Парагвайский вариант. Часть 3 - Олег Воля

дупликатор ещё не брался. Вы сами говорили, что это не к спеху, и что главное — это манометры. Много времени на них ушло, сэр. Много пайки с учётом возможных давлений. И выдавливать трубочки из заготовок у меня ещё не получается. Рвутся. Не удаётся до нужного диаметра осадить.

— Отжигали?

— В смысле?

— В латуни при деформации скапливается усталость, — принялся пояснять Солано. — Чтобы латунь сохраняла пластичность, её нужно периодически нагревать и дать остыть. Отжечь. Тогда латунь снова станет пластичной и рваться не будет.

— Нет. Я этого не делал, — растерянно развёл руками Хант.

— Так чего ты время теряешь? Зачем ты тратишь по полдня на пайку одной трубки вместо того, чтобы сделать нормальный станок и выдавливать их сотнями в день, Уолтер? Мысли масштабно! — очередной раз призвал его Солано. — Так что работу над моделью паровоза раздели между коллегами. Пусть один занимается пружиной, второй — ходовой частью и имитацией шатунов, третьему закажи стол с рельсами.

Предполагалось запускать модель по кругу на столе, который можно было наклонять. Это должно было продемонстрировать всем заинтересованным лицам разницу между паровозами с гладкими колёсами и с зубчатым зацеплением.

— Сам только размеры контролируй. Понятно?

Мастер обречённо кивнул.

— Вот тебе пятьдесят долларов на расходы, и чтобы через неделю паровозик был готов.

* * *

Район Гринвич-Виллидж, где жил мастер, располагался далековато от Уотер-Стрит. Да и ходьба по второстепенным улицам Нью-Йорка особого удовольствия не доставляла. Как это ни удивительно, но в городе не существовало никакой централизованной службы вывоза мусора. Вместо этого по улицам бродили тысячи бездомных свиней, пожиравших отходы и добавлявших своё дерьмо к и без того неприятным ароматам.

Да бог с ним, с мусором. Все фекалии многотысячного города выливались в открытые кюветы и стоки. Где они ежесекундно напоминали о себе горожанам и гостям города. И только дожди вымывали эти нечистоты, унося их в Гудзон и Ист-Ривер, и даря Нью-Йорку недолгие дни с чистым воздухом. Неудивительно, что многие богатые семьи уезжали из города на лето.

Что делали городские власти? Ничего. Канализации не было даже в проекте. И при этом город уже подбирался к рубежу в полмиллиона жителей. Уму непостижимо.

Так что, выйдя от мастера, Солано и Супно тут же направились к Бродвею. В принципе, оживлённая Гудзон-стрит была ближе, и по ней ходили регулярные омнибусы. На них, всего и за шиллинг, можно было доехать до нижнего Манхэттена. Но лезть в душную тесную коробку ради грошовой экономии… Август был жарким, и пассажиры благоухали не меньше, чем улицы их города. Так что Солано предпочитал дойти до Бродвея, поймать кэб и отдать полдоллара здешнему таксисту. А по пути можно было подумать.

Дела двигались.

У Солано изначально было три плана. План максимум — получить доступ к большим деньгам и большому машиностроению. И этот вариант имел все возможности реализоваться усилиями Тейлора и Койта. Солано, как акционер и соучредитель, со временем получит возможность дублировать в Парагвай самое современное на сегодняшний день производство, которое он же и поможет создать на американской почве. Более того, он получит возможность стажировать парагвайцев на предприятиях в США и на строительстве железных дорог. Надо растить собственные кадры инженеров и мастеров. Иначе как избавиться от зависимости и отсталости?

Базовый план предполагал «не мудрствуя лукаво» купить нужные производства за государственное серебро. Именно в рамках этого плана формировалась команда Стенли и его металлургов, а также усилиями Мордехая Розенблюма подбирались полезные банкроты. Но это только половина дела. Нужен был оружейный завод полного цикла. И Солано через пару дней собирался отправиться в Коннектикут для решения этого вопроса. Впрочем, и револьверная фабрика Кольта тоже подходила под задачу.

И оставался третий план — план минимум. Организовать прибыльное дело, которое покроет расходы на найм специалистов для Парагвая и текущие закупки для старта индустриализации. Для этого Солано и запатентовал процесс вулканизации, механические безделушки и манометр. Все они обещали отличные прибыли без особых вложений.

Но бизнес — это не только деньги и станки. В первую очередь это люди. А с людьми пока всё не очень хорошо. Говард и Розенблюм оказались полезны, но вот Хант на роль инженера никак не тянул. Нужен был инженер с организационным опытом и деловой хваткой. И желательно открытый ко всему новому.

Но как такого найти? В этом мире основным способом найти правильного человека были личные связи в нужных кругах. У Солано таких ещё не наросло. Оставалось надеяться на удачу и божественную помощь.

В этот момент Солано отвлёк возглас Супно:

— Ух ты! Радуга! А как это? Дождя же нет!

Солано вгляделся и действительно увидел радужные переливы над шпилем городской ратуши. Но тайну этого явления он понял почти сразу. Кто-то поливал довольно высокое муниципальное здание сильной струёй воды, которая, разбрызгиваясь, и давала эффект радуги в лучах августовского солнца.

Возница тоже обратил внимание на зрелище и прокомментировал для клиентов.

— Год назад то же самое было. Это опять паровой самоходный насос показывают.

— Самоходный? — удивился Солано.

— Ну, так говорят, — поправился кучер. — Я сам не видел.

Солано стало любопытно, и он попросил высадить его у парка.

На лужайке перед мэрией собралась внушительная толпа зевак, наблюдающая за работой парового насоса. Его задний мост был приподнят на винтовом домкрате, большие колёса вращались, не касаясь земли. Видимо, с ними как-то был связан шток мощного насоса, ибо двое пожарных в характерных кожаных шлемах с налобными кокардами с трудом удерживали брандспойт, из которого вырывалась тугая струя.

Шланг забора воды змеился по земле и опускался в чашу большого городского фонтана, пока ещё бездействующего, но уже наполненного водой. Он был частью городского водопровода, открытие которого в октябре все нью-йоркцы ожидали с нетерпением.

Молодой джентльмен дал команду, и пожарные перекрыли рукоятку крана на стволе бронзового брандспойта. Струя очертила параболу и распалась каплями на крыше муниципалитета. Судя по всему, представление было окончено, поскольку механик начал крутить рукоятки, останавливая машину и стравливая лишний пар. Пожарные принялись откручивать свой шланг от аппарата.

«Муфта на резьбе? Байонетных пожарных разъёмов ещё не изобрели? Интересно», — подумал Солано, наблюдая за происходящим.

Судя по всему, инженер, командовавший устройством, делал это для группы джентльменов, которые с интересом взирали на происходящее. А когда локомобиль опустили на землю, изобретатель торжественно заявил:

— И мой аппарат не нуждается в упряжке. Он способен двигаться