Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

в белое облачко пара и тут же исчезал в морозном воздухе. Корнелия, затянутая в чёрную кожаную броню с десятками ремешков для крепления оружия, напоминала кобру, затаившуюся перед броском. Бледное лицо со шрамом на щеке, скрытое капюшоном, выглядело фарфоровой маской — безжизненной, идеально гладкой. Невероятно сосредоточенной.

Её отряд расположился в тупике между двумя заброшенными особняками — идеальное место для засады. Вид на улицу отсюда открывался превосходный. Именно здесь должен проехать экипаж Скворцова на пути от Юсуповского дворца к особняку Воронцова. Единственная удобная дорога — остальные были либо слишком узкими для кареты, либо грязными, даже не смотря на бушующую метель.

— До конца бала ещё минут сорок, — Сергей сверился с серебряными часами. Его дыхание вырывалось изо рта маленькими облачками. — Наверное, уже играют последний вальс.

Корнелия не ответила, продолжая наблюдать за дорогой. Пальцы в тонких кожаных перчатках поглаживали рукоять одного из кинжалов. В отличие от неё, остальные члены отряда мёрзли, переминаясь с ноги на ногу и ругаясь сквозь зубы. Шесть человек в тёмных накидках. Лица скрыты деревянными масками в виде ликов птиц, на поясах — оружие: короткие мечи, кинжалы, у двоих — арбалеты с эфирными болтами, редкое и дорогое удовольствие. У всех под накидками эфирные доспехи — не для красоты, конечно. Как минимум могут спасти жизнь от рукопашных атак подмастерьев. Хотя, практики от ранга адепта в основном все уже переходят на холодное оружие. И среди охраны Скворцова вряд ли найдется чудак, готовый биться на голых кулаках.

— Вы ведь понимаете, кого мы устраняем? — произнесла Корнелия, не отрываясь от наблюдения. — Скворцов — не просто так смог сблизиться с Воронцовым. Этот предатель горазд на фокусы не меньше нашего. Так что будьте начеку.

Она произнесла всё это слишком буднично. Никаких эмоций — просто констатация факта. Чистый профессионализм. Вот она — обратная сторона безумной Корнелии. Настоящая профи.

— Кто предупреждён, тот вооружён, — добавил Сергей, глядя на остальных агентов. — Не думайте, что это будет просто.

Все кивнули.

Корнелия же усмехнулась и перевела взгляд с дороги на каждого:

— Для успешного выполнения задания у нас есть всё. Внезапность, мощь и контроль путей к его отступлению.

Она посмотрела на дорогу, где две кареты заняли позиции с разных сторон улицы. Обычные с виду экипажи скрывали в себе эфирные пушки, при том запрещённые к использованию в городах. Внутри сидели стрелки, готовые к залпу.

— Как только он объявится, подаём сигнал, — напомнила в очередной раз Корнелия. — Повозки перекроют дорогу, наши контурщики создают клетку вокруг экипажа Скворцова, и…

Она щёлкнула пальцами. Такой обыденный жест, в её исполнении выглядел как-то по-особому зловеще.

— Залп с двух сторон, — закончил Сергей, кивнув. — От мастера останется только дерьмо и воспоминания.

Корнелия склонила голову набок:

— Вы в курсе, в чём ошибка большинства людей, планирующих убийство? Они думают, что дело сделано, когда цель якобы поражена. Но нет. Настоящие проблемы только начинаются.

— Поэтому вторая группа уже заняла позицию в ста метрах отсюда, — кивнул Сергей. — Если что-то пойдёт не так и Скворцов переживет взрыв и вырвется, его встретят два лучших разведчика-подмастерья из клана Дальневосточных Ветров. Они задержат его. Возможно, даже ранят. И пока он будет с ними разбираться, подтянется весь наш отряд. А там уж… Даже мастер его уровня не устоит против нашего отряда в полном вооружении. Впрочем, госпожа лично уничтожит его.

Корнелия хмыкнула и провела ладонью по рукояти короткого меча, висящего у пояса. На клинке виднелись зазубрины от частого использования.

— Ты слишком много говоришь, «Коршун», — обратился к Сергею один из агентов, здоровяк в яркой маске птицы.

Корнелия повернулась к нему так резко, что несколько прядей волос выбились из-под капюшона.

— А ты слишком много думаешь, «Дятел», — парировала она с ледяной улыбкой. — Для твоей профессии это не требуется. Просто делай, что велено.

Тот отвернулся, пряча взгляд. Даже он, повидавший немало в своей жизни, чувствовал инстинктивный страх перед этой женщиной. Что-то в её глазах говорило: она не просто убьёт тебя — она сделает это с удовольствием.

Сергей кашлянул, разряжая обстановку.

— Ещё тридцать минут до появления цели. Проверьте оружие и займите позиции.

Все рассредоточились.

Корнелия же скучающе произнесла:

— Поскорей бы завершить миссию. У меня ещё много дел этой ночью.

Она улыбнулась — не той улыбкой, которой одаривала агента «Дятла», а другой, очень странной. Затем прошептала:

— Мой Игнатушка сегодня будет в ударе на балу. Он не знает, что я сняла номер в гостинице прямо напротив его квартиры. Когда всё закончится, мы наконец-то увидимся. И пусть он только попробует привести шамотру с бала. Порежу…

В её голосе звучала такая убеждённость, что Сергей — единственный, кто стоял с ней рядом, не решился хоть что-то сказать в ответ. Ну нафиг. Переубедить ходячее безумие, когда оно абсолютно уверено в своей правоте? Это не его проблема, а того парня — Игната. Пусть сам разбирается.

* * *

Вальс «Амурские волны» разливался по залу Юсуповского дворца, пары кружили по начищенному до блеска паркету. Лиза скользила в объятиях студента Гранитного Института, считая про себя такты. Раз-два-три, раз-два-три. Её веер, прикреплённый тонкой цепочкой к запястью, мерно покачивался, как маятник, отсчитывающий время напрасного ожидания. Молодой человек что-то говорил ей — кажется, комплимент её рыжим волосам — но Лиза лишь рассеянно улыбалась, поглядывая поверх его плеча на входные двери. Только вот понимая уже, что напрасно.

В другом секторе зала Катерина вальсировала с Михаилом Орловским, сыном графа. Её лавандовое платье мелькало, как скромный полевой цветок среди оранжерейных роз. Михаил держался безупречно — три года при императорском дворе научили его правильно вести даму в танце. Лицо, слишком серьёзное для юноши двадцати лет, чуть смягчилось, когда Катерина что-то шепнула ему на ухо.

— Вы тоже прекрасно танцуете, — ответил он, выполняя особенно сложный поворот.

— Всё дело в партнёре, — произнесла Катерина с мягкостью, которая выгодно отличала её от большинства девушек.

Неподалёку от них, в самом центре, Софья Вишневская кружилась с курсантом из Гвардейского Училища. Сапфиры в её причёске красиво мерцали, а подол платья взлетал при поворотах, обнажая изящные туфельки. Гвардеец не сводил с неё глаз, ловя каждое движение, каждый взгляд и вздох, точь коллекционер, наблюдавший за редкой бабочкой.

— Позвольте заметить, — произнёс он, наклонившись к её уху, — вы затмеваете всех дам в этом зале.