Экзобарон - Михаил Ежов

от меня. Семья избежит позора. Я стану независим, но буду платить тебе процент с добычи хронида как губернатору звёздной системы. Всё законно. Полагаю, это оптимальный для всех вариант.

— Но тогда ты станешь всего лишь бароном, — проговорил князь.

Было видно, что ему не представить, как человек может отказаться от титула.

Я пожал плечами.

— А ты против?

Снова повисла пауза.

Нарушил её поверенный.

— Негоже требовать наследство, пока отец жив, — проговорил он с возмущением. — Это неслыханно!

Старик заставил его замолчать поднятием руки. Он успел обдумать мои слова. И они ему явно понравились.

— Подождите, Игорь Дмитриевич, — сказал он, и в его настоящем глазу мелькнул хитрый огонёк. — Мальчик желает отделиться. Самостоятельность это неплохо. Кто я такой, чтобы ему препятствовать? Полагаю, составление новых документов не займёт много времени?

— Эм-м… Нет, ваше сиятельство. Могу подготовить их к завтрашнему дню. Нужно ведь учесть, какое имущество войдёт в наследство.

Князь кивнул, не сводя с меня взгляда.

— Займитесь этим немедленно. Через неделю Белогор должен прибыть на Аврору в качестве независимого барона. Если не передумает, конечно.

— Не передумаю, — сказал я твёрдо.

— Вот и славно, сынок, — старик бросил свиток поверенному. — За неделю твоё имущество будет готово к отправке на Аврору.

Глава 2

Возвышение Дома Коршуновых началось очень давно, когда в звёздной системе «Артемида» обнаружили уникальный ресурс, получивший после исследования название «хронид». От слова «хронос», ибо при взаимодействии с рядом других химических элементов это вещество могло сворачивать время и пространство, создавая кротовую нору. Предполагалось, что при этом возникал вид материи с отрицательной энергией, не дававший горловине прохода схлопнуться под действием гравитации.

Так открытие хронида вывело Империю на совершенно новые рубежи космической экспансии. Если до этого астронавигация основывалась на способностях рода Муравьёвых-Олсуфьевых водить корабли через бран-пространство (что сокращало время перелётов, но на них всё равно уходили недели и месяцы), то с новым ресурсом началась следующая эпоха освоения вселенной. Теперь даже дальние рейсы занимали не больше нескольких часов.

Вот только хронид появлялся в образующихся на планетах «Артемиды» рифтах (есть теория, что его существование каким-то образом обусловлено странным излучением остывающей белой звезды), в которых вместе с ним появлялись и жуткие, огромные твари. И как выяснилось опытным путём, одолеть их способны только носители одного-единственного магического Дара — Коршуновы. Никакое оружие, и никакие иные чары на монстров не действуют. Вот так повезло Старшему Дому, который, кстати, тогда вовсе не был старшим, а считался одним из новых и мелких.

С тех пор, конечно, всё изменилось. Император отдал систему «Артемида» Коршуновым в ленное владение с правом наследования. И хотя формально он имел право её отобрать, всем давно было ясно: никто никогда у Коршуновых не отнимет то, чем они владеют вот уже сотни лет. Во-первых, без них добыча хронида невозможна, во-вторых, они просто не отдадут. Даже если все Старшие Дома объединятся против них. Чего не случится, поскольку Империя никогда не откажется от космической экспансии, а значит, и от хронида.

Я не испытывал иллюзий относительно того, почему князь так легко согласился на моё условие.

Конечно, дело было не только и не столько в желании избавиться от пятна на репутации Дома Коршуновых, прославленных охотников, надежды и опоры Империи, просто исключив меня из рода.

Когда я предложил выделить мне собственную планету в полное независимое владение, старик сразу сообразил, чем это чревато.

Дом Алонсо, давние враги и политические соперники Коршуновых, не преминут воспользоваться тем, что один из отпрысков князя потерял покровительство рода. Они нападут и постараются отобрать Аврору. Да, казалось бы, без охотника она им не нужна. Но Алонсо не упустят шанса показать всем, что помнят о старой кровной вражде — даже если один из Коршуновых больше не входит в число наследников. Убить меня — слишком большой соблазн для них. Даже, в каком-то смысле, дело чести, ведь остальные Дома будут ждать этого от них. Отказаться от драки для Алонсо будет равносильно признать, что даже изгой рода Коршуновых им не по зубам.

И старик рассчитывает, что у них получится прикончить меня лучше, чем у его ассасинов. И при этом он будет ни при чём — ведь я сам пожелал независимости. Разумеется, оставлять планету с рифтом Дому Алонсо, пусть даже захудалую, он не станет. Тем более, на ней однажды могут появиться и другие месторождения хронида. Почти наверняка так и будет. На Зевсе, например, уже сейчас пять рифтов. А на Посейдоне так вообще семь. Причём один из них — высшего на текущий момент восьмого уровня, так что для его защиты понадобились целых три охотника. Благо, детей мужского пола у князя предостаточно. От четырёх-то жён.

В общем, ясно, что между Коршуновыми и Алонсо начнётся война, в которой старик рассчитывает победить. Возможно, даже объявит это возмездием за смерть сына. Лицемерия ему не занимать — как и ума.

Однако выигрывает не тот, у кого есть план, а тот, кто учитывает чужие планы. Плюс хаос, который может вмешаться в любой момент. Как учесть то, что учёту не поддаётся? Нужно помнить о его существовании.

Так или иначе, в ближайшее время мне предстоит отстаивать своё право на Аврору. А значит — и на жизнь. Придётся многое обдумать и многое учесть. Десятки факторов, которые уже есть, и ещё столько же тех — которые лишь обнаружатся в будущем.

Подготовка к моему отъезду заняла даже меньше недели. Князю будто не терпелось от меня избавиться. Я эту спешку только приветствовал.

По договору о родовой сепарации, которая делала меня экзобароном, я получал базовый крейсер «Садко», в который все эти дни грузилась военная техника, транспорт разного назначения и насосные станции для добычи хронида, а также арсенал, стрелковое оружие, боеприпасы и, самое главное, — ядерные блоки. Основа моего будущего благополучия.

Всё было старое или списанное, собранное по сусекам звёздной системы. Прими, Боже, что нам негоже, — вот, чем руководствовался отец, снаряжая меня в дальний путь. Может показаться, что я и так получил до хрена всего, но, по имперским меркам, это мелочи. Наследство моё было минимальным — об этом старик с поверенным позаботились. Я не спорил. Иначе это затянулось бы не известно, на сколько, а мне хотелось как можно быстрее покинуть отчий дом. Да и всё равно ничего существенного выторговать не удалось бы. Глава рода имеет право сам решать, кому что давать.

Накануне моего отлёта произошло странное событие, которому я тогда не нашёл объяснения, и которое прояснилось лишь