыльями Калипсо там никак не пройдет. Пегас Зарина резко дергается назад, и мы пролетаем мимо них.

То, что я собираюсь сделать, безрассудно. Даже глупо. Но я не могу устоять. Есть вещи, которые просто необходимо сделать.

– Мы справимся, – убеждаю одновременно и саму себя, и Калипсо, а потом посылаю ее вперед. Она ускоряется и точно по моей команде складывает крылья как раз в тот момент, когда мы проносимся между двумя лентами. Мы огибаем ее хитрым маневром по широкой дуге и берем курс назад.

Я громко смеюсь, а ветер взвывает еще яростнее. Как будто шторм только и ждал этого сигнала. Улыбка расползается на моих губах, пока я наблюдаю, как Зарин продолжает метаться перед лентой. Он натягивает поводья слишком сильно. Гераклу это не нравится.

Фрида устремляется вперед, явно пытаясь повторить мой маневр. Она сошла с ума? Кругом уже вовсю бушует шторм. Небо озаряет неожиданная вспышка, сразу за которой следует раскат грома. Калипсо содрогается, вставая на дыбы прямо в воздухе, и я едва не вываливаюсь из седла. Гул сменяется визгом – резким и металлическим. Калипсо даже не ждет команды – взмахивает крыльями и уходит в сторону от петляющей ленты времени. Она разрывается прямо в тот момент, когда Фрида пролетает мимо. И у нее нет никах шансов. Один конец ударяет ее пегаса по боку, и белые крылья загораются. Его предсмертный пронзительный крик перекрывает бушующий ветер. Лента замахивается во второй раз и обвивается вокруг шеи Фриды, вытягивая из нее все время жизни. Пегас летит вниз с горящими крыльями. Я замираю в