Цена весны. Книга 1 - Анна Рогачева

Постучала сильнее.

— Уже? — его сонный голос звучал так, будто я разбудила его посреди самого сладкого сна.

— Роща ждёт.

— Роща может подождать пять минут.

— Ладно, спи, разбужу тебя, как только вернусь.

Послышался тяжёлый вздох, шорох одежды, звон пряжки. Через три минуты, собранный и слегка помятый, он открыл дверь, посмотрев на меня с немым укором.

— Готов?

— Нет. Но идём.

Мы вышли из замка в предрассветных сумерках, и пошли вверх по тропе. Я столько никогда не ходила своими ножками, и тем более, не поднималась вверх по крутому склону. Но в этом были и плюсы, — мои ноги больше не ныли, и с каждым разом такие прогулки давались мне всё легче.

В Роще было тихо и влажно. Мох под ногами хлюпал, а с веток на голову капала вода. Торбранд шёл рядом, на ходу натягивая капюшон плаща.

— Мы идём к ней же?

— Да, конечно. Она наш учитель, так что мы пришли на очередной урок, — я повернулась лицом к Торбранду и подмигнула ему, рассмеявшись.

Мы подошли к ней, и я положила ладони на кору. Торбранд сегодня не стал упрямиться, встал рядом и сделал то же самое. Просто положил руку и закрыл глаза.

— Здравствуй, — сказал он.

И я чуть не заплакала от гордости.

Сегодня наш урок начался с того же, что и вчера, — с дыхания. Вдох на пять, выдох на восемь. Так происходила наша синхронизация с ритмом земли. Мне это давалось легко, да и Торбранду сегодня было проще, так как вчерашний опыт не забылся, и уже на втором цикле он сумел поймать ритм.

Потом я предложила ему попробовать урок, который я называю, — почувствуй корни.

— Закрой глаза, — командовала я. — И представь, что из твоих ступней вниз уходят корни. Тонкие, белые...

— Вода. Нужно быть водой, я правильно тебя понимаю?

— Именно.

Он дышал, а я чувствовала, как его тянется вниз, — медленно, неуклюже, как ребёнка, который только учится ходить. Его корни были слабыми, то и дело обрывались, и ему приходилось начинать заново, но он не сдавался. Стиснув зубы, он тянулся и тянулся вниз, стараясь не потерять концентрацию.

И на пятой попытке что-то произошло.

— Мокро, — прошептал он. — Внизу... мокро.

— Вода?

— Не знаю. Что-то... влажное. Холодное. Там, где-то далеко.

— Это вода, Торбранд! Ты его нашёл, это подземный ручей!

Он открыл глаза, в которых теперь плескалось чистое, почти детское изумление.

— Нашёл. Я... нашёл.

— Ты только что, только силой мысли, пробился пятнадцать метров вниз, под землю. Если бы это был колодец, мы бы уже пили воду из него.

Он посмотрел на свои руки с таким видом, словно увидел их впервые, а потом перевёл взгляд на меня. И в этот момент — клянусь всеми Богами Нордхейма, которых я не знаю, — он по настоящему, открыто улыбнулся.

— Ещё, что дальше?

— Дальше? — я задумалась. Сосна молчала, новых образов пока не было. Было ощущение, что она позвала нас для закрепления пройденного материала. И я вспомнила кое-что из вчерашнего урока, то, что не успела попробовать сама. — Дальше нужно научиться чувствовать камни.

— Камни?

— Под землёй лежат камни, и каждый из них что-то помнит. Сосна показала мне, что камни — это кости земли. Вот как у тебя есть скелет, на котором держится всё остальное, так и у земли есть скелет из камней. И если ты научишься их чувствовать, то сможешь узнать, где лучше копать, где ставить дом, где искать руду.

— Руду? — его глаза моментально вспыхнули. Вот тут заговорил ярл, ведь руда — это металл, а из него можно изготовить оружие, инструменты.

— Не торопись, — осадила я его. — Ты сначала научись отличать песчаник от гранита, а до руды ещё много воды утечёт.

Он принял свою излюбленную позу, скрестив руки на груди и, прищурившись, посмотрел на меня. Вот только что в его взгляде сияла почти детская радость, а сейчас же вернулась уже привычная ирония.

— Ты знаешь, у тебя очень странная манера учить. Сначала даёшь надежду, потом бьёшь тут же бьёшь по рукам.

— Это чтобы ты не расслаблялся.

— Не волнуйся, рядом с тобой расслабиться невозможно.

Я фыркнула, даже немного обидевшись на его высказывание, и мы начали упражнение с камнями.

Это оказалось значительно труднее, ведь камни не были похожи на воду. Вода, она живая, текучая и легко отзывается на прикосновение. А камни молчали, словно им было совсем не интересно общаться со мной. Они были старые, неподвижные, и за тысячи лет привыкли к тому, что их никто не тревожит.

Я тянулась к ним, пытаясь ощутить их присутствие, и натыкалась на... полное, абсолютное, ничего. Словно камни нарочно прятались от меня, притворяясь мёртвыми.

— Ну же, — шептала я, сжимая ладонями кору сосны. — Покажитесь мне, пожалуйста. Я ведь знаю, что вы там.

Тишина.

Я усилила нажим и потянулась глубже, вкладывая в поиск больше Дара, больше тепла... И тут камни ответили, причём все разом!

Удар был таким, что меня буквально отбросило от сосны и я пролетела метра два, приземлившись на пятую точку, прямо в огромную лужу, которая собралась после ночного дождя в ложбине между корнями.

— Ай! — я взвизгнула, когда ледяная вода хлынула мне за шиворот, пропитывая рубашку, безрукавку и добираясь до самого тела, а про нижнюю часть тела я и говорить не буду, так как промокла насквозь моментально.

Торбранд оказался рядом в мгновение ока. Он уже тянул руку, чтобы поднять меня, но, когда увидел, в каком я виде, остановился.

Я сидела в луже, с перекошенным лицом, и с выражением такого оскорблённого достоинства на лице, что...

Он заржал как лошадь, громко, во весь голос, запрокинув голову, так что эхо его смеха разнеслось по всей Роще. Он хохотал так, что у него выступили слёзы на глазах.

— Ты... — он задыхался, — ты сидишь... в луже...

— Я чувствую это, знаешь ли! — рявкнула я, пытаясь выбраться. Но мох был скользким, руки разъезжались, и я снова плюхнулась обратно, подняв фонтан брызг.

Торбранд от смеха согнулся пополам, схватившись за колени.

— Великая... носительница Дара... сидит в луже... как утка...

— Помоги мне встать, идиот!

Он протянул руку, всё ещё давясь смехом. Я ухватилась за неё и рывком поднялась. Вода стекала с меня ручьями, а в правом сапоге хлюпало.

— Не смешно, — сказала я, снимая сапог и выливая из него воду.

— Очень смешно, — возразил он, вытирая глаза. — Ты только что пыталась разговаривать с камнями, а они тебя выкинули, причём прямо