Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Серьёзно? — усмехнулся Давид. — Вот ведь толстожопый олень. Ты знал, Никит? Что он тебе сказал? Нюткин этот.

— Нюткин, — хмыкнул я, — сказал, что Варвара Варварой, но в администрации есть желающие и посерьёзнее. И намекал, что с Драчихой связываться не стоит, и раз у меня есть выход на акции РФПК, он найдёт покупателя и всё с Варварой зарешает. Ну вот такое всякое. Пипец, конечно, публика. Каждый норовит друг друга поиметь. Прошу прощения за сравнение.

— А почему ж ты никому не сказал об этой проблеме? — покачал головой Давид.

— Про Нюткина что ли? А в чём проблема? Ну молотит дядя языком, не понимая, что школьники не могут торговать акциями многомиллиардных компаний, мне-то какая беда от этого? Не будет же кто-то воспринимать это всерьёз. В той же администрации. Если я такой крутой, почему такой бедный? Это ж полный бред. Да и кому я скажу-то? Савоськину всё по барабану. Никите Антоновичу? Так вы посмотрите на него. Он и со здоровой-то головой на меня бочку катил, а теперь вообще с катушек слетел. Скажи я ему что-нибудь о себе, он против меня же и использует. Зачем мне это надо?

— Врёшь, тварь! — прохрипел Никита.

— Погоди, Никит, — с удивлением глянул на него Давид. — Погоди. Продолжай, Сергей, не стесняйся, говори, что думаешь. Я специально приехал, чтобы разобраться в происходящем.

— Но я, конечно, не хочу наговаривать лишнего на Никиту Антоновича. Нам в одном городе жить, а у него мощный ресурс, но он на меня конкретно взъелся. Видать, его переклинило из-за того, что я хочу на Ангелине жениться. А типа его Мотя побоку идёт.

— Заткни пасть! — рявкнул Никитос.

Видно было, что он совершенно не в себе. Он ведь всегда был сдержан, а сейчас его просто рвало на части, будто внутри одна за другой взрывались глубинные бомбы времён Второй Мировой. И это было не из-за моих слов. Разумеется, нет. Корёжило его из-за пропавших документов. Кажется, эта напасть подкосила его больше, чем удар бутылкой по голове.

— А что ты скажешь про ограбление? — спросил меня Давид.

— Ну, смотря про какое, — пожал я плечами.

— Про ограбление Екатерины Шалаевой, матери Матвея. Оно произошло через несколько дней после вашей встречи. Зачем, кстати, ты с ней встречался?

Никита едва держался.

— Она сама попросила. Вы же понимаете, сексуального подтекста в наших отношениях не было.

Никитос заскрежетал зубами.

— Просто ей поговорить не с кем было, судя по всему. Дома, я так понял, не ладилось. Но она этих тем избегала. А я не расспрашивал, естественно.

— И о чём вы говорили?

— О сериалах, в основном. Она много кино смотрит. На самом деле, с ней достаточно интересно. Она со мной не как с ребёнком разговаривала, а… ну, как с приятелем. Интересная женщина, а я люблю интересных людей. Вот и весь ответ. А про ограбление я слышал, и знаю, что одного грабителя убили. Но с Екатериной не разговаривал с тех пор. Ей Никита Антонович запретил со мной общаться. Типа я плохо на неё влияю, наверное.

— А где ты слышал про ограбление?

— В пабликах писали. Весь город в курсе. Со всеми подробностями.

— Я уверен, что это он всё устроил, — мрачно сказал Никитос Давиду. — Вызнал всё у Кати и организовал.

Я ничего не ответил, только головой покачал. Давид посмотрел на Никитоса с каким-то сожалением, как на больного.

— Ты не ездил позавчера по Новосибирской трассе? — спросил Давид Георгиевич и чуть приподнял левую бровь.

Сердце ухнуло. Сорвалось и полетело в пропасть. Вопрос был непростой, заданный внезапно. Но отвечать надо было правильно и быстро. Влёт. Я уже открыл рот, чтобы сказать «нет», но тут гадкая мысль закопошилась в голове. Подлое сомнение… А вдруг они прошерстили все камеры и я попал в кадр? Пусть я старался не засветиться, но вдруг? Вдруг они уже видели меня на переднем сиденье Кукушиной машины?

Если совру мне конец. Если скажу правду тоже конец.

— Нет, не ездил, — моментально ответил я. — Машина весь день во дворе простояла.

— Ну, может, на другой какой-то машине?

Сука!

Играю роль такую роль

Ах в этом гриме безусловно

В этом гриме безусловно я король….

— Другой у меня пока нет, — пожал я плечами.

— Да ведь сто процентов этот хер всё замутил! Ты посмотри сам! Всё вокруг него только и крутится! Как только он появился — всё и началось!

— Вообще-то, я семнадцать лет назад появился, — пожал я плечами. — Долго же у вас всё крутится, Никита Антонович.

Давид усмехнулся.

— Ладно, — кивнул он. — Я всё, что хотел, услышал.

Я посмотрел на часы.

— Куда-то торопишься?

— Мне надо домой. Репетитор по физике придёт. Хочу позаниматься на каникулах.

— Физика — это хорошо, — подмигнул мне Давид. — Физика — это очень хорошо. Ладно. Иди пока и…

И в этот момент зазвонил телефон. Это была Грошева.

— Ответь! — кивнул дознаватель-инквизитор.

— Да я выйду, там отвечу. Или потом перезвоню.

— Ответь! — настойчиво повторил он и провёл пальцем по экрану, а потом включил громкую. — Давай.

Он протянул мне телефон.

Блин! Ё-моё! Мышь завозилась, под ложечкой заныло. Если Анька снова начнёт спрашивать про Новосиб, это будет тот ещё номер.

— Да, Ань, привет. Я скоро уже буду.

— А, ну хорошо, — сказала она. — Я просто хотела уточнить, всё ли у нас в силе, не уехал ты опять в свой…

Молчи! Аня, твою мать!

— Да, всё в силе, — перебил её я. — В пять часов, как договорились, буду дома.

— Ладно. А у тебя случайно учебника за прошлый год нету?

— По физике что ли? — уточнил я.

— Ну, мы же физикой будем заниматься.

— Нет, нету.

— Ну ладно, я поищу, у меня где-то должен быть. Надо там кое-какие моменты важные повторить.

— Ну всё, до встречи.

Пронесло. Фу-у-у… Я с облегчением забрал телефон и сунул его в карман.

— Ладно, иди физик, — кивнул Давид, внимательно на меня глядя. — Смотри, не пропадай, не уезжай никуда. Завтра