Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура

class="p1">Люди на побережье были видны и раньше, но они казались меньше горошины, и разобрать что-либо было невозможно. Чем ближе подходили, тем яснее становилось происходящее: обстановка была напряжённой.

Их было пятеро. На первый взгляд, трое против двоих? Нет, всё оказалось сложнее. Один из них, судя по всему, уже ранен: он сидел на корточках, сжимая окровавленную руку.

– Это же… – подал голос Синдзиро.

– Да, Сакамаки Дэннай, – ответил Кёдзин.

Тот самый, что раньше служил в княжестве Сибата, владел техниками фехтования школы Дзикисинкагэ-рю и напал на них возле Фудзикавы со своими подельниками. Монаха по имени Энсюн, владевшего техникой боя копьём школы Ходзоин-рю, нигде не было видно – то ли умер, то ли сбежал.

– Любит же он прибиваться к стаям, – ухмыльнулся Сюдзиро.

Похоже, Сакамаки Дэннай уже сколотил новую банду. В кодоку, где сплошь царит предательство, такое не редкость.

– Сюдзиро-сан, посмотрите туда.

Футаба указала на человека, который выделялся среди остальных: его длинные волосы отливали тусклым золотом.

– Видал его в Тэнрю-дзи.

Этот европеец стоял совсем рядом с Кёдзином. В Токио в последнее время многие чиновники носят европейскую одежду, кажется, её называют мундиром. На японских служащих они обычно выглажены, без единой складки, но костюм этого человека казался старым, изношенным, а ткань – потёртой и бесформенной.

На поясе у него было два оружия. Первое – меч, похожий на саблю, что носят в последнее время полицейские. Второе – небольшой одноручный топорик.

– Скорее всего, Сикура говорил о нём.

Когда они думали, кого можно было бы привлечь на свою сторону, Сикура рассказал об одном иностранце: рост, внешность, оружие и военная форма – всё сходилось. По словам брата, он обладал нечеловеческой силой.

Трое уже обнажили мечи, а иностранец закрывал собой раненого, не достав пока ни сабли, ни топорика.

– Пройдём мимо.

Сюдзиро был уверен, что им удастся проскользнуть незамеченными. Всё равно их скоро увидят, но положение на берегу было затруднительным, и, как ему казалось, у схлестнувшихся не было ни малейшей возможности отвлечься на посторонних.

Первым их заметил иностранец – их взгляды на мгновение встретились. Однако он лишь холодно скользнул по Сюдзиро глазами и тут же вернулся к прерванной битве.

– Говорю ещё раз. Отойдите!

Иностранец, похоже, бегло говорил по-японски, даже не слышался заморский говор.

– Не лезь не в своё дело! – выкрикнул один из противников, молодой и худощавый.

– А может, оно моё?

Иностранец говорил точь-в-точь как японец. Должно быть, он прожил здесь много лет.

– Как же хорошо…

– Да, – рассеянно ответил Сюдзиро.

Его мысли были заняты другим. Сможет ли выжить европеец? С ним раненый, а значит, он один сражается против троих.

– Помощь не нужна.

Иностранец обернулся. Глаза – голубые, будто собрали в себе небо, черты лица – острые, а на подбородке – щетина, которая на солнце отливала золотом.

Сакамаки был их общим противником. Пусть иностранец не знал о прошлом нападении, но помогать ему они и не планировали.

– Варвар. Наглый захватчик, – скрипя зубами процедил уже другой мужчина, одетый в хаори и хакама. Обнажив меч, он приближался к европейцу.

– Разве эта страна не провозгласила цивилизацию и просвещение? – удивился иностранец.

Сюдзиро остановился, остальные лишь молча наблюдали за происходящим.

– Действуем? – шёпотом спросил Кёдзин.

Кто бы ни победил в этой схватке, они просто могут подождать, а потом собрать жетоны. Кёдзин смотрел на иностранца, казалось, в его глазах в этот момент мелькнул гнев.

– Вы же уже забрали жетоны. Нет смысла его убивать, – иностранец указал на раненого мужчину позади себя.

– Он не хотел отдавать их по своей воле. Да и если мы оставим его в живых, он может забрать их обратно, – ответил Сакамаки Дэннай.

– Я не могу позволить, чтобы вы замучили его до смерти.

– Ещё не дошло, что ли? Тут убиваешь или ты, или тебя, – фыркнул Сакамаки.

Он был силён. Да и его спутники наверняка тоже: они прошли Тирю и уже подбирались к Хамамацу. По их стойкам было видно, что они давно не новички.

– Never too late…[76]

– Чего?! – услышав незнакомый язык, все трое нахмурились.

– …вернуть себя.

Иностранец медленно вытащил саблю из ножен. Воздух наполнился жаждой крови.

– Чего несёшь? Ничего не понимаю! – прорычал Сакамаки, и все трое бросились на иностранца.

Это была не метафора – сабля взвыла, словно от внезапного порыва ветра. Рука худощавого взлетела в воздух, и крик пронзил побережье. В следующее мгновение иностранец, развернувшись всем корпусом, нанёс рубящий удар в туловище мужчине в хаори и хакама. Сокрушительный удар, подобный смерчу, рассёк его пополам.

Сакамаки колол, пока меч иностранца всё ещё был в теле второго противника. В тот миг, когда Сюдзиро уже решил, что тот обречён, европеец отпустил рукоять сабли и плавным движением выхватил с пояса топор, отбив атаку.

– Проклятье!

Иностранец ловко отбивал удары Сакамаки своим, куда более коротким оружием. Среди шума волн раздался визг металла – иностранец, остановив меч противника топором, выбил его из рук.

– Ах!

Сакамаки только и оставалось наблюдать, как улетает меч. В этот момент иностранец схватил его за грудки.

Сюдзиро широко раскрыл глаза. Футаба тоже прикрыла рот рукой от изумления. Иностранец всего лишь одной рукой поднял Сакамаки высоко в воздух – пугающая сила.

В этот момент худощавый, которому отрубили руку, с диким воплем бросился в атаку. Европеец взмахнул топором, по-прежнему держа Сакамаки на весу. С шеи худощавого, подобно водопаду, хлынула кровь.

– О-отпусти! – умолял Сакамаки, беспомощно болтая ногами в воздухе.

– Окей, – хрипло ответил иностранец.

Даже через одежду было заметно, как напряглись его мускулы. С быстротой молнии он вколотил Сакамаки головой в землю: даже мягкий песок не смог заглушить хруста ломающейся шеи.

– Что он такое? – пробормотал Сюдзиро.

Сокрушительная сила. Нечеловеческая скорость. Великолепное владение боевыми искусствами. Сакамаки и его союзники отнюдь не были слабаками, но этот иностранец разделался с ними в мгновение ока.

– You want to try?[77]

Иностранец вытянул ладонь к небу, подзывая Сюдзиро. Язык, кажется, английский. Драться, что ли, предлагает?

– Сюдзиро-сан, не поддавайтесь, – попыталась остановить его Футаба.

Изначально он не хотел сражаться, но сейчас передумал.

– Если мы заберём у него жетоны, то сможем пройти Симаду.

Учитывая, что вскоре их ожидал четвёртый пропускной пункт, Хамамацу, у всех собравшихся на берегу вполне могло быть пятьдесят очков. Если забрать их все, то хватит не только на Симаду, но и на шестой пункт, Хаконэ.

– Я с ним разберусь, – тихо сказал Кёдзин, проведя рукой по волосам, растрёпанным морским ветром.

– Вдвоём собрались нападать? – окликнул их иностранец по-японски.

Только этот вопрос показывал, что он был настоящим