Ненужная жена князя Горчакова - Мелина Боярова

Александр долго наблюдал, как деловито поспевает везде Елизар, как из-под фрез выходят ровные доски и летит свежая стружка, которую мужики тут же сгребали в специальные ящики.

Его заинтересовало инвалидное кресло, в котором раскатывал Елизар, и мне пришлось пояснить, что я предлагала подполковнику Воронцову заняться поставками таких колясок для ветеранов. Но ответа так до сих пор не получила.

Затем, проявляя гостеприимство, пригласила Александра в дом выпить чаю. За последнее время усадьба сильно преобразилась, так что было не стыдно принимать гостей.

Ставни покрасили свежей краской, окна отмыли до скрипа, порядок внутри поддерживался благодаря моим трудолюбивым помощницам, а скрипучий пол я давно укрепила, отрабатывая различные магические приемы, которым обучал Яков.

Капитолина накрыла нам в кабинете и постоянно крутилась рядом, не желая оставлять гостя наедине со мной. Она нарочито громко гремела чашками, выражая молчаливое осуждение столь странному визиту, заварила гостю крутого кипятка, а после застыла у входа, бдительно охраняя мою репутацию.

От Александра не укрылись стопки моих конспектов по лесному хозяйству, сложенные на рабочем столе. Он живо интересовался моими успехами в учебе и оказался на редкость начитанным собеседником. Его замечания о состоянии дел в государстве были довольно оригинальными и точными.

— Наша империя застряла в прошлом, Александр, — поделилась мнением, прихлебывая чай. — Вы используете магию для войны и забав, но боитесь доверить ее станкам.

— Вы правы, Анастасия Павловна, прогресс не стоит на месте, — задумчиво произнес он. — Пока другие строят железные дороги и применяют паровые машины, мы спорим о праве подписи женщин и чистоте крови. Вы служите ярким примером того, что женщина может и умеет управлять производством не хуже мужчин. А ваше стремление получить магическую степень достойно отдельной похвалы. Теперь я вижу, что это желание основано на необходимости, а не вызвано сиюминутной прихотью.

— Экзамены покажут, — тяжело вздохнула, бросая печальный взгляд в окно. — Я знаю механику и лесозаготовительное производство лучше любого магистра. Но разве для закостенелых мужей это имеет значение? Это не говорит о том, что я отступлю и не буду бороться. Просто обидно, когда одним отказывают в том, что легко предоставляют другим лишь потому, что они родились мужчинами. Я всеми силами буду пытаться получить этот диплом. Он мне необходим, чтобы официально управлять лесопилкой и распоряжаться плодами собственного труда.

— Вы справитесь, — уверенно кивнул Александр. — Не испытываю по этому поводу ни малейших сомнений. Но что вы будете делать с вредителями? Я заметил, что в лесу отмечены делянки под вырубку.

— Я думаю над этим. Зараженные участки мы очищаем от гнили, но это лишь временная мера. Зараза неумолимо распространяется. Короед и древоточец портят самые ценные дубы. Если не найду способ уничтожить их магией, мы потеряем четверть прибыли за сезон.

Александр слушал меня внимательно, задавал вопросы о селекции, прочности материалов, и я ловила себя на мысли, что мне нравится этот разговор. Более того, в глазах мужчины читалось восхищение моими познаниями. И это приятно согревало душу. Он видел во мне личность, которая радеет за собственное дело, а не бесполезный придаток к богатому мужу.

— То, что вы сотворили здесь за считанные месяцы, достойно уважения, — признал он под конец разговора. — Вы необыкновенная женщина, Анастасия Павловна. Я буду наблюдать за вашим прогрессом.

Глава 40

Однако домашние моего восторга не разделяли. Помимо Капитолины, в кабинет два раза заглянул Елизар с «неотложными» вопросами. А Вениамин так и нарезал круги поблизости, бросая на меня укоризненные взгляды оскорбленной невинности.

— Кажется, ваши помощники не в восторге от моего присутствия, — с улыбкой заметил Александр.

— Они просто беспокоятся обо мне. А некоторые, — нарочно повысила голос, чтобы Стогин услышал, — чересчур опасаются, что заставлю работать сверхурочно. — И чуть тише пояснила гостю: — Вениамин Емельянович — талантливый лентяй, которому необходимо постоянное руководство, как и большинству людей в нашей стране. Они привыкли ждать приказов, вместо того чтобы брать ответственность на себя.

— Как тонко подмечено! — Александр поднялся, намереваясь уходить. — Что ж, был невероятно рад нашей беседе. Не уверен, что еще окажусь в этих краях, но обязательно навещу вас снова, когда появится такая возможность.

— Александр Николаевич, а вы ведь так ничего не рассказали о себе, — заметила я. — В обществе принято благодарить гостя ответным визитом. А я даже не знаю, ни в каком имении вы проживаете, ни кто вы такой на самом деле.

— Анастасия Павловна, позвольте мне еще немного сохранить свое имя в тайне? Будьте уверены, за этим не скрывается никакого злого умысла. Мне приятно общение с вами, нравятся эти места, — он взял мою руку и приложился к ней губами, задержав ладонь чуть дольше положенного. — Не хочу испортить все очарование нашего дружеского общения. Будьте осторожны и берегите себя.

После ухода гостя в кабинете повисла напряженная тишина. Впрочем, ее тут же нарушила Капитолина, которая принялась убирать чашки и ворчать себе под нос:

— Ишь, франт какой! Ходит тут, вынюхивает... Глазища-то какие бесстыжие! Ох, не к добру, хозяйка! Не привечали бы вы его. Аристократы просто так по лесам не шастают.

Вынюхивает? — зацепилась за слова кухарки и подошла к окошку, наблюдая за высокой фигурой мужчины, скрывающейся на лесной тропинке.

Александр не создавал впечатление обманщика или ушлого конкурента, выведывающего секреты сушки дерева. Никаких тайн я ему не выдала. Но что-то в этом человеке притягивало, помимо благородных манер и умения поддержать беседу.

После того визита Александр действительно исчез, я больше не встречала его на берегу и не видела в тех местах, которые советовала ему для рыбалки. Впрочем, работа затянула меня настолько, что скоро я позабыла о странном госте и полностью погрузилась в процесс.

Оставалось не так много времени, когда я обещала представить Чередину образец суперпрочного бруса. С клеевой основой пришлось поэкспериментировать. Учитывая обилие сосновых пород, смолы у нас было в достатке, чтобы производить деготь, скипидар и канифоль для собственных нужд.

Так что дальше мне оставалось только промазать поверхности досок клеем и воздействовать на поверхность, разогревая породу и заставляя волокна склеиваться на молекулярном уровне, превращая брус в единый монолит.

Вместе с Яковом мы разработали технологию склейки с учетом разных потребностей. Для укрепления сводов в шахтах требовались максимально крепкие брусья из трех-пяти слоев, для строительства домов хватало двухслойных досок, и это с учетом того, что я закладывала тройной процент прочности. Усилия для создания новых видов бруса затрачивались разные, поэтому и стоимость различалась соответственно.

Учитывая разрастающийся ассортимент, возникла необходимость маркировки нашей доски и изготовление