Исповедь смертного греха 4 - Макс Вальтер

— Блин, доверил ты мне, конечно, работёнку, — устало усмехнулась Дашка. — Я за эти сутки столько нервных клеток потеряла. Каждый раз боялась, что меня заметят.

— И?

— Да нормальные они. Крота среди них точно нет.

— Каин, что скажешь?

— Проверка проводилась по семи точкам пересечения. Совпадений нет. Группа Ибрагимовой чиста с вероятностью в девяносто девять процентов.

— Ладно, — кивнул я. — Полагаю, это значит, что мы можем поворачиваться к ним спиной.

— Грех, как раз об этом, — осторожно начала Дашка. — Я закончила работу с чипом памяти. Каин уже получил данные по внутренним помещениям, так что теперь ваша карта практически полная. Но дело не в этом…

— А в чём?

— Я добралась до данных по количеству сотрудников. В лабораторном комплексе работало тысяча триста семьдесят человек.

— Серьёзно.

— Да, Кость, это очень серьёзно. Нас едва не порвали всего десять особей, а там их больше тысячи.

— И что ты предлагаешь? Остаться здесь? Ждать помощи?

— А почему нет? Можно попробовать улететь.

— Ты же в курсе, что врата заблокированы протоколом карантина. Пока мы его не снимем, прилететь можно только сюда.

— Мы этого не знаем. Вдруг «Заслон» уже решил эту проблему. Даже если нет, мы сядем на другой стороне планеты и спокойно дождёмся…

— Даш, стоп! — Я резко остановил подругу. — Мы идём к терминалу. Ночью твари не активны, и у нас есть все шансы прорваться.

— Мне страшно, Кость, — призналась Дашка. — Я не такая, как вы. Да, меня тоже учили стрелять и драться, но я не воин. И тебе прекрасно это известно.

— Если хочешь, можешь остаться здесь. — Я накрыл руку Дашки своей. — Никто тебя не осудит.

— Я знаю. — Она отвела взгляд. — Но… Так ещё хуже.

Дашка помотала головой, сбрасывая минутную слабость, и решительно посмотрела на меня.

— Нет, Грех, я иду с вами.

— Хорошо, — кивнул я. — Выдвигаемся сегодня ночью. Не вижу смысла затягивать.

* * *

Сборы шли полным ходом. На задней территории посёлка ревело пламя. Мишка с Лёхой наконец довели огнемёты до ума и теперь испытывали их, пуская длинные огненные струи в сторону пустыря. Добытый принтер позволил перепечатать сопла и переделать систему подачи. Результат вышел отличный: тонкая, стабильная струя била на добрые шесть метров, а с включённым компрессором дальность ещё немного вырастала.

— Гляди, как змея! — орал Мишка, поводя стволом. — Ни одного плевка, ни одной капли!

Лёха стоял рядом, щурился от жара и довольно кивал. Они наконец перестали спорить. Огнемёты заработали так, как задумывалось, и теперь в предстоящем деле появился весомый аргумент.

Я оставил их возиться с настройкой и ушёл к столу, где Каин уже развернул обновлённую карту. Все данные с чипа памяти сотрудника лаборатории легли в основу схемы. Теперь она выглядела иначе. Основные галереи и коридоры проступили чётко, появились отметки камер, турелей и датчиков движения. Каин подсвечивал их одно за другим, выстраивая маршрут.

— Вот здесь западный вход, — произнесла Карина, обводя пальцем сектор. — Отсюда начинается главная галерея. Она ведёт к центральному кольцу, а уже оттуда вниз.

Я кивнул.

— Камеры?

— Девять на первом уровне, — отозвался Каин. — Три уже не активны. Остальные можно обойти, если держаться правого края.

— Да по большому счёту, нам на камеры плевать, — заключила Карина. — Что с турелями?

— Четыре. Две у входа, две перед переходом в жилой блок. Углы обстрела пересекаются. Рекомендую отключить через технический коридор.

Карина покачала головой.

— Технический коридор перекрыт. Там два завала. Мы пытались туда пройти на второй вылазке, и нам пришлось возвращаться.

— Я пометил, — ответил Каин. — Учёл альтернативный путь.

Мы снова склонились над схемой. Первая часть пути теперь выглядела понятной. Дальше начинались серые пятна. Подземные уровни оставались закрыты, и никто из нас не знал, что там. Должность сотрудника не позволяла ему спускаться вниз, и его чип не содержал данных о внутренностях нижних ярусов.

— Подземелье так и останется для нас котом в мешке, — тихо произнесла Карина.

— Главное, чтобы мы до него дошли, — ответил я. — А там уже разберёмся.

Каин продолжал накладывать метки. Сектора обзора камер тянулись по коридорам красными зонами, турели пульсировали алыми точками. Я смотрел на эту паутину и прикидывал, сколько уйдёт времени на первый бросок. Если дойдём до центрального кольца без шума, считай, половина дела сделана.

— Нужно выйти так, чтобы до рассвета уже сидеть у терминала, — сказал я. — Иначе твари проснутся, и мы застрянем внутри.

— Значит, выступаем сразу после заката, — подвела итог Карина.

Я кивнул. За спиной всё ещё ревело пламя. Мишка с Лёхой выжигали пустырь, проверяя оружие перед главным делом.

— Что по оружию? — спросил я.

— Согласна с твоим решением, — поддержала Карина. — С огнемётами идут техники. Я, ты и Саня — с дробовиками. Дашка и Марта берут «Шквалы». Винтовку используем на входе, чтобы снять турели. Оставим её на огневой позиции, заберём на обратном пути.

— Ладно, вроде всё, — выдохнул я, в очередной раз внимательно рассматривая маршрут, построенный Каином.

— Э, детский сад! — рявкнула Карина. — Хорош играться! Лагерь ещё спалите! Да и керосина у нас не так много.

— Вообще-то, это называется «тестирование», — вернул ей Мишка.

— Всё, Миха, заканчивайте, — присоединился к Карине я. — Пакуйте вещи. Выдвигаемся на закате.

— Есть, — буркнул в ответ приятель и погасил дежурное пламя огнемёта.

Мы погрузили ящики с керосином и зажигательными гранатами, закрепили огнемёты так, чтобы не болтались на ухабах. Мишка бегал от верстака к вездеходу, сверялся с перечнем, что висел у него перед глазами, и матерился каждый раз, когда кто-то оставлял вещь не на месте. Лёха помогал укладывать боеприпас, проверял крепления, и они с Мишкой то и дело обменивались короткими, злыми репликами. Периодически переругивались, но работали быстро.

Дашка с Мартой подносили сумки с едой и медикаментами, раскладывали их по боковым отсекам. Карина проверяла снаряжение, перетягивала ремни, чтобы ничего не гремело при ходьбе. Саня спустился с вышки, уложил свой бинокль и пару сменных магазинов, потом снова ушёл проверять дрон, который останется сторожить посёлок вместо него.

Прицеп загрузили под завязку. Старый, ржавый, но