Роанна. Хайланд - Виктор Постоенко

Мы об этом узнали через три месяца, как и про взрыв на королевских пороховых заводах в Уолтем-Эбби, унёсший несколько сотен жизней не только рабочих, но и горожан. Взрыв был такой силы, что крыши нескольких домов перелетели через реку Ли. Игра шла.

Плато Альто дель Буэй в Британской Колумбии

Четыре неприметных путника поднялись на вершину хребта и свернули в лес, росший почти до самой вершины. С выбранной ими точки отлично была видна водная гладь океана в трёх километрах от горной гряды. Прямо под ними расположилась небольшая деревня Хосе Селестино Мутос (она и сейчас осталась деревней, правда с небольшим аэродромом).

Севернее деревни, у дороги за невысокими стенами, расположилась усадьба бывшего местного кабальеро. По данным людей Байана, а это были они, именно там содержались родители и младший брат Иоханны Притчем.

Этому предшествовала кропотливая работа по слежке за людьми генерала Родса в Сан-Диего, Панаме и Колумбии, которая и привела их сюда. В самой деревне квартировал взвод британской пехоты с офицером, а в усадьбу назначался караул из двенадцати солдат и младшего офицера.

На четвёртый день поисков вокруг усадьбы удалось найти место, где подход к ограде не был бы замечен часовым, постоянно находившемся на крытой галерее над воротами усадьбы.

И там же была калитка, через которую после обеда в сопровождении двух солдат и сержанта к протекавшему рядом ручью выходили женщины и стирали бельё. Один из разведчиков, засев заранее в кустах, шёпотом обратился к одной из женщин, полоскавших бельё прямо перед ним:

— Мисс, судя по Вашему виду, Вас содержат в усадьбе как пленницу? Не оборачивайтесь, продолжайте полоскать и стирать бельё, просто ответьте на мои вопросы.

— Кто Вы?

— Мы приплыли через океан, чтобы спасти Вас.

— Вы бритт и, судя по всему, камбриец?

— Да, я родом из Пемброка. А вы каледонка?

— Да, вы угадали. Но я вижу, что Вы сами прячетесь от бриттов. Значит, Вам что-то грозит при встрече с ними?

— Смертная казнь, мисс. Я приговорён к повешению и сумел бежать, а теперь хочу помочь и вам. Сколько людей сейчас содержится в усадьбе?

— Я точно не знаю, сэр, но примерно около двадцати человек. Но кто Вы и откуда здесь?

— Я теперь подданный Вальрондской Империи, и нас прислали вас освободить. Вы ходите сюда стирать каждый день?

— Да, примерно в это время. Собираем бельё, и нас четверых выводят сюда к ручью. Я простолюдинка, мой муж был мичманом, пропал во время мятежа, а меня с дочерью привезли сюда — пока сами не знаем почему. Никто ничего не говорит, просто привезли всех из разных мест и поселили здесь. А так нам присудили пожизненную каторгу.

— Вы можете нарисовать мне примерно, в каком доме находятся солдаты, где стоят часовые и где живут семьи каторжников?

— Да, сэр. Я всё сделаю. Вы завтра тоже будете здесь?

— Я буду Вас ждать на этом месте. Постарайтесь стирать бельё тут.

— Я всегда здесь стираю — здесь большие камни и удобно переходить сам ручей.

На следующий день разведчики уже знали, что в доме живут восемь семей, все они — жёны и дети мятежников. Их по какой-то причине привезли с каторги в Тумако и Попаяна и поселили здесь. Готовят для себя сами.

Солдаты караула питаются тем, что им приносят из казармы в посёлке. Всего с детьми было двадцать два человека. Ниже, в полутора километрах от деревни на берегу океана, располагался большой посёлок Байя Солано, где квартировалась целая рота бриттских солдат и стояло несколько военных кораблей.

Пообещав женщине вернуться, разведчики спустились с хребта на его западную сторону, где в семи километрах от усадьбы, в устье реки Юна, прятался новенький паровой корвет, недавно построенный на верфи Найтингейла.

Через сутки рано утром по лесу на хребет поднималась цепочка из полувзвода горных егерей в высоких ботинках с обмотками, в своей новой серо-зелёной форме и матерчатых кепках, с пятизарядными винтовками В5.

У каждого за поясом было засунуто по две гранаты с длинными деревянными ручками. Кассоль и Вулф решили не экспериментировать, а просто воссоздали знаменитую немецкую гранату образца 1924 года.

Пока ими были вооружены только горные егеря и спецназ Байана. Отдельный завод полного цикла по их производству строился в донгарском Шторридже, а небольшие партии выпускались на Дюрандских заводах.

Захват решили проводить днём, так как вести людей по лесу ночью будет проблематично — очень много змей и прочей местной недружелюбной живности. К девяти утра отряд уже расположился с тыльной стороны усадьбы, куда выходила калитка, через которую солдаты выводили женщин набирать воду и стирать бельё. Причём бельё не только своё, но и всего взвода бриттов.

Заскрипела открываемая калитка, и на берег ручья вышел бриттский солдат с ружьём с примкнутым штыком, огляделся, потом появился сержант, прошёл через камни почти на середину ручья, где присел на один из них и закурил трубку. Начали выходить женщины — сегодня их было пятеро. Ещё один солдат прислонился к стене и сложил руки на груди — похоже, собирался досыпать стоя.

Давешняя женщина подняла глаза и вдруг увидела присевших за кустами людей в чужой военной форме и с оружием. Один из них приложил палец к губам. Три стрелы вылетели из леса почти одновременно.

Солдат у стены медленно сполз по стене, хватаясь руками за камни. Сержант схватился за пробившую ему шею стрелу, попытался встать и тут же с всплеском упал в ручей. Третий солдат как подкошенный молча рухнул в росу.

Через ручей, стараясь не плескать, быстрым шагом перешли солдаты и затаились у калитки. Женщины, застыв в воде, молча провожали их взглядами. Старший разведчиков подозвал к себе ту женщину и прошептал:

— Постучите и попросите часового пропустить — мол, мыло забыли, да повозмущайтесь. Как получится, нужно, чтобы он сам открыл.

Женщина заколотила рукой по доскам калитки.

— Кто там? Чего так рано?

— Да мы мыло забыли. Я сейчас бегом сбегаю и принесу. Открой, я быстро.

— Так идите и стирайте. Лейтенантом не велено до одиннадцати открывать.

— Так ваши же портки и рубахи стираем. Мне-то всё равно, только опять грязные оденете. Ну как хочешь. Но если лейтенант ваш станет ругаться, то я скажу, что ты меня не пустил за мылом.

— А, чёрт! Отойди от калитки. Отошла?

Приоткрылось окошко, и показалось лицо солдата. Один из разведчиков молниеносно ударил его кинжалом в глаз, а второй, поднятый на руках товарищами, легко перепрыгнул через забор.

Двое егерей побежали с внешней стороны вдоль стены к ведущим к деревне воротам, остальные вошли внутрь усадьбы. От часового над воротами