Цена весны. Книга 1 - Анна Рогачева

Я демонстративно ничего не заметила.

— Идём? — сказала я ей. — У меня сегодня большие планы на семена, и мне очень нужна умная компания.

Хильда кивнула, соглашаясь, и мы пошли наверх, в мои покои.

— Госпожа Лиза, а мы правда будем с семенами заниматься? Я не буду мешать. Я могу держать пакетики!

— Эрик, ты незаменим, — серьёзно подтвердила я. — Без тебя мне никак не справиться.

Он просиял.

— А я тоже могу помогать? — немедленно включилась Астрид, протискиваясь между мной и Эриком.

— И я помогу. Я сильный! — добавил Торкель, который шёл, явно копируя походку ярла.

— Вы все мне очень нужны. Пойдёмте.

Мы поднялись в мою комнату шумной ватагой. Свейн встретил нас с таким радостным визгом, что у меня заложило уши. Ребёнок явно поправляется, и, судя по всему, моя магия очень благотворно на него влияет. Как он обрадовался друзьям и моему возвращению, не передать словами. Пока дети наперебой рассказывали друг другу новости, я отошла к столу и стала размышлять, с чего всё-таки начать.

— Итак, — сказала я, оглядывая свою маленькую армию, — сегодня мы будем делать самое важное дело в истории этого фьорда. Подготовку семян к посеву. Это не быстро и не просто, поэтому нам понадобится терпение, аккуратность и, — я выдержала паузу, — умение не совать пальцы куда не надо.

Астрид немедленно убрала руки под стол. Эрик сделал то же самое, но с секундной задержкой, а Свейн спрятал руки за спину. Хильда обречённо вздохнула.

Первым делом мы занялись замачиванием. Это, объяснила я детям, как будить спящего человека. Вот если кричать над ухом, то он испугается, правда ведь?

— Правда!

— А если поставить рядом со спящим что-то вкусно пахнущее и совсем легонечко потрясти его за плечико, то он за такую приятную побудку ещё спасибо скажет. Поэтому вода должна быть тёплой, но не горячей. Сунул руку в воду, и, если приятно — значит, самое оно. Я подогрела воду в котелке, перелила её в несколько мисок и велела каждому потрогать и запомнить нужную температуру. Опыт детям понравился, судя по их сосредоточенным личикам.

Семена я замачивала по видам, заворачивая их в кусочки ткани, делая надписи. Каждому из детей я дала по одному сорту, и они, в точности повторяя мои действия, замачивали семена. Торкелю я дала больше видов, уж очень у него горели глаза. Получается, я нашла себе главного помощника, которому можно будет доверять.

Когда все ёмкости были расставлены, подписаны и укутаны, мы оглядели получившееся хозяйство. Вдоль стены выстроился целый полк: плошки, миски, рулончики в тряпочках, сложенные в деревянный лоток, — и это только первая партия. До полноценного посева рассады ещё нужно было ждать, пока земля в поле прогреется, но подготовительная работа была выполнена.

Астрид расставляла последние плошки с таким видом, словно укладывала детей спать, шепча что-то под нос.

— Что ты говоришь им, можно узнать? — не удержалась я.

— Госпожа, я говорю им, что они молодцы. И что они вырастут красивые и вкусные, а потом мы их съедим!

Я посмотрела на Хильду. Хильда посмотрела на меня.

Некоторые вещи не требуют слов.

Торкель сидел и смотрел на свою работу с гордостью.

— Торкель, — сказала я, — у тебя хорошие руки.

Он ничего не ответил, только чуть заметно кивнул.

Когда мы закончили и прибрали за собой, Свейн шумно выдохнул, откидываясь на спинку стула.

— Госпожа Лиза. Теперь они точно вырастут.

— Откуда такая уверенность?

— Ну как? Ведь мы же сами, руками. Они знают, что мы их ждём!

— Да, дорогие мои. Вместе. Это самое главное.

Оставив хозяйство на попечение Хильды с наказом «не трогать и не переставлять», я натянула дождевик и отправилась в поле.

Одда я там и нашла, даже искать не пришлось.

— Одд, — поздоровалась я, подходя. — Хочу с тобой поговорить о грядках.

— О чём?

— О том, как сделать так, чтобы было удобнее работать на поле. Ты когда-нибудь думал, почему спина болит к концу рабочего дня?

Он посмотрел на меня с таким видом, будто я спросила, почему зимой холодно.

— Она болит потому, что работал целый день, вот и вся наука.

— Не только, Одд. Да и не только в этом проблема. Ещё потому, что ходить приходится между рядами, наступать на землю, которую только что обработал, и снова же её топтать. Земля под ногами уплотняется, корням тяжело, вода не проходит куда надо. А если сделать грядки в виде широких полос, вот примерно на вытянутые руки, — и оставить между ними дорожки, по которым будет удобно ходить, то на саму грядку ногами вставать не нужно будет вообще. Дотянулся с дорожки, прополол, дотянулся с другой стороны, прополол снова. И спина меньше болеть будет, земля не уплотняется, и полоть проще. Да и каждый вид овощей на своей грядке будет, а уход им разный нужен.

Одд молчал, глядя с тоской на поле. — Рассказывай, что и как. Высокие гряды или обычные?

Фух. Когда Одд задаёт уточняющий вопрос, это означает, что он уже почти согласен, просто не хочет сознаваться.

— Приподними сантиметров на двадцать от дорожки. Земля там рыхлая будет, прогреется быстрее. Потом, если покажет себя хорошо, сделаем выше.

— Ширина?

— Нужно сделать так, чтобы с обеих сторон можно было дотянуться до середины. Вот, — я раскинула руки, — примерно так. Дорожка между ними — в ширину лопаты, чтобы пройти можно было. И всё поле на гряды разбей.

Одд воткнул посох в землю, прищурился, потом посмотрел на меня.

— Значит, земли меньше засеять сможем.

— На дорожки уйдёт, да. Зато то, что засеем, взойдёт лучше и урожая даст больше. Выгода всё равно в нашу сторону.

— Откуда знаешь?

— Пробовала. Много лет так сажала.

Он ещё немного помолчал, глядя в сторону фьорда, потом кивнул.

— К завтрашнему утру сделаем. Людей сегодня вечером расставлю.

— Спасибо, Одд.

Он что-то буркнул себе под бороду, но не злобно. Я уже научилась различать его ворчание. Сегодня он со мной по-доброму, без враждебности.

Я ещё немного прошлась вдоль поля, посмотрела, как идёт работа, похвалила детей за червей — они их снова собирали, с утроенным энтузиазмом, судя по тому, что самый маленький был перемазан по самые уши, — и пошла обратно.

День подходил к концу, а во мне всё ещё бурлила энергия. Роща меня сегодня зарядила бодростью на десять дней вперёд.

Глава 18

На следующее я проснулась ровно за час до рассвета. Зов был таким же глубоким и настойчивым, как и вчера. Теперь я ощущала его будильник, поставленный для меня заботливой рукой.