Комендантский час - Джейн Коуи

– Это неважно, – говорит она и возвращается к Кейт Таунсенд.

Я стою в коридоре, ошеломленная.

Глава двадцать третья. Элен

После того как Тому наконец заменили электронный браслет, жизнь понемногу вернулась в привычную колею. Элен втайне гордилась тем, как стойко они выдержали свое первое серьезное потрясение. Было тяжело, но они справились. Они доказали, что не принадлежат к числу тех пар, чей союз трещит по швам при малейших трудностях. Да и как могло быть иначе? Ведь они успешно сдали экзамен и получили официальный сертификат на сожительство. У них крепкие отношения. Дело не в том, как долго вы вместе, а в том, насколько вы совместимы. Люди, которые вместе всего полгода, но созданы друг для друга, представляют собой более крепкий союз, чем люди, которые прожили вместе двадцать лет, но друг другу не подходят.

Но новая проблема не заставила себя ждать. Приступы головокружения и странные, неприятные ощущения в желудке усиливались. Элен с самого начала подумала, что, возможно, это что-то серьезнее вирусного заболевания, но сразу отмела эти мысли. Так быстро никто не беременеет. Женщины с форума по беременности, который она тайно читала, писали, что беременность может не наступать целый год, и она с этим внутренне смирилась. За этот год она бы поговорила с Томом. Ей было некомфортно от мысли, что это уже произошло, особенно в свете того, что сказала ей на последней консультации доктор Ферн.

Два года.

Что вы будете делать?

Она скрыла это от Тома. Она скрывала это ото всех, даже от Мэйбл. Если тревога окажется ложной, она почувствует себя идиоткой. Но когда не пришли месячные, Элен поняла, что пора прекращать себя обманывать. Она купила тест на беременность и положила его на самое дно корзинки, спрятав под шампунем и яблоками на случай, если ее случайно увидит кто-нибудь из учеников. Потом заперлась в туалете супермаркета и сделала тест, зажав между ног сумку с покупками.

Она прокручивала в голове оба сценария, пытаясь представить, как она себя почувствует, как отреагирует и какие действия нужно будет предпринять.

Беременна.

Или не беременна.

Все.

Или ничего.

После всех месяцев тоски и попыток сдержать нарастающую волну детской лихорадки, поглощавшей каждое мгновение бодрствования и пропитывающей все ее мечты до такой степени, что она сходила с ума, казалось абсурдным, что всего-то нужно помочиться на полосочку. И на сам результат палочка не влияла. Она могла на нее и не писать, а ребенок все равно бы или родился через девять месяцев, или не родился.

И все-таки ей казалось, что этот момент изменит ее жизнь.

Тест она делала не впервые. Она тайком купила один до того, как перестала принимать таблетки, просто чтобы попробовать, даже зная, что ее шансы забеременеть равны нулю. Она с тревогой вглядывалась в тестовое окошечко, ожидая появления невозможной линии, и была поражена глубиной своего разочарования, когда полоски там не оказалось. На следующий день она бросила таблетки. Она чувствовала, что побочные эффекты искусственных гормонов быстро улетучиваются, чувствовала, как возвращается ее собственный давно позабытый ритм. И вот она здесь.

Элен смотрела на зажатый в дрожащей руке тест и глубоко дышала.

Экран вспыхнул.

Идет тестирование…

Начался обратный отсчет.

5… 4… 3…

Она задержала дыхание.

Экран снова вспыхнул.

Элен пискнула, но быстро подавила этот звук.

Вы беременны.

Обожеобожеобожеобоже

Ее бросило в жар, потом в холод. Кабинка закружилась. Ну и ну! Это был не вирус. А ребенок.

Экран вспыхнул в очередной раз и показал еще одно сообщение, сообщение, которого она не видела на предыдущем тесте, поскольку тот был самым дешевым, а этот – самым дорогим из всех, что имелись в продаже. Она хотела знать наверняка.

Мальчик/девочка?

Элен колебалась. Действительно ли ей хочется знать? Шепот где-то на задворках мыслей стал оглушительным. Девочка – это свобода и возможности. В десять лет ее не загонят в клетку. Элен была учительницей и знала, что такое быть матерью мальчика. Она видела, как матери спешат привести своих сыновей пораньше на родительские собрания, как страдала их карьера от ограничений, наложенных на их детей. Представляя себе своего ребенка, она всегда видела девочку.

Мальчик – это совсем другое дело.

Хотя вероятность велика.

При этой мысли ее бросило в холод.

Она прижала ладонь к животу.

«Девочка, – подумала она. – Там точно девочка».

И нажала на кнопку.

Поздравляем! Это МАЛЬЧИК!

– Проклятье! – пробормотала она. – Нет. Нет! – Она опять нажала на кнопку, словно это изменило бы результат, но тщетно. Ужасное слово из семи букв упрямо высвечивалось на экране, не исчезая, не меняясь. Она положила тестовую полоску и схватила упаковку, перевернула ее и провела пальцем по нескольким строчкам на обратной стороне. Наверняка тесты ошибаются. Ничто не бывает на 100 процентов точным.

Идентификация пола с точностью 99,9 % на основании исследования 10 000 беременных.

– Черт, – прошептала Элен. В горле встал ком. Она зажмурилась и прикусила нижнюю губу, и ей почти удалось взять себя в руки. Она бросила тест в унитаз и смыла. Открыла дверь, подошла к раковине, ополоснула руки и вернулась к машине.

Ничего страшного, что у нее мальчик. У многих были сыновья, и ничего. Это не значит, что жизнь закончится. Да, многое изменится, и какое-то время у нее не будет той свободы, к которой она привыкла. Но она даст ему хорошее образование, и он устроится на работу. Или вырастет и уедет за границу, как ее родители. Бросит ее, потому что так ему будет лучше. Или останется здесь и будет жить в рамках комендантского часа, как Том. А может, Том бросит их обоих, и она превратится в старуху с неженатым сорокалетним сыном, вымещающим на ней ненависть за то, что ему не позволено выходить из дома.

О боже.

На нее накатила волна тошноты, желудок сжался, а глаза перестали помещаться на голове. Она подумала, что ее вот-вот вырвет, но нет, она не позволит. Она сглотнула. Свирепо и решительно, агрессивно сократив мышцы. Этого хватило, чтобы доехать до дома.

Том сидел в ее кресле и пялился в экран телевизора.

– Принесешь пива? – крикнул он.

– Хорошо. – Элен пошла на кухню и сделала то, что он просил. Она принесла бутылку и осторожно опустила ее на журнальный столик. – Как прошел день?

– Супер. – Он схватил ее за запястье и усадил к себе на колени. –