Критическая масса - Дэниэл Суарез

Она поставила ледоруб невидимый снаружи, прислонив его к стене рядом с собой. «Что бы ни случилось — было честью лететь с тобой одним экипажем, Адедайо Адиса».

Он кивнул. «И с тобой, Исабель Абарка».

Они обнялись и вновь подняли взгляды к потолку, когда рокот воздушного насоса стих.

Рычаг люка откинулся в сторону, затем крышка с громким скрипом резко открылась, выдавая годы износа. Через мгновение появилась серая ботинок, нащупывающая верхнюю ступеньку трапа. За ней последовала вторая, и нарушитель начал неуверенно спускаться в полную искусственную гравитацию жилых помещений. Показался массивный скафандр с ранцем системы жизнеобеспечения. Сразу за ним появилась вторая пара ботинок.

Абарка и Адиса молча держали позицию.

Достигнув основания трапа, первый нарушитель твёрдо встал на палубу и неловко развернулся в громоздком скафандре. Через мгновение наконец стало видно зеркальное забрало шлема.

Нарушитель внезапно напрягся — застигнутый врасплох при первом взгляде на Абарку и Адису.

И теперь они ясно увидели флаг Северной Кореи, нашитый на нагрудную пластину скафандра.

Часть первая: На Земле

Глава 1: Расплата

14 ИЮЛЯ 2038 ГОДА

Эрика Лисовски сидела в пустом зале ожидания на подуровне 2B нового сверкающего здания штаб-квартиры ФБР в Вашингтоне, округ Колумбия. Вскоре суровая женщина за встроенной стойкой регистрации сделала ей знак, и Лисовски поднялась навстречу.

Женщина указала на решётчатую стену с пронумерованными ячейками. — Положите все электронные устройства, которые при вас есть, в любую свободную ячейку и запомните номер.

Лисовски поняла, что вот-вот войдёт в СКИФ — закрытое помещение для работы с секретной информацией. Никакой электроники, и, значит, помещение экранировано от радиосигналов. Такие объекты в Вашингтоне были нередкостью, однако для Лисовски, работавшей экономистом в НАСА, это было в новинку. Всё это подтверждало: то, что сейчас будет обсуждаться, не должно выйти за пределы этих стен. Красноречивый знак.

Лисовски выключила телефон и убрала его в одну из ячеек, взяв жетон с номером. Затем последовала жесту регистраторши в сторону мужчины в костюме, стоявшего у закрытой двери. Тот поднял сканирующий жезл. — Руки в стороны, пожалуйста.

Она выполнила указание, и он провёл прибором вдоль её тела. Затем просканировал и осмотрел сумочку.

Закончив, он открыл дверь и произнёс: — Вас ждут.

Она вошла, и дверь тотчас захлопнулась за её спиной. Небольшой конференц-зал, в углу на флагштоке висел американский флаг. В центре стоял длинный стол, за одной стороной которого сидел десяток хмурых мужчин и женщин в костюмах — один-два в военной форме. Они напоминали ряд судей. Никаких бейджей, никаких табличек с именами. По обе стороны от Лисовски встали две агентессы; одна из них выдвинула единственный свободный стул — напротив чиновников.

По всей видимости, ей предстояло быть в одиночестве — к чему она давно привыкла. Лисовски поставила сумочку на пол и села.

Прямо напротив неё поджарый мужчина с суровым лицом в безупречно выглаженном костюме угольного цвета листал объёмистое досье. Он поднял взгляд и впился в неё глазами. — Доктор Лисовски, вы знаете, зачем вас сюда вызвали?

Она ответила спокойно. — Нет.

— Это закрытое дисциплинарное слушание, созванное для оценки того, даёт ли ваше поведение основания для немедленного увольнения из НАСА.

Она осмыслила услышанное. — Понятно. Тогда почему мы здесь, в штаб-квартире ФБР, а не в НАСА?

— Потому что если эта комиссия признает увольнение обоснованным, вы будете арестованы и обвинены в шпионаже по статье 18 федерального уголовного кодекса.

Вот, значит, как они играют. Запугивание. Плохой выбор. Свидетельство отчаяния.

— Поразительно, что вы думали, будто ваша деятельность останется незамеченной.

— Какая «деятельность»? — Она обвела взглядом лица чиновников. Кто из них здесь настоящий хозяин? Подозрения пали не на говорящего.

Он продолжал. — У нас есть неопровержимые доказательства вашей причастности к многочисленным нарушениям кодекса этического поведения НАСА, не говоря уже о федеральном законодательстве. Вам грозит не только увольнение из НАСА с лишением пенсии, но и десятилетия в федеральной тюрьме. Вы понимаете всю серьёзность своего положения?

— Понимаю. — Лисовски выдержала паузу. — Но тогда, если бы вы намеревались меня арестовать, вы бы уже это сделали. Так что давайте прекратим ломать комедию и перейдём к настоящему разговору.

Её собеседник растерялся и принялся перебирать бумаги.

Один из военных тихо усмехнулся про себя.

Заговорила одна из женщин в комиссии. — Хорошо, Эрика — давайте все прекратим ломать комедию. Три месяца назад над Европой сгорел небольшой астероид, озарив ночное небо над миллионами людей. Вы, возможно, видели видео в интернете.

Лисовски промолчала.

— Так вот, это был не астероид, и он не сгорел. Это был неопознанный космический аппарат, летевший со стороны Луны со скоростью свыше 65 000 миль в час и выполнявший управляемый манёвр аэроторможения — задача не из лёгких. Два дня спустя тот же аппарат вернулся и вышел на круговую орбиту низкой земной орбиты — после чего подал сигнал бедствия. Его экипаж заявил, что они — спасательный модуль с зарегистрированного в Люксембурге астероидного горнодобывающего корабля «Константин». Вам когда-либо приходилось слышать о таком корабле — «Константин»?

Лисовски обдумала вопрос. — Я знаю, что Натан Джойс…

— Технологический миллиардер.

— Да. Джойс планировал построить астероидный горнодобывающий корабль, но в новостях писали, что это была афера. Просто финансовая пирамида, чтобы выбраться из долгов.

Женщина пристально посмотрела на Лисовски. — И как нельзя кстати господин Джойс покончил с собой до того, как его успели арестовать за растрату и уклонение от уплаты налогов.

— Не думаю, что для господина Джойса это было кстати.

— И всё же вы знаете, что это не вся правда.

Лисовски хранила молчание.

Женщина продолжила. — Китайцы подобрали экипаж спасательного модуля на низкой земной орбите. Один из троих пассажиров был бывшим тайконавтом — сыном одного из богатейших людей Китая, промышленника, занимающего высокий пост в Коммунистической партии. КПК конфисковала аппарат на НОО, сославшись на право спасения. Анализ снимков и спектральный анализ свидетельствуют о том, что аэродинамическая оболочка корабля была изготовлена из цельного куска кобальтовой стали с расчётной массой более 50 тонн. Недурной спасательный модуль. При этом никаких данных о его запуске с Земли нет.

Один из мужчин в комиссии произнёс: — У нас есть основания полагать, что за этой пилотируемой миссией в дальний космос стоит Китай — и что она каким-то образом связана с вами и с покойным Натаном Джойсом.

Лисовски горько рассмеялась. — Как предсказуемо.

— Вы находите это забавным?

—