Комендантский час - Джейн Коуи

Она посмотрела на карту и подала сигнал водителю, чтобы тот выпустил ее на следующей остановке. Автобус плавно остановился.

– Вы уверены, что это та остановка? – спросил водитель.

– Да, – сказала Кэсс и быстро вышла. Она шагнула на тротуар, и двери с шипением закрылись за ее спиной. Она медленно и осторожно подтянула сумку к груди и обхватила ее рукой, защищая. Автобус тронулся, и Кэсс тут же пожалела о своем решении.

Всюду, в канаве и на обочине, валялся мусор. Раздавленные пивные банки, упаковки от еды навынос и та плотная серебристая лента, которой обвязывают картонные коробки, чтобы они не лопнули. Среди мусора Кэсс разглядела одинокий башмак. У дороги примостился грязный многоквартирный дом. Забор перед ним был выломан в нескольких местах. Она учуяла запах реки – застоявшуюся болотную вонь.

Мысль о том, что ее отец живет здесь, ужасала. Даже в тюрьме наверняка было лучше, хотя Сара и не брала ее туда с собой, эгоистичная сука. Кэсс побежала по тротуару и в конце концов обнаружила в заборе брешь, возникшую скорее в результате преднамеренных, нежели случайных, действий. Она юркнула в отверстие и споткнулась о неровный асфальт с выбоинами. Вход в здание находился под узким крыльцом с провисшей крышей и вонял туалетом.

Из целого ряда кнопок на стене ни одна не была помечена. Кэсс толкнула приоткрытую дверь и вошла. Под ногами зашуршали флаеры с рекламой пиццерии. На них отпечатались грязные следы. Было легко не обратить на них внимания. Ведь все остальные не обращали.

Справа находился лифт, слева – лестница. Освещение был резким и желтым, краска на стенах то ли тускло-серой, то ли бледно-синей. Внизу на стене кто-то много раз нацарапал имя ДЭЙВ. Не верилось, что кому-то приходится так жить. Так нельзя, это недопустимо.

Лифт оказался сломан, и Кэсс шустро поднялась по лестнице. Через три пролета она оказалась на верхнем этаже. Перед ней простирался пустой коридор с одной-единственной лампой посередине. На большинстве дверей номера были написаны маркером. Кэсс знала номер Грэга, но достала планшет и перепроверила. И все равно, очутившись перед его дверью, замешкалась.

Вдруг ее мать была права, и она совершит ошибку? Сознание подтачивала мысль, что порядочный мужчина в таком месте не окажется, что это не место для порядочных людей. Она сделала шаг назад. Наверное, ей стоит уйти. От этого здания у нее мурашки по коже.

Но что-то ее удержало. А именно отец, застрявший в этом дерьме. Если бы сложилась обратная ситуация, он бы ее точно вытащил. Она подняла руку и собралась постучать, но тут соседняя дверь распахнулась, и какой-то странный мужчина высунул голову в коридор.

– Кто ты, черт возьми?

– Я… не твое дело, – огрызнулась Кэсс. Выбритая налысо голова, голубая татуировка сбоку на шее. Те части его тела, что она видела, были словно вылеплены из сала. Она снова постучала в дверь, на этот раз сильнее и настойчивее. Сосчитает до пяти – и уйдет.

Дверь рывком распахнулась, и перед ней возникло лицо отца. Красное, как свекла, и нахмуренное.

– Что за… – начал он, и на его лице отразилось замешательство. – Кэсс?

– Привет, пап, – нервно произнесла она.

Он высунулся немного дальше в коридор и увидел мужчину в другом дверном проеме.

– Входи, – пригласил он. Впустил Кэсс и запер дверь.

– Спасибо за подарки. Они прекрасны. – Она наклонила голову, чтобы он разглядел серьги. Они ей не нравились, и от них болели уши, но это не имело значения.

– Пожалуйста, – ответил он. – Я рад, что твоя мать тебе их передала. Я боялся, что она этого сделает.

– Она едва этого не сделала, – заметила Кэсс и стала озираться по сторонам. Вся квартира состояла из одной-единственной комнаты с крошечной кухонной нишей в углу. Справа ютилась ванная, отгороженная вместо двери лишь сморщенной, убогой занавеской. Окно запотело от конденсата.

– Прости, у меня не убрано. – Отец прошел мимо нее, подобрал с дивана одеяла и подушки, развернулся и закинул все это в ванную комнату. И задернул занавеску, настолько плотно, насколько возможно, чтобы скрыть беспорядок. – Садись.

В квартире было ужасно. Чертовски ужасно. Но Кэсс решила извлечь из этого визита максимум пользы.

– Спасибо. – Она аккуратно присела на край дивана и почувствовала, как под ней просела подушка.

Грэг возился на кухне, ополаскивал чашки и кипятил воду. Через пару минут он плеснул в чашку жидкий бесцветный чай и поставил ее перед Кэсс. Она взяла чашку и попыталась улыбнуться, но копившиеся в течение трех месяцев невысказанные слова оказались слишком тяжким грузом, чтобы беззаботно улыбаться.

– Я знаю, что произошло. Знаю, что натворила мама. Ты не должен был попасть в тюрьму. Я хотела тебя навестить, но мама не разрешала. Она такая коза, ты даже не представляешь, на что похоже место, куда она нас перевезла, в нем полно старух, и они ненавидят мужчин, а мне все это надоело. – Она запыхалась, будто взбежала по лестнице.

Грэг медленно помешивал чай.

– Спасибо, что сказала это. Мне крайне важно знать, что ты не веришь, что я совершил что-то плохое.

– Конечно, ты не совершил ничего плохого! Я там была, папа. Я видела, что это она тебя вытолкала.

– Она объяснила почему?

– Нет. – Кэсс рассмеялась. – В любом случае меня ее оправдания не интересуют.

– Как школа?

– Все хорошо. Школа есть школа.

– Мне прислали твой табель успеваемости.

– О! Отлично. Это я их попросила. – Она улыбнулась. Грэгу нравилось следить за ее оценками.

– Кажется, у тебя все хорошо. Лишь один учитель поставил тебе низкий балл. Мисс Тейлор?

– Она преподает «комендантский час». Она меня на дух не выносит, потому что я постоянно указываю на недостатки в системе.

Грэг рассмеялся.

– Вот те на! Так ей и надо!

Внутри Кэсс что-то ожило. Это было то, что нужно. То, чего ей так не хватало. Он ее понимал. Она поерзала на месте. До чего же неудобный диван!

– Почему ты сегодня не в школе? – спросил он.

– Я приехала навестить тебя!

Она предполагала, что он продолжит раскручивать эту тему, и была готова с ним поспорить, но этого не понадобилось. Он глотнул чая и спросил:

– Как твоя мать?

– В порядке.

– Работает?

– Да. В центре электронного мониторинга в городе.

– Она ставит эти браслеты?

В его голосе мелькнула нотка удивления. Кэсс кивнула.

– Она начала там работать после того, как… как…

– После того, как она сделала так, чтобы меня арестовали. – Он подошел, сел на край дивана рядом с