Герой Кандагара - Михаил Троян

− Я помою! А ты больше у меня денег не спрашивай! И двадцатку мне торчишь. Завтра чтобы отдал, понял? Иначе я тебе назанимаю потом!

− Витёк, − я посмотрел на него насмешливо. – Ты на полах подрабатываешь, что ли? Нам подъезд не помоешь?

Он демонстративно вскочил.

− Ты! Конченая дура! – фыркнул он на Оксану, которая уже тащила ведро с водой и тряпку. Потом развернулся ко мне. Огрызнулся раздражённо: – Не подкалывай, просто сегодня пол мыть моя очередь!

Зазвонил телефон. Витёк, весь на винтах, подскочил и сорвал трубку.

− Аллё!

Выслушав что-то секунд десять, ответил:

− Хорошо. Щас скажу!

Затем положил трубку на место.

− Отчим твой… − он повернулся ко мне. – Говорит, там к тебе пришли двое. Он их не знает.

− Что-то у меня гости за гостями, не выбывают! – я вскочил с дивана и напялил очки.

Вовремя позвонил. Тут уже тягостно стало. Оксанка под музыку гоняет швабру с тряпкой по полу коридора и сквозь зубы выдаёт время от времени:

− Козёл! Ну… козёл…

Наверное, её зацепило больше всего то, что всё это произошло передо мной. А она бы этого очень не хотела. Поэтому и такая бурная реакция.

− Ладно, Витёк! Хорошо в картишки поиграли! – махнув Лере рукой, чтобы не отставала, я двинулся на выход. − Пойдём мы! Допишешь сам музыку! Кассеты вон лежат…

Глава 17

− Я, пожалуй, тоже пойду! – Вита почти выскочила из зала и стала обуваться в голубые сандалии.

Вот и ситуация для разбора родственных отношений. Как они дружно радовались, когда мы проигрывали. Их прям пёрло, и были они дружны. Как только пошла проблема, всё…

Грызня пауков в банке.

Конечно, вся эта ситуация произошла из-за недальновидности Витька. Проницательностью он никогда не отличался. Как-то даже сказал мне, когда разговор случайным образом зашёл о женитьбе. Говорит: мне будет без разницы на ум жены. Пусть она будет тупая как утка. Главное, чтобы с ней было не стыдно по улице пройтись.

Умный человек так не скажет. Потому что придётся с этой женой проводить очень много времени в одном пространстве, в тесном контакте. И скоро это выбесит.

Раньше думал, что отношения между мужем и женой зависят только от поступков. Но нет, оказалось всё намного сложней. Здесь играет роль энергетика. Если один энергетически сильней второго, ему будет с таким человеком скучно. Как говорится, просто это две птицы разного полёта.

Оставив за спиной квартиру с музыкой, которая превратилась в паучью банку, вышел на крыльцо. Меня тревожила мысль: кто же это пришёл ко мне в гости, да ещё и вдвоём. И их даже отчим не знает.

Двор к этому времени уже вовсю гудел, как как маленький улей. Такая оживлённость возле домов в восьмидесятые была в разы больше, чем в наше время. Сейчас люди стали более личными, каждый в своей раковине, будто улитка.

Медиа, развлечения и интернет изменили мир, сместив его к индивидуальности. Живое, шумное общение тогдашних дворов заменили телевизор, радио, а потом и безграничный интернет, с большим спектром развлечений на любой вкус, где друзья удаляются одним кликом. А здесь, в этом дворе, людям были нужны друг другу. Конечно, когда шёл сериал Вечный зов или Строговы, все растворялись по квартирам, залипая в телевизор. Но в остальное время всегда собирались дружные компании. Совместные посиделки на новый год в квартирах, и подобные вещи.

Домино, лото, карты − всё шло в ход. За карты, правда, можно было пострадать. Менты гоняли за это немилосердно, азартные игры ведь. Но это лишь подстёгивало азарт, делая жизнь плотнее и острее. Да и менты гоняли в основном пацанов.

Сквозь эту движуху − гвалт детей, стук домино за столом, я увидел их сразу.

Не враги… это уже хорошо.

Младший Бугор, каратист и Шорик, боксёр. Они тоже участники драки. Ну за Бугра я знаю, а вот Шорик как вышел из этой драки, не в курсе.

Не скажу, что мы были прям корешами, но общались не раз, и их компания всегда манила своей серьёзностью и крутостью. Сблизиться с такими ребятами, значит поднять свой авторитет на всех трёх центральных районах. Тем более у Бугра старший брат имел на первой микраше большой вес. Вместе это была грозная сила, способная легко противостоять даже Курбету.

Я же по сути пока был одиночкой, потому что вернулся в город три года назад. Мы ходили в кино с Андрюхой, даже с Витьком. С Васиными кентами. Встречались с девчонками. Но это было не то. Это не те люди, которые прыгнут за тебя в огонь и в воду.

Гости сидели в деревянной беседке, разрисованной признаниями в любви, и о чём-то оживлённо болтали.

− Лера! Топай домой! – распорядился я.

− Я гулять хочу! – сбегая по ступеням, заявила она.

За ней следом шла Вита.

− Домой сходи! Отпросишься, потом иди гуляй!

− Угу! – она пошла наискось двора к подъезду по натоптанной тропинке.

Я повернулся, чтобы на ходу кинуть Вите на прощание Бывай, и вдруг упёрся взглядом в её глаза. Серые, чистые, смотревшие не на меня, а сквозь меня, куда-то в далёкое прошлое. В них стояла такая тихая тоска, что у меня внутри всё сжалось.

− Неужели ты не помнишь? − выдохнула она. Голос у неё был ровный, но в нём дрожала какая-то старая, детская обида, будто я обещал ей что-то важное век назад и забыл.

Я замер на ступеньке, сбитый с толку.

− В смысле, что я должен помнить? − пожал я плечами, пытаясь казаться безразличным.

− Ведь ты портфель мне носил в третьем классе! − сказала она, не моргнув. Она смотрела на меня так, будто от моего следующего слова зависела не наша беседа, а вся её жизнь, всё её представление о прошлом и будущем.

− Так тебе носильщик, что ли нужен? – съехидничал я.

− Да при чём здесь… − она выглядела растерянной, сама уже не рада, что завела этот разговор.

В памяти мелькнул туманный обрывок: гулкий школьный коридор, осенняя грязь… но картина не сложилась. Компанией человек восемь идём домой. Мальчишки и девчонки.

Пусто.

− Нет… Не помню… − буркнул я, чувствуя себя почему-то виноватым. Я резко спустился с крыльца, спиной чувствуя её неподвижный, пригвождённый к месту взгляд. Отмахнулся