Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

— Совершенно верно, Георгий Константинович. Наши части ворвались на восточные окраины, но продвигаются медленно. Немцы отстреливаются из каждой щели.

— И будут отстреливаться, пока мы не перережем им коммуникации, — сказал я, взял карандаш и обвел цитадель. — Вот здесь у них главный узел обороны. Если взять его, город, считай, падет сам. Однако ломиться на Виняру в лоб самоубийственно. Нужно отвлечь их внимание.

Начштаба подошел ближе.

— Что вы предлагаете, Георгий Константинович? — спросил он.

— Атаковать по всему фронту, одновременно ударив и по фортам, и по вокзалу, и по цитадели, но все это должно быть отвлекающим ударом. — Я постучал карандашом по карте, западнее города. — Здесь, за Вартой, немцы выкопали обводной канал. Он достаточно глубокий, с бетонированными стенками. Гонелл думает, что это нас остановит, если мы попытаемся обойти Познань с запада, а нам и не нужно его обходить.

— А как тогда?

— Нужно этим каналом и воспользоваться. Он подходит к цитадели с тыла. Если нам удастся пройти по нему, выйти к подземным ходам, которые соединяют канал с фортами, снабжая их водой… — Я провел линию. — Немцы не ждут удара оттуда. Все их укрепления обращены на восток, юг, север. С запада они прикрыты каналом, который считают непреодолимым.

— И все-таки простреливают его по всей длине, — усомнился начальник штаба. — Ширина его такова, что мостки не перебросить. Да и не дадут нам фрицы это сделать.

— Куда они денутся. Мы высадим десант, захватим шлюзы, откроем створы. Вода уйдет и тогда штурмовики пройдут по дну.

— Да, это может сработать, — согласился Маландин.

— Вызовите ко мне командира саперной бригады и Жадова. Будем готовить операцию.

Через час в блиндаж вошли полковник Дубровин — сухой, подтянутый сапер с орденом Красного Знамени на кителе — и генерал-майор Жадов, чей 4-й воздушно-десантный корпус блестяще выручил фронт при освобождении Минска, да и в других сражениях очень помог.

— Смотрите сюда, товарищи, — обратился я к ним, развернув перед командирами карту.

И я посвятил их в свой план, предложив не форсировать канал, а проникнуть по нему в тыл врага, используя фактор внезапности. Саперы ночью на резиновых лодках подходят к шлюзам, захватывают их, открывают створы.

Вода уходит, и по бетонному дну в прорыв идут десантники, проникая в водоводы, что снабжают форты познанской цитадели водой. Все это нужно было сделать в очень короткий срок, пока фрицы не опомнились.

— А если немцы заминировали шлюзы? — спросил Дубровин.

— Тогда ваши люди должны разминировать их. Под водой. Ночью. Есть такие?

— Как не быть, — ответил полковник. — Водолазы, служившие до войны в ЭПРОНе.

— Хорошо… Товарищ Жадов, ваша задача, после спуска воды, проникнуть в канал и дальше, внутрь фортов. Мы же артиллерией и ночными бомбардировщиками отвлечем внимание противника.

— Задачу выполним, товарищ Маршал, — откликнулся генерал-майор.

— Готовьтесь. Начинаем через двое суток.

— Есть, товарищ командующий.

— Герман Капитонович, — сказал я, когда все остальные вышли. — Операцию назовем «Спуск». В переговорах должно звучать только это слово. Никаких «каналов», «шлюзов», «водоводов». Фрицы могут перехватить.

— Вас понял, товарищ командующий.

— Теперь по срокам. Двое суток — это максимум. Лелюшенко доложил, что немцы подтягивают к Одеру еще одну танковую дивизию — 25-ю. Если она присоединится к деблокирующей группе, ему придется туго.

— А что с нашей авиацией?

— Копец обещает бомбить переправы круглосуточно, но погода портится. В низкую облачность штурмовики не смогут работать эффективно. Рассчитывать нужно на себя.

Я закурил. Начальник штаба терпеливо ждал.

— Где сейчас дислоцированы передовые части Жадова?

— 4-й воздушно-десантный корпус сосредоточен в лесах юго-восточнее Познани. Две бригады остаются в резерве, одна направлена на усиление 16-й армии Лукина.

— Снимите одну бригаду с передовой. Пусть готовятся к десантированию. Не с парашютами, а на лодках. Действовать надлежит скрытно и бесшумно. Ни одного выстрела до сигнала к атаке.

— А если немцы их все-таки обнаружат?

— Если обнаружат, операция «Спуск» будет провалена. Потратим на взятие Познани месяц, если не больше.

Маландин, кивнул записал в блокнот.

— Теперь о саперах… — продолжал я. — Дубровин сказал, что водолазы у него есть, и все-таки проверьте эти сведения, что за люди, какой опыт работы под водой у каждого. Неплохо было бы, чтобы медики обследовали их на предмет физического и психического здоровья. Если кто из них запаникует, то может сорвать всю операцию.

— Будет выполнено, товарищ командующий.

— И еще, Герман Капитонович, — сказал я, затушив папиросу. — Приготовьте приказ об отстранении командиров, которые не выполнят задачу. Не наказания ради, а чтобы люди знали, что шутить я не намерен.

— Слушаюсь, товарищ командующий.

Он вышел. Я посмотрел на карту Познани, что лежала передо мной, испещренная карандашными пометками. Форты… казармы… вокзал… цитадель… И тонкая синяя линия канала, уходящая на запад, за Варту, как змея в логове зверя…

— Товарищ Маршал, — окликнул меня дежурный связист. — На проводе Третий.

Я взял трубку полевого телефона.

— Слушаю, товарищ Третий.

— Докладываю, товарищ Первый. Противник на плацдарме проявляет активность. За ночь, несмотря на наше противодействие, он сумел переправить еще два батальона пехоты и десять танков. С утра пошли в атаку.

— Где они сейчас?

— Отбросили. Два орудия повреждены, погиб расчет ПТРД.

— Нужна помощь?

— Нам бы еще хотя бы батарею «катюш». И снаряды к ним. Мой дивизион почти пуст.

— Будут. Держись, товарищ Третий.

— Есть, держаться, товарищ Первый.

Я положил трубку… Подумал, что «Катюши» подбросить Лелюшенко можно, но решат ли они проблему? Немцы лезут напролом, не жалея техники. Их задача — оттянуть наши силы от Познани, а наша — не дать им этого сделать.

— Георгий Константинович, с саперами порядок, — принялся докладывать вернувшийся начштаба. — Водолазов трое, все из черноморского ЭПРОНа. Опыт подводных работ — большой.

— Кто командир группы?

— Старший лейтенант Кравчук. Участвовал в подъеме затонувших кораблей в Севастополе. Награжден орденом Красной Звезды.

— Вызвать его ко мне.

Через полчаса старший лейтенант Кравчук, невысокий, коренастый, с обветренным лицом и спокойными глазами, стоял передо мною. Вряд ли он был из тех, кто паникует под водой даже в самой опасной ситуации.

— Товарищ Кравчук, — начал я. — Ваша задача подобраться к шлюзам канала, обезвредить