Последний берег - Олег Плескач

семьей? Сколько всего произошло за эту неделю! Я за целый год столько не переживал. И до сих пор живой. Но что у наших? После недавних событий наш посёлок навлек на себя гнев соседей с Деревянных гор. Вряд ли они сразу напали на нас, хотя, кто знает? Но нам теперь лучше там не показываться — это точно».

Вдруг неподалеку, примерно метрах в ста, Максим увидел белого медведя. Хозяин севера бродил по степи и нюхал землю. На кучку отдыхавших путников он внимания не обращал. Максим уже давно перестал бояться хищников — ну, бродит мишка и бродит. Если на тебя не смотрит, то и не дёргайся. Максим сидел на камне, скрестив ноги по-турецки, с карабином под рукой, и наблюдал за зверем. Через пару минут медведь скрылся за одним из холмов.

Три часа протекли незаметно, малиновый свет раннего утра подсветил лиловый полумрак белой ночи. Максим разбудил друзей. Он обратил внимания на то, что теплее, чем ночью, воздух не стал. Может, даже наоборот — еще чуть похолодало. Хотя, в целом, температура не сильно отставала от июньской нормы — около ноля. Но вот ветер с запада дул ледяной.

— Похолодало! — пробурчал Максим, — придется шапку напялить.

— Скоро тебе вторую водолазку поддеть придется, — заметил Влад, — и лицо закрыть.

Борис вглядывался в карту.

— Через пять километров поварня будет, — оповестил он, — зайдем туда, утеплимся, перекурим на дорожку — и вперёд!

Влад снова возился с синим пакетом, в котором раньше лежала черная коробка Петровича.

— Вандром, а не поварня, — сказал Влад, — это была база полярников, она так называлась.

Кирилл и Марта вместе собирали спальник.

«Им-то точно не холодно», — подумал Максим и улыбнулся.

Друзья нацепили на себя ранцы, повесили на плечи ружья. Потом Влад посмотрел на Марту и ногой толкнул в ее сторону сумку с надувной лодкой.

— Неси, — велел он, — возьмём тебя с собой, но зайцем не пойдёшь.

Марта с готовностью подхватила сумку — она и сама не хотела идти налегке.

— Я еще что-нибудь могу понести, — заявила она, — еду, например. У меня в рюкзаке места много.

И вскоре ее рюкзак наполнился припасами друзей, что заметно облегчило им дорогу. Заодно и Марта почувствовала себя нужной.

До Вандрома дошли быстро. Здесь было еще холоднее — не выше минус трех. Земля была покрыта инеем, а раскаты грома уже заставляли вздрагивать. Небо из голубого стало серым, а ветер так и подбивал прибавить шагу. Мгла впереди гудела и посвистывала. Как и остальные временные стоянки, изба была не заперта, и путники занырнули в узкую дверь. Без лишних слов пересчитали патроны, перекурили, утеплились.

«С богом, — сказал Влад, — вперёд».

Вышли из избы и направились в сторону «края света». Отсюда стена мрака и вправду казалась не такой темной, как издалека. Порывы ледяного ветра со свистом вырывались из бескрайнего моря тумана, словно язык из пасти хамелеона, так и норовя ужалить холодом, хлестнуть побольнее.

С каждой сотней метров становилось всё холоднее, туман всё гуще, седая пелена вьюги стеной поднималась в небеса и скрывалась где-то в тучах. Молнии наверху ослепляли словно вспышки миллиона фотокамер одновременно, гром теперь не давал говорить. Рыжая, покрытая инеем степь уже превратилась в заснеженное поле. Пахло морозным утром и дымком, ноздри слипались. Чем ближе подходишь к облаку тумана, тем чаще замечаешь, как из его основания по земле расползаются тонкие белые струйки пара. Они медленно тянутся вперёд, словно ощупывая дорогу, и, добравшись до человека, обвиваются вокруг его ног холодными белесыми щупальцами.

Зрелище было жутким и вместе с тем по-своему величественным. Уже через пару сотен метров начиналась слепая зона — земля скрывалась в гудящей белой пустоте. Все путники уже продрогли насквозь. Максим никогда еще не подходил так близко к краю света. Ему было и страшно, и интересно одновременно. Он хотел хлебнуть из родной фляги с черной кошкой для тепла и храбрости, но Влад опустил руку на его флягу и отрицательно помотал головой.

«Одно неловкое движение, и ты — труп», — заявил он, перекрикивая стихию.

Вдруг, среди гула и свиста, Максим различил еще один громкий звук, более резкий и более громкий, даже на фоне этого шума вьюги. Словно громкий хлопок. Что-то взрыло снежный покров буквально в шаге от него.

«Ложись!» — раздался крик Влада. Через секунду пятеро путников залегли на снегу.

Максим догадался, что это был за хлопок — выстрел. Их достали даже здесь.

Затем раздался громкий голос.

«Вы окружены! Сдавайтесь и выходите с поднятыми руками!»

Максим обернулся — в сотне шагов от них стоял Жора Метла с дымящимся ружьем в руках.

«Сдавайтесь, или мы применим силу!» — прокричал он.

Вместе с ним был отряд бойцов с Деревянных гор. Максим успел насчитать десять, пока еще один выстрел не заставил его уткнуться лицом в снег.

Затем — еще пара выстрелов в сторону друзей, как намек на то, что сопротивляться бесполезно. Здесь им прятаться негде.

Жора посмотрел на неподвижно лежащих в снегу путников и снова заорал во все горло:

«Где коробка? Мы знаем, что она у вас!»

— Что делать?! — крикнул Кирилл товарищам, — нас перебьют же!

Новый выстрел продырявил рюкзак у него на спине.

Вскоре все пятеро путников стояли с руками за головой. Их отвели подальше от края света, чтобы можно говорить, не надрывая глотку.

Жора подошел к пленным, смерил каждого взглядом. Максим стал рассматривать стоявших вокруг бойцов Жоры. Пригляделся к одному из них, и его словно ударило током — напротив него стояла Таня. Она была в черной шапке и респираторе — от мороза, но он ее узнал. Она же на него не смотрела — разглядывала рюкзаки пленников, сложенные кучей друг на друга.

— У вас пополнение, — заметил Жора и поглядел на Марту.

Марта шагнула вперед.

— Я из управления внутренней безопасности Северной республики. Эти четверо задержанных находятся на нашей территории, под нашей юрисдикцией. А как вы сюда прошли, я не знаю. Вторглись на чужую территорию с оружием в руках и требуете выдать граждан третьего государства. Твой командир в курсе?

— Это опасные преступники, — возразил Жора, — они обвиняются в нападении на…

Марта перебила:

— Вы должны были сначала направить нам ноту протеста.

— Мы тебе ничего не должны! Ты вообще разжалована за самовольное оставле…

Марта снова перебила:

— Как думаешь, нужны Крюкову проблемы с Центром?

Жорик хмыкнул:

— А кто докажет-то?

Марта не сдавалась:

— Ты дурак или где?

— Заткнись, шлюха! — рявкнул Жора и переключился на