Клеа и месть призраков - Эвелин Бризу-Пеллен

– Так он расчле… В Особняк! Срочно едем в Особняк!

Глава 37

– Такси приехало! – закричал Хоэль.

– Поспешите, месье! – тут же распорядился Рауль. – Всем немедленно в Оружейную комнату! И мадемуазель Клеа тоже!

– Ни за что! запротестовала я. – Это Лиам вернулся, я уверена!

– Хочу к Лиаму! – закричал Хоэль.

Обескураженный нашим бунтом, мажордом, помолчал и предложил:

– В качестве исключения разрешаю вам подняться в комнату месье Хоэля, его окна выходят во двор. Но если из такси выйдет не месье Лиам, вы бегом отправитесь в Оружейную комнату.

– Обещаю, – ответила я и подняла правую руку.

– Щабею, – схулиганил Хоэль.

Но, конечно же, нам совсем не хотелось повстречаться с каким-нибудь серым призраком. Случалось, что такси по ошибке привозило серого, потому что он не сразу обесцвечивался. Иногда проходило много часов прежде чем на нём сказывалось отсутствие души. Про себя я просила: «Сделай так, чтобы приехал Лиам!» Я сама не знала, к кому обращаюсь со своей просьбой. Самый главный начальник, он существует? А если существует, то есть ли ему до нас дело?

Хоэль, Клад и я побежали в комнату Хоэля.

Старинная детская выглядела вдвойне устаревшей из-за скудости обстановки. Выглядела она уныло. Но как ни странно Хоэлю нравилась. Две его семьи, вступившие в соперничество, завалили его подарками. Изобилие одёжек, игрушек, книжек… Чистота и пустота действовали на него успокоительно.

Мы ещё не успели подойти к окну, как его осветила ослепительная вспышка. Потом оглушительный удар грома сотряс Особняк с крыши до основания. Нет, это точно не Лиам! Чтобы учинить такую грозу, вновь прибывший должен быть раскален от ярости.

Клад предпочёл забиться под кровать.

Нас ослепила вторая вспышка молнии, мы с трудом приоткрыли глаза и всё-таки рассмотрели того, кто вылез из такси – мужчина высокого роста, похожий на хиппи 70-х годов, в белом жилете и замшевых сапогах. Загорелое, выдубленное солнцем лицо и очень чёрные волосы ниже плеч, а на голове накручено что-то вроде тюрбана.

– Кто это? – спросил разочарованный не меньше меня Хоэль.

Затрещал электрический разряд очередной ослепительной молнии, и новый удар грома сотряс воздух. Молния ударила прямо во дворе. Мы испугались и выскочили из комнаты. Громыханье грозы перекрыло стук дверного молотка, который, наверняка, уже раздался в холле.

Хоэль и Клад побежали в сторону Оружейной, а я не спешила, закрывала дверь и старалась расслышать голос приехавшего призрака. Но ко мне большими шагами уже спешил Леонид.

– Ты что тут делаешь?

Он опоздал на встречу с вновь прибывшим, что было для него исключительным случаем.

– В Оружейную комнату! Быстро! – скомандовал он мне.

Он показался мне встревоженным. Ладно-ладно, побежала.

В Оружейную мы поворачивали направо около лестницы, ведущей в библиотеку. И на лестнице стоял… мужчина. В цилиндре и белом жабо. Тот самый, которого я видела тогда на чердаке! У меня подкосились ноги. Но я в ту же секунду поняла, почему был так озабочен Лео: прибытие новичка застигло его в критический момент, а гроза крайне возбуждает серых призраков.

Передо мной стоял тот самый призрак, которого доктор Граф называл Жаком. Я понятия не имела, что он натворил за свою жизнь, чтобы утратить душу, но вряд ли что-то хорошее. В руке он держал длинный острый нож и смотрел на меня со злобной плотоядной улыбкой. Она меня гипнотизировала. Я стояла неподвижно и просто смотрела, как ко мне приближается нож. Горло перехватило отчаяние. Про себя я позвала изо всех сил: Лиа-а-ам!

И тут призрак согнулся напополам.

Но это был не Лиам. Это был… Леонид. Его меч проткнул призрака.

В следующую секунду произошёл фиолетовый взрыв, и я снова окаменела. Молния разбила окно на лестнице. Я успела увидеть, как серый призрак вылетел в разбитое окно и исчез.

Я с трудом приходила в себя, набирая в грудь воздух. Леонид убрал в ножны меч.

– Гроза уничтожила защитную стену вокруг Особняка, – сказал он. – Негодяю, возможно, удастся сбежать.

Но я, эгоистка, почувствовала невероятное облегчение. По крайней мере, не надо больше его бояться. Мне не хотелось думать об опасности, которую он может представлять для живых людей. Я была в шоке и ещё не оправилась от него.

– Это новенький устроил такую грозу? – спросила я.

– Да. Грозу небывалой ярости.

– И при этом он белый призрак? И будет жить на нашем этаже?

– Да, белый. Но жить на нашем этаже он не будет, – ответил Лео.

Как это? А где же? В общем, я ничего не поняла. Но разговор на этом оборвался. Леонид отправился открывать Оружейную комнату, а я осталась стоять на том же месте и не сводила глаз с разбитого окна. Оно постепенно восстанавливалось и вскоре было как новенькое. Вот только витраж выглядел совсем по-другому. Раньше на нём были деревья и цветы, а теперь дьявол поджаривал в аду грешников.

Глава 38

Круглые глаза Клада с удивлением уставились на меня, и я окончательно поняла, что среди своих. Подошли Рауль и Хоэль. Я показала им на витраж.

– Вы это уже видели?

Мажордома, похоже, сначала шокировало, что в ЕГО Особняке появилось новое окно. Но потом он успокоился.

– Полагаю, что это мое собственное творчество, – сказал он. – Подсознательно я всегда хотел отправить всех серых призраков в настоящий ад.

– Мне бы тоже этого хотелось, – согласилась я. – А вы видели новенького? Знаете, кто он такой?

– К сожалению, не знаю. Имя, которое доктор записывает на карточке по прибытии пациента, произнести невозможно.

– Неужели записывается только имя? – удивилась я.

– Имя и возраст. Других сведений о пациентах у нас нет. Шофёр такси сказал, что умер он уже давно.

– И в какой он комнате? – поинтересовался Хоэль.

– Он не будет жить в Особняке, месье. Он пожелал жить в парке.

– Любит ходить в походы? Он молодой?

– Если ваш вопрос, месье, подразумевает, что вам бы хотелось найти себе товарища по играм, то вынужден вас огорчить – ему семьдесят два года. И я не думаю, что его выбор объясняется пристрастием к походам.

– Идём в парк – познакомимся! – закричал Хоэль.

Я не была уверена, что это хорошая идея, и не чувствовала никакого желания снова сталкиваться с опасностями. Но Хоэль схватил меня за руку. Он был так возбуждён, что я целую секунду ощущала его ладошку своей ладонью. Ощущение исчезло, как только я согласилась идти с ним в парк, и мы пошли туда. Но я получила подтверждение, что при наличии волевого усилия