Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

Ван Юн приподнялся на локтях, с трудом удерживая себя в таком положении, и обратился к целительнице:

– Плохое просто иногда случается. Достойные люди часто уходят, хотя не заслужили смерти. Ты не виновата ни в чём, Ань Иин.

– Я оказалась слишком беспечной… Сначала я думала, что с помощью своей ци смогу сотворить невозможное и спасу всех, кто лежал у западных ворот, но у меня ничего не получилось. Я видела остекленевшие глаза Дуань Хэна, я вливала в него энергию до тех пор, пока ноги не подкосились, но он уже был мёртв. Путь Лунной тени? Ха… Какой в нём смысл, если мы никогда не встретимся друг с другом снова.

– Даже если так, мы должны продолжать жить.

– С дырой в груди?! – Ань Иин еле двигала бледными губами, и её лицо в полумраке казалось застывшей глиняной маской.

– С дырой в груди. Боль не позволит тебе забыть о человеке, которого ты любила.

Похоже, именно эти слова были верными, и целительница затихла, стирая слёзы со щёк. Раньше она видела лишь смерти незнакомых людей, но теперь в ней навсегда что-то изменится: старое надломится, и на том самом месте, где когда-то обитала надежда, родится твёрдая решимость, которой не хватает новому поколению заклинателей.

– Ты уже два дня не выходила из лазарета, поэтому усталость берёт своё, – сказал ей целитель Ань и мягко погладил внучку по плечу. – Иди поспи хотя бы до следующей стражи, я справлюсь здесь один.

На удивление, Ань Иин не стала спорить, как будто истратила все силы, пока плакала, и стыдливо опустила голову:

– Простите меня. Целители всегда должны сохранять хладнокровие, а я не справилась даже с этим…

– Ты хорошо держалась, Ань Иин.

– Спасибо вам, шисюн.

Когда она скрылась за ширмой, Ван Юн потёр веки и снова откинулся на твёрдую подушку, вытесанную из бамбука. Он не ожидал, что придётся сразу после пробуждения стать свидетелем чьего-то горя, но просто не мог остаться в стороне, поэтому сильно утомился после разговора с Ань Иин.

– Что с Мэйфэн? – спросил он, прикрыв глаза.

– Жива, но серьёзно пострадала.

Услышав слова целителя Аня, Ван Юн сразу перевернулся на бок и снова попытался подняться, но руки и ноги не слушались. Он с трудом сел на колени и из-за собственного бессилия ударил ладонью о циновку:

– Я пойду к Фэн Мэйфэн!

– Не торопись, я помогу тебе, – выдохнул старик и протянул Принцу Ночи дрожащую руку. – Но прежде чем ты понесёшься к ней, не задевая пыли на дороге[66], я должен кое о чём рассказать. На её бедре я обнаружил след от укуса змеи.

Ван Юн замер, так и не встав с колен, и слегка приподнял тёмную бровь.

– Что?

– Уверен, это не совпадение. Проколы от зубов на теле Фэн Мэйфэн в том же месте, что и у тебя! И ещё кое-что. – Целитель Ань прошёл к столику, сильно прихрамывая, и взял оттуда небольшое бронзовое зеркало. – Смотри.

Направив мутную поверхность в сторону Ван Юна, старик указал пальцем на его шею. Бумажный фонарь, что стоял в углу комнаты, давал слишком мало света, но даже так Принц Ночи смог разглядеть рваные следы от человеческих зубов на собственной коже, хотя он совершенно точно знал, что больше ни одна тварь не тронула его.

– Не понимаю.

– Ваша связь только укрепилась.

Ван Юн до сих пор помнил свежий запах мягкой кожи, похожий на тот неуловимый аромат, что испускали белые пионы в Лунной роще. Он помнил, как жадно касался губ Фэн Мэйфэн и прижимал её к дереву, помнил, что ощущал себя невесомым и в то же время совершенно цельным от этой сжигающей близости… Неужели они и правда перешли черту дозволенного?

– Вы считаете, это из-за Обмена? – спросил Ван Юн и всё же ухватился за руку целителя, на дрожавших ногах поднимаясь с пола.

– Сложно сказать, Юн, кхем, кхем… – Старик закашлялся, ведь ему пришлось изо всех сил поддерживать главу клана, чтобы тот не упал обратно. – Я уже так стар, но за все годы, которые посвятил целительству, мне не доводилось видеть ничего подобного.

– Наверное, она растеряна. Я пойду к ней.

Принц Ночи направился в сторону выхода, согнувшись вдвое и хватаясь за всё, что попадалось под руку. Когда он подошёл к бумажной ширме, то заметил, что на одной из створок висело нечто смутно знакомое – белый платок с выцветшими алыми разводами. Не было ничего удивительного в том, что в лазарете находилась ткань, испачканная кровью, но Ван Юн вдруг почувствовал себя странно и потянулся к ней. Подержав платок в руках, он заметил в уголке маленький герб, вышитый бежевыми нитями: ветвистое дерево, крона которого соединялась с корнями по кругу. Вещь из школы Шилинь.

– Откуда это здесь? – спросил он, повернувшись к целителю Аню.

– Ох, точно! Вечером платок принесла госпожа Ван, она сказала, что нашла его на месте разрыва Завесы, когда поднималась вместе с выжившими к руинам храма. У нас есть подозрение, что эта вещь связана с тёмной техникой, которую использовали для снятия защитного барьера и открытия портала в Обитель мёртвых, но госпожа сначала хотела поговорить с вами. Похоже, ритуал был завязан на чьей-то крови.

Без сомнений, Ван Юн уже видел такой платок раньше.

«Вытрись, не оставляй на этой земле свою кровь».

Несколько дней назад во время очищения лощины, наполненной демонической ци, Ши Янхэ протянул ему ткань и попросил стереть кровь с лица. Тогда Принц Ночи не придал значения жесту целителя, но сейчас осознал, насколько глупо поступил, отбросив свои подозрения на его счёт.

– Где сейчас Ши Янхэ?

– Он спит на циновке в дальней части лазарета, восстанавливает силы после всего, что сделал для нашей школы! – В голосе целителя Аня слышалось глубокое уважение, словно он говорил о своём шифу или о каком-то действительно великом заклинателе.

– И что же он сделал? – прохрипел Ван Юн и ухватился за угол ширмы. Его нижнее одеяние насквозь пропиталось потом, но он продолжал упрямо стоять, сжимая в руке платок.

– После того как целитель Ши помог закрыть брешь, он провёл у твоей постели целый день, изгоняя яд Фэя, хотя сам был ранен и истощён. После этого он очистил кровь Фэн Мэйфэн от укуса цзянши и подлатал руку Ань Иин. Только благодаря его помощи я смог заняться остальными заклинателями, пострадавшими в битве.

В голове Ван Юна что-то не складывалось, и он свёл брови к переносице:

– Отведи меня к Ши Янхэ.

– Хорошо, глава Ван.

Целитель Ань подхватил свою