Хозяйственный романс для попаданки - Лора Лей

Пока мужчины обсуждали важные темы с предводителем дворянства и священником, женщины заглянули в ателье Роуз, где смогли в полной мере оценить и ассортимент, и организацию работы, прикупить кое-что сверх подаренного сестрой, подивиться отношению к ней и её навыкам и фантазии со стороны мастериц, отметив про себя их социальный состав (!), впечатлились размаху малого предприятия, обещали порыться по сусекам у знакомых в Лондоне в плане залежей секонд-хенда и поспособствовать рекламе изделий.

По дороге домой Эмили и Элинор долго молчали, Мэри даже беспокоиться начала. Оказывается, леди переваривали увиденное и формулировали резюме.

— Мэри, я просто… Я не предполагала, что ты способна на такое! Прости, что мы … — начала говорить Эмили, но Мэри перебила сестру:

— Эми, мы же вчера решили не возвращаться к прошлому. Мне лично достаточно того, что сейчас мы можем общаться, говорить обо всем, делиться мыслями… Вам понравились наши вещички? Может, у вас есть какие-то предложения, поделитесь!

— Ну, так сразу вряд ли… — протянула Элинор. — Но я определенно подумаю! Мне понравились куклы для сна, как ты сказала? «Обнять и плакать»? — блондинка рассмеялась. — Думаю, что некоторые лондонские леди точно купят эти замечательные подушки!

— А я хотела бы еще заказать тебе эти шерстяные накидки… В них будет уютно зимой сидеть у камина! И чулки толстые… В Чеснет-касле так порой настывают полы… — поддержала сестру Эмили, и все трое, взявшись за руки, со смехом припустили к родному дому.

* * *

Ко времени возвращения старших молодые аристократы отобедали, напились компота и уселись в кабинете деда играть в шарады и другие интеллектуальные игры, в которых, благодаря Мэри, поднаторела Люсинда. Смоки, несмотря на слишком активное внимание детей, со своей территории не ушел: запрыгнул на окно и наблюдал за толпой оттуда, хотя маленькая Элли очень желала его еще потискать, но под давлением братьев и сестер оставила эту затею, увлекшись мягкими игрушками, принесенными Люси.

В это время в столовой взрослые гости отдали должное приготовленным блюдам, оживленно обсуждая грибы, салаты и прочие новинки, представленные поварихой и хозяйкой. Беседа велась непринужденная, едоки отметили необычность кушаний, много расспрашивали о грибах и салате, потом заинтересовались огородом, откуда были основные овощи, отметили необычность увлечения и поразились результату. Особо отметили судака «по — пендлитонски», сестры попросили рецепт майонеза, а сэр Дуглас попенял сэру Эбенезеру, что тот никогда не приглашал его раньше, лишив тем самым возможности так вкусно покушать, а заодно и потешить местечковую гордость. В целом, обед, в который Энни и остальные вложили столько сил и стараний, благородные господа оценили очень высоко.

Переместившись в гостиную, присутствующие обратили внимание на рояль, и, конечно, потребовали, чтобы мисс Барнет сыграла им что-нибудь.

— Мисс Мэри, я с наслаждением слушаю Вас в церкви — сказал сэр Дуглас. — Но так давно мечтаю, уж простите меня, достопочтенный Браун, о светской музыке. Да и пианино …

— Я уже заказал новое, сэр Дуглас — немного обиженно произнес викарий. — Благодаря ярмарке и пожертвованиям, а теперь и щедрости уважаемых гостей, мы сможем вскоре насладиться псалмами в исполнении мисс Мэри на более совершенном инструменте. Думаю, это случится ближе к будущему лету: мне объяснили, что везти дорогое фортепиано по зимним дорогам нежелательно.

— Ах, преподобный Джон Браун, это будет замечательно! Может, еще и хор организуем, а? — продолжал витийствовать предводитель дворянства. — Надеюсь, мисс Барнет не откажется взять на себя эту непростую, но важную миссию?

Мэри уже подумывала о такой составляющей музыкальной культуры, но помалкивала, поскольку не была уверена в её своевременности в этой реальности. Про хоры в протестантских конфессиях Америки, например, она была осведомлена, и о подобном в англиканской церкви, особенно эпохи «королевы-девственницы», тоже — благодаря консерватории и фильмам, конечно. Тут же пока ей никто об этом не упоминал.

— Если викарий меня поддержит, я с удовольствием попробую стать регентом (руководитель церковного хора). Мне кажется, это будет замечательно и послужит процветанию нашего города — ответила попаданка, чем вызвала довольные кивки у первых лиц Пендлитона и гордые улыбки — у родни.

— Прелестно, мисс Мэри, прелестно! Я попрошу наших уважаемых дам прийти на прослушивание, да? И Вы, преподобный, со своей стороны, окажите протекцию желающим прихожанам, хорошо?

Возражений, естественно, не поступило, и создание хора было отнесено на ближайшее время — после объявления в церкви на воскресной службе.

— А теперь, дорогая мисс Мэри, очень прошу, усладите наш слух какой-нибудь новой пьесой! Инструмент, я вижу, у Вас красивый, предполагаю, и звучит он отлично, особенно, учитывая Ваши способности к музицированию, в коих мы убеждаемся раз за разом во время еженедельных служб в церкви — снова взял слово мистер Дуглас.

— Вы правы, сэр, рояль великолепный, и за него я благодарю своих сестер и братьев, присутствующих здесь. — Мэри встала, поклонилась родне, после чего села за рояль.

Она заранее продумала свое выступление, поэтому не волновалась и исполнила несколько произведений Моцарта — самые известные во все времена: Минуэт соль мажор (первое сочинение юного гения), Анданте грациозо из Сонаты № 11 (в сериале его играла Лиззи в Пемберли), Фантазию До минор, Сонату № 13 («Маленькая ночная серенада» иначе). Под занавес похулиганила — сыграла известную арию Фигаро из оперы «Женитьба Фигаро», в которой он пугает пажа Керубино армией, так, как её исполняли в России, то есть, в виде военного марша 11 гренадерского Фанагорийского полка генералиссимуса князя А.В.Суворова!

Когда она исполняла эту вещь, краем глаза видела реакцию мужчин — они слегка притоптывали ногами и прихлопывали ладонями по коленям, захваченные ритмом. Было забавно!

Выступление Мэри произвело на гостей впечатление. Не то, чтобы Лазаридис жаждала прямо-таки поклонения — до стандарта, который она имела внутри, было ой как не близко, и мастерство своё в этом теле она пока оценивала… ну, где-то, на «очень прилично» с тенденцией к «хорошо!».

Как говорится, ей, пианистке, было с чем сравнивать. И в то же время Мария отчетливо понимала, что и этот её уровень в глазах (или ушах?) местной публики уже находится весьма высоко — тут попаданка душой не кривила и ложной скромностью не страдала. Добьётся ли она тех ступеней развития способностей, которые держит в голове, время покажет, но аплодисментов и восхищения ей хотелось уже сейчас! Приятно, когда тебя хвалят, правда же?!

Поэтому, закончив мини-концерт, она повернулась к гостям и… чуть не расхохоталась! Играла она без пауз практически — переходила через небольшой промежуток времени от одного произведения к другому, не давая слушателям особо влезть в процесс. Почему? Да вот как-то так пошло… Ну и