Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря - Анна Гале

— Привыкай, ты здесь ещё много чего увидишь и услышишь, — спокойно улыбнулась судья.

— Ты бы сама такого убила, причём без вселения, первым, что попалось бы под руку, — раздражённо фыркнула Викуся. — Помнишь, как ты чуть не выбила ключом глаз парню, который хотел затащить меня в машину? Так вот, по сравнению с этим гадом, то был просто ангел без крылышек.

— Серьёзно — ключом в глаз? — хмыкнула Лилиана. — Я с самого начала чуяла, что не такая уж ты тихоня, какой кажешься.

— Так, хватит. О Викином служении поговорим позже, — мрачно сказал Герберт. — Возвращаемся к праву победителя. Танюш, его нужно подтвердить сегодня.

— Нет, — выдохнула я. — Лучше убей. Или отправь к Анорму.

— Ну вот, я, значит, старалась, — Вика закатила глаза, — облегчала тебе жизнь, а ты опять начинаешь про смерть или Анорма. Могла бы вообще-то и «спасибо» сказать.

— Вы все сумасшедшие, — меня затрясло мелкой дрожью.

— Герб, может, ещё раз разжечь благовония? — задумчиво произнесла Лилиана. — Могу ещё кое-что туда добавить. Полное подавление воли. Девочка будет тебе послушна — никаких истерик, делай что хочешь, требуй чего угодно. Сейчас это выход. Что скажешь, герой-любовник?

Да, да, судья, помоги мне чем-нибудь! Я готова на любое средство, только бы ни о чём не думать, не чувствовать, как всё больше разрывается душа.

— Это совсем не выход, — решительно возразил Герберт. — Лучше пусть на её привыкание к новой жизни уйдёт немного больше времени, чем ты сделаешь из девочки послушную куклу.

— Всего на один раз, — сказала Лилиана.

— Нет, — твёрдо ответил он. — Иначе каждый раз Синичка будет умолять тебя раскурить какую-нибудь смесь благовоний. Вика, она уже немного успокоилась, можешь выходить отсюда. И не косись на меня так, я сейчас приду. Разговор о твоём тайном служении у нас обязательно будет, но немного позже и наедине. А пока, Лили, как насчёт партии в покер?

— Можно, — помедлив, сказала судья Лилиана.

— Прекрасно. Синичка, посмотри на меня. Я даю тебе время. Сейчас ты останешься в этой комнате одна. Можешь передвигаться по квартире и делать, что хочешь. Когда успокоишься, разденься, открой дверь и ложись. Не бойся, по коридору никто, кроме меня, не пойдёт, — мягко говорил Герберт. — Когда я услышу, как хлопнет дверь, через минуту приду к тебе.

— Синичка, хочешь, я останусь, поговорим? — спросила Вика.

Я покачала головой. Конечно, хочу, но не стоит. О чём нам сейчас говорить? О её служении? Я не могу об этом даже думать. О праве победителя? Так для Викуси это такая же болезненная тема, как и для меня. Зачем растравлять Викину повреждённую душу?

— Пойдём, Викусь, — позвала судья. — В покер ты пока не играешь, так хоть посмотришь, что такое настоящий блеф.

Вика колебалась. Герберт решительно сгрёб её в охапку и вынес из комнаты. Лилиана обернулась на пороге. В ярких зелёных глазах читалось неожиданное сочувствие.

— Решайся скорее, — негромко сказала она. — Не мучай себя. Ты уже знаешь, что он тебя не обидит.

Не знаю, сколько я просидела, съёжившись на кровати и тупо глядя на закрытую дверь. Это нужно сделать. Кому нужно? Мне? Или Герберту? А может, Вике? Никому не нужно, но все на этом настаивают. Лучше бы дали Анорму меня увезти.

При воспоминании о рассвете с Королём меня передёрнуло, в который раз вернулся леденящий ужас ночи совета. Не знаю, как мне удалось улыбаться Анорму все сорок минут, пропитанные страхом, омерзением и унижением, а потом — ещё и болью.

За окном смеркалось, день плавно перетекал в ночь. Очередную ночь, которая одарит меня новыми кошмарами и во сне, и наяву.

Пожалуй, время для первого из них уже подошло. Пора вставать, нехорошо заставлять победителя ждать так долго. Страшнее, чем с Анормом, всё равно не будет. Я поднялась, медленно разделась и подошла к двери. Сейчас я открою её… Но сил на это простое движение не было. Зажмурившись, я толкнула дверь и открыла глаза, когда раздался сильный стук дерева о стену.

— Ого, — донёсся из кухни смешок Лили. — А ты говорил, что можем не услышать.

Шаг к кровати, ещё шаг. Я легла и снова закрыла глаза. Не хочу видеть, как будет приближаться Герберт.

— Герб, ты единственный, кому удаётся у меня выиграть, — сказала на кухне Лилиана.

— Ничего, зато тебе везёт в любви, — в тон ей отозвался рыцарь.

— А тебе? — со смешком парировала его бывшая жена. — А, обладатель гарема?

— Везёт, — весело согласился Герберт. — Пойду к своему ценному призу. Заставить Синичку ждать, когда она так долго решалась, — это уже изощрённый садизм.

Шаги по коридору. Дверь закрылась. Приближающиеся шаги по комнате. Тихий смешок. Герберт сел рядом и провёл рукой по моему лицу. Открыть глаза не было сил. Я прижала руки к кровати. Держаться, не закрываться, не сопротивляться, не ударить. Он дал мне время, я показала Герберту, что готова. Теперь остаётся только вытерпеть этот кошмар.

Перед закрытыми глазами вдруг всплыло лицо Вильгельма в вечер после венчания. Любящий взгляд, ласковая улыбка. А так гораздо лучше. Надо всего лишь представить, что я чувствую сейчас его губы, его руки, его тело…

Когда всё закончилось, Герберт остался лежать рядом, внимательно глядя мне в глаза. Мне показалось, что он сдерживает раздражение или злость. Естественно, что ещё он может чувствовать в этой ситуации?

— Ты всё-таки меня боишься, — наконец, сказал Герберт. — Жаль, но ничего, привыкнешь. А потом я тебя всему научу.

Он коснулся губами моей щеки, и я невольно вздрогнула.

В дверь постучали.

— Герб, у нас были кое-какие планы, — донёсся из коридора голос Лили.

— Подожди, дай Синичке одеться, — отозвался Герберт.

Он вскочил. Я торопливо прикрылась пледом и схватила упавший со спинки кровати на пол халат.

— Стесняешься? — с неожиданной злостью бросил Герберт. — Я же тебя всю уже разглядел и ощупал. Подозреваю, что незабвенный Вильгельм знает твоё тело значительно хуже. Привыкай, девочка! Твой благородный муж тебя бросил, а я, чёрный кольценосец, подобрал. Теперь ты моя, запомни это потвёрже!

Я завязала пояс халата и закрыла лицо руками. Слёзы катились сами собой, и больше всего мне хотелось их остановить.

— Герб, уйди, — прозвучал рядом спокойный голос Лилианы. — Ты сделал всё, что мог. Она ведь уже почти успокоилась. Зачем ты сейчас это сказал?

— Синичка, — я почувствовала на плече руку Герберта. — Ну хватит, малыш, прости идиота. Всё время забываю, что ты ещё ко мне не привыкла.

Рыцарь Грарга снова сел рядом, обнял меня и начал тихо покачивать, от его раздражения и злости не осталось и следа.

— Давай-ка,