Тоннель в лето, выход прощаний - Мэй Хатимоку

– Уф…

Как же тяжело. Я до смерти устал. Мои ноги, превратившиеся в сгустки боли, больше не могли меня держать. Веки налились свинцом. Меня так клонило в сон. Так хотелось отдохнуть.

Возможно, если прилечь, станет немного легче. Хотя бы на мгновение удастся освободиться от этого изнурительного подъема. Но я не мог себе этого позволить. Мне казалось, если я лягу, то уже никогда не смогу подняться. Поэтому останавливаться нельзя. Нужно взойти на этот склон…

…Хотя, пожалуй, уже и незачем.

Потому что это невозможно. Я был почти на пределе. Точнее, я уже на грани. Это состояние, когда пытаешься обмануть боль и продолжать двигаться. Даже если бы сейчас появилась Карэн, я бы уже ничего не смог сделать.

На путь обратно нет ни сил, ни желания.

Ах, как же я устал.

Пора сдаться.

…Хотя нет.

Еще немного.

Сделаю еще несколько шагов, и, если снова ничего не будет – тогда сдамся.

Еще немного усилий.

Еще немного терпения.

Еще… совсем чуть-чуть…

Я замер.

Впереди что-то есть.

С трудом подняв тяжелую голову, я увидел перед собой деревянную дверь. Сердце забилось быстрее, и в груди затеплилась слабая надежда. Впервые за все время в туннеле я наткнулся на нечто подобное. Возможно, за этой дверью меня ждала Карэн. Мне даже думать не хотелось о том, что за дверью мог снова оказаться лишь бесконечный подъем… Пусть эта дверь станет финальной чертой. Если за ней не будет Карэн, я просто лягу и отдохну.

Ухватившись за железную ручку, я облокотился на дверь, чтобы открыть ее. В тот же миг ноги подкосились, и я упал лицом вниз, ударившись лбом. Но боли не было.

Повсюду был песок. Сверху на меня падал свет. Его тепло, которое я ощущал на голове, исходило от солнца.

Я что, дошел до конца и вышел наружу?

Я поднял голову, и ветер с соленым запахом океана откинул мои волосы со лба. Я оказался на белом песчаном берегу. Взору открывался бескрайний океан, поражающий своей лазурью. Линия горизонта, где сливаются небо и вода, была видна особенно четко.

Все еще стоя на коленях, я оглянулся. Позади возвышалась покосившаяся хижина с дверью, из которой я вышел. За хижиной раскинулся луг с молодой зеленью.

Способность здраво мыслить давно покинула меня. Меня волновал только один вопрос: здесь ли Карэн?

Я собрал последние силы и крикнул:

– Карэн!

– Да-а, – отозвался где-то ленивый, протяжный голос.

Я повернулся на звук.

Там стояла девочка. В бейсболке, с волосами, собранными в хвост. На ней был мешковатый топ и шорты, на ногах – красные сандалии.

Это была моя сестра, Карэн.

– Ты пришел, братик, – она улыбнулась.

Все мое тело обмякло, перед глазами потемнело, и я медленно погрузился в небытие.

Я пребывал в полудреме. Легкий ветерок обдувал мое тело. По тому, как он менял направление и сопровождался тихим жужжанием мотора, стало очевидно, что его источником был вентилятор. Подо мной был постелен футон. Едва я пошевелил головой, как из подушки донесся шорох гречишной лузги. В воздухе витал слабый запах татами – умиротворяющий и знакомый.

Приятное ощущение, будто медленно погружаешься в вязкую, теплую субстанцию. Я физически ощущал, как усталость и напряжение покидают каждую клеточку моего тела.

Не хотелось ни шевелиться, ни открывать глаза. Хотелось остаться здесь навсегда… Пожалуй, и правда, стоит поспать.

Я ведь очень старался и заслужил немного отдыха.

Какой приятный ветерок.

…И все же, ради чего я выкладывался по полной?

– Точно!

Я подскочил, как только вспомнил.

Сквозь распахнутые раздвижные двери и веранду был виден океан.

Я осмотрелся. Это была комната в японском стиле. Татами выцвели на солнце, а в стенной нише висел свиток с изображением горного пейзажа.

До боли знакомое помещение. Неужели это…

«Мой дом?..»

Что все это значит? Почему я сплю у себя дома? Ведь еще мгновение назад я был на волосок от смерти, бежал в туннеле. И одежда моя сменилась – теперь на мне простая футболка и шорты, а не то, в чем я заходил в туннель.

Неужели… это был всего лишь сон и туннеля Урасима никогда не существовало?

Нет, здесь что-то не сходится. Я бы никогда не стал спать днем в таком месте. К тому же у этой комнаты есть два отличия от нашей гостиной. Во-первых, из моего дома не видно океана – только заросший сорняками сад да горы. И во-вторых, здесь чего-то не хватает.

Точно… здесь нет алтаря Карэн.

– Ой, братик, ты проснулся?

Это была Карэн.

Громко топая босыми ногами, она подбежала ко мне.

– Ты вдруг уснул! Я тебя сама сюда тащила. Ты такой тяжелый!

Карэн говорила прямо передо мной. Ее лицо и голос ничуть не изменились с тех пор, как ей было десять.

– И еще ты был весь в песке, так что я тебя переодела. Теперь хоть спасибо скажи!

Она уперла руки в боки и надула щеки. Это был ее коронный жест, когда она была чем-то недовольна.

– Ты меня вообще слушаешь? Братик?

Лицо Карэн оказалось совсем близко.

Тут я наконец пришел в себя.

– Карэн? Это… ты? Не иллюзия?.. – мой язык заплетался.

– Ну что за вопросы! Потрогай, если не веришь!

Карэн опустилась на колени, взяла мою руку и прижала ее к своей щеке.

Она была мягкой и теплой – несомненно живой и настоящей.

– Ну? – Карэн склонила голову набок, ожидая ответа, и я слабо кивнул.

Это не иллюзия. Но все настолько неожиданно, что не укладывается в моей голове. Карэн передо мной, мой дом, океан за окном… Все, чего здесь быть не должно, вдруг нахлынуло разом, и мой разум словно застыл. Ничто из происходящего не воспринимается как реальность.

Пока я в оцепенении смотрел на Карэн, у меня громко заурчало в животе.

– Ой? Братик, ты проголодался?

– Да нет, не особо…

Я начал было отнекиваться, но затем почувствовал невыносимый голод и жажду. Смятение и шок на время притупили эти чувства, но на деле я был смертельно голоден и, что важнее, измучен жаждой – ведь я часами бежал без воды.

– Карэн… Извини, можно… чего-нибудь попить?..

– Есть много разного, тебе что дать?

– Что угодно, только побольше, пожалуйста…

– Что угодно? Ну ладно, я поняла! – бойко ответив, Карэн с довольным видом направилась на кухню.

Почувствовав легкую головную боль, я прижал ладонь ко лбу. Мозг не справлялся с переизбытком информации. Я решил мысленно разложить все по полочкам, но даже не знал, с чего начать.

Я рассеянно смотрел