Кодекс Магических Зверей 6 - Павел Шимуро

— Грамотно, кратко, без воды.

Он положил этикетку обратно, и в его взгляде промелькнуло любопытство.

— Простая идея, целитель, — сказал он. — А какая полезная! Дома хозяину зверя достаточно бросить взгляд, чтобы вспомнить ваши рекомендации. Ему не нужно лишний раз бежать к вам или лечить питомца наугад, если память подведёт.

— Именно для этого я и решил их составить, — честно сказал ему.

— Хвалю за сообразительность, — Вейд усмехнулся.

— Спасибо, магистр, — поблагодарил я.

— Да бросьте, — он махнул рукой. — Уверен, уже через год половина города будет составлять такие же инструкции. Так всегда бывает со стоящими идеями.

Он помолчал секунду и добавил уже тише:

— Не дайте кому-нибудь присвоить ваше изобретение. Подумайте над тем, чтобы оформить документ и закрепить права за собой — способы есть. Поговорите с Крейном, он подскажет.

— Спасибо за информацию, — я кивнул.

— Вот теперь точно всего доброго, а то поясница больше не выдержит.

Магистр развернулся и зашагал к выходу. Травник, задержавшись у порога, бросил на меня тёплый взгляд.

— Эйден, — мягко произнёс Крейн. — Моё приглашение всё ещё в силе. Очень надеюсь, что вы согласитесь.

— Обязательно зайду, — пообещал я. — Как только всё уляжется.

— Не затягивайте, — травник слегка улыбнулся. — После увиденного у вас на грядках и в лавке, у меня… Есть нечто, что может вас заинтересовать.

— Заинтриговали, — честно ответил я.

— И славно, — он кивнул и вышел из лаборатории.

Я проводил его до выхода, где заметил, что Имерт, пропустив вперёд своих людей, притормозил. Дознаватель обернулся и встретился со мной взглядом.

— До свидания, целитель.

— До свидания.

Дверь мягко закрылась. Я окинул взглядом коридор и заметил Зикариуса, сидящего на лавке. Он помолчал несколько секунд, а затем поднялся и подошёл ко мне.

— Эйден, в связи с текущей ситуацией, — спокойно произнес он, — вам лучше не возвращаться на турнир.

— Понимаю.

— Я найду вам замену, звери не останутся без целителя.

— Рад это слышать, — отозвался я.

Зикариус несколько секунд всматривался в моё лицо, словно размышляя, стоит ли продолжать разговор.

— И ещё, — наконец добавил он. — Когда закончится расследование, нам с вами будет, что обсудить.

— А поконкретнее? — невольно вырвалось у меня.

Он слегка покачал головой.

— Все подробности потом.

— Зикариус…

— Потом, Эйден, — мягче повторил он и добавил тише: — Такому таланту нельзя пропадать.

У меня в груди потеплело, и я молча кивнул.

Кринст поправил воротник, провёл ладонью по рукаву, будто стряхивая невидимую пыль и открыл дверь.

— Спасибо, — тихо произнёс я.

Мужчина обернулся, и впервые за все время нашего знакомства я увидел его искреннюю улыбку. Он кивнул и вышел.

Когда дверь закрылась, я выдохнул и присел на скамью.

Снаружи всё ещё гудела толпа. В голове крутились лица: Кассель с отрепетированными слезами, Мира с красными пятнами на щеках и трибуны, скандирующие «убийца зверей».

«Ну что, целитель. Кажется, первый раунд отбит».

Из двора донеслось ворчливое:

— Эйден! Ты там что, к лавке прирос?

— Подожди, — отозвался я и поднялся. — Нужно ещё кое-что сделать.

Я приоткрыл створку и выглянул наружу. Перед лавкой стояло заметно меньше людей, чем несколько часов назад. Седой мужчина в потёртой кожанке разговаривал с грузчиками. Торговка с пустым лотком прислонялась к стене дома напротив, а двое мальчишек сидели на брошенной телеге, болтая ногами.

Стоило мне переступить порог, как прокатилась волна гула и тут же приутихла. Все смотрели на меня по-разному: кто-то с тревогой, кто-то с любопытством, а кто-то с радостью.

— Ну что, целитель? — нетерпеливо выкрикнул кто-то.

— В тюрьму посадят? — встревоженно поинтересовалась торговка с лотком.

Я выдохнул и слегка развёл руки.

— Никого никуда не посадят, — спокойно сказал я. — Всё в порядке.

По толпе прокатился сдержанный выдох, и кто-то хлопнул соседа по плечу так, что тот покачнулся.

— А чегой-то они тогда так долго у тебя торчали? — крикнул мужик в фартуке.

— Работа у них такая, — отозвался я. — Всё проверили, ничего не нашли и ушли.

— Вот же ж… — выдохнул седой. — А мы тут стоим, переживаем.

— Спасибо вам, — искренне сказал я.

— Так… свой ведь. — буркнул он. — Не чужой.

Я невольно улыбнулся. Кончики пальцев всё ещё слегка подрагивали, но внутреннее напряжение наконец отпустило.

— Расходитесь по домам, добрые люди, — сказал я. — Дел ведь у всех полно.

— И то верно, — согласился седой.

— Мешок мой! — вдруг спохватился один из грузчиков и хлопнул себя по лбу. — Я ж его на углу бросил…

— Беги уж, — фыркнула торговка.

— А может, утащили…

— Так беги быстрее!

Люди начали медленно расходиться. Несколько человек на прощание кивнули мне, другие подбадривающе похлопали по моему плечу. Один из мальчишек спрыгнул с телеги, подбежал, ткнул кулачком в мою ногу в знак поддержки и тут же припустил вслед за остальными.

Я постоял на пороге, пока улица не опустела, затем вернулся в дом, закрыл створку и задвинул засов. На душе было удивительно приятно. В прошлой жизни мне ни разу не доводилось ощущать такую искреннюю поддержку от посторонних людей…

Через нить прилетел спокойный образ от Кроха: он лежит у меня в ногах, опустив голову на лапы и прикрыв глаза. «Всё хорошо, хозяин».

— Да, дружок, — пробормотал я. — Самое страшное позади.

Я вышел во двор. Солнце уже завалилось за низкую крышу кладовой, и часть пространства оказалось в тени, но у колодца всё ещё лежал яркий светлый прямоугольник — последний луч уходящего дня.

Брумиш продолжал дремать у грядок, Люмин валялся рядом с ним, пушистым брюхом кверху, и тихо посапывал, а Крох сидел чуть в стороне, наблюдая за мной.

Я подошёл к табурету у колодца, опустился на него и подставил лицо солнцу. Тёплый свет лёг на лоб и скулы. Я прикрыл глаза и впервые за день вздохнул полной грудью.

Вскоре со стороны загона раздались шаги, и на соседний табурет грузно опустился Ларк.

— Ну и дела, племяш, — буркнул он.

Я промолчал.

— Чего молчишь? — нахмурился дядя.

— Думаю, — отозвался я, приоткрыв глаза.

— О чём?

— О жизни, — философски ответил я.

Ларк хмыкнул, помолчал и косо глянул на меня.

— И как она тебе?

— Сложная.

— Это да, — он хохотнул. — Никто и не обещал, что будет простая.

Дядя хлопнул ладонями по коленям, отчего звук гулко разнёсся по двору, и крякнул, поднимаясь.

— Так, — произнёс он. — Надо бы ужином озаботиться. Мальвина как раз обещала пирог с капустой испечь.

Я приподнялся.

— Сиди, — Ларк надавил на моё плечо. — Пойду кости разомну, заодно и аппетит нагуляю, а то весь день тут проторчал.

Дядя поправил рубаху, почесал щёку и неторопливо зашаркал в сторону кухни. Через несколько секунд донёсся звук отодвигаемого засова, а затем