«Серебряное». Прятки в темноте - Александра Шервинская

и разложила карты. А так как незадолго до этого я вспоминала наш с вами разговор, то и карты разложила на тебя. У меня так бывает: делаю расклад не на того, на кого собиралась, а словно по наитию, по подсказке неких сил. Понимаешь?

Еще месяц назад я только насмешливо фыркнула бы, но теперь, после всего, что с нами произошло и продолжает происходить, я отнеслась к словам соседки более чем серьёзно.

– И что сказали карты?

– Знаешь, – Клео подошла к окну и задумчиво уставилась в ранние сумерки, кое-где разбавленные светом уже включённых фонарей, – я, конечно, не могу назвать себя опытным медиумом, да и карты, как я уже сказала, не совсем моя область, но такого расклада я не видела никогда.

Она резко повернулась ко мне, и я невольно вздрогнула: почему-то я вдруг подумала, что мне очень не понравится то, что подруга собирается мне сообщить.

– У тебя впереди сплошные ситуации выбора, – медленно, словно взвешивая каждое слово, сказала она, – и цена ошибок очень высока. Пиковый валет, туз и девятка выпали одновременно, что является дурным предзнаменованием. Я раскладывала несколько раз, но всегда они появлялись вместе, Лизхен. Разложила Таро, хотя я и не слишком их люблю… то же самое: тревога, внезапная опасность, угроза со стороны сильного противника. Я не буду грузить тебя названиями карт, но… прошу тебя, будь очень осторожна.

– Ты же знаешь, что от нас мало что зависит, Клео, – я не собиралась рассказывать даже ей о том плане, который родился у нас. Что-то настойчиво твердило мне, что вот об этом никто кроме нас троих знать не должен, даже те, кому мы доверяем.

– Тем не менее, – неуверенно улыбнулась Клео, – у меня нет предчувствия, что случится что-то страшное, но… как бы тебе объяснить… Вы все трое словно окутаны прозрачным туманом, который, с одной стороны, выделяет вас среди всех, а с другой – словно изолирует от остальных, я не знаю, как правильно это объяснить.

– Спасибо тебе в любом случае за то, что пытаешься помогать и веришь, – очень серьёзно сказала я, – я по понятным причинам не могу тебе рассказать всего, но если вдруг что-то в нашем поведении в ближайшее время тебя удивит, не обращай внимания, хорошо?

– Ладно, – легко согласилась наша прорицательница, – а теперь можно позвать Дашу. То, что я хотела сказать конкретно тебе, я сказала. Береги себя, Лизхен. Откуда-то я совершенно точно знаю, что центр всего происходящего – именно ты. Не Самойлов, не Котлакова, а ты. Случись что с тобой, всё рухнет, и не спрашивай меня, что именно «всё», я просто не знаю.

– Я постараюсь, – улыбнулась я, даже не пытаясь скрыть то, что слова Клео меня озадачили. Как-то я не привыкла быть центром чего-либо. Как по мне, так на роль лидера – хоть официального, хоть неофициального – гораздо больше подходил Женька. – Не уходи никуда, я сейчас к Дашке и обратно.

С этими словами я вышла в гостиную, постучалась в дверь к подруге и, заглянув, сообщила, что мы с Клео её ждём. Умница Дарья не стала ни о чём спрашивать, а спокойно закрыла книгу, которую читала, и направилась вслед за мной, не забыв, впрочем, запереть дверь. В свете последних событий я тоже стала внимательнее относиться к вопросам безопасности и если раньше, уходя в столовую или в кафе, могла просто повернуть ручку, то теперь непременно закрывала дверь карточкой.

– Привет, Клео, – Дашка помахала соседке рукой и шлёпнулась в своё любимое кресло.

– Привет, – ответила та, – Женю можно не звать, я видела, что он ушёл с Киром, они что-то там планируют для мероприятия, я не вникала, что именно. Всё равно Кир потом расскажет…

Мы с Дашкой незаметно переглянулись: значит, Женька не стал откладывать дело в долгий ящик и решил как можно скорее узнать, кто дал Кириллу наводку на лаз, ведущий непонятно куда.

– Вы тогда просили меня присмотреться к ауре всех, кто живёт в «Серебряном», – начала Клео, тоже удобно устроившись в кресле. Я же привычно расположилась на диване, и не хватало только предпочитающего развалиться на полу Самойлова. – Я сделала так, как вы просили, девочки. И, знаете, была очень удивлена… Так ведь просто ради развлечения такие, как я, ауры не рассматривают, понимаете? Это не так просто, как кажется, особенно когда только начинаешь или после большого перерыва, например. А у меня получилось и то, и другое сразу: и опыта у меня пока совсем мало, и перерыв получился чуть не две недели, а для отработки дара это очень много! Поэтому я потратила чуть больше времени, чем собиралась, вот…

– Не томи, Клео, – Дашка аж вперёд подалась от любопытства, – ты только учеников посмотрела?

– Нет, всех, – Клео опасливо посмотрела в сторону гостиной, потом встала и, на цыпочках подойдя к двери, решительно её распахнула. Но, к счастью, в гостиной никого не оказалось: из комнаты Стеши доносились звуки разговора и весёлый девчоночий смех, у Степанцовой, как всегда, было тихо, ну а мы все трое собрались у меня.

– Показалось, – с лёгким удивлением проговорила Клео, закрывая дверь и возвращаясь на своё место, – я почему-то была уверена, что за дверью кто-то есть. Хм, в первый раз в таком ошиблась, надо же… Ну, значит, просто померещилось, такая неделя выдалась бестолковая…

Последнюю фразу она произносила, внимательно глядя на то, как Дашка, скинув тапочки, на цыпочках крадётся к двери. Резкое движение – и от распахнувшейся двери отскакивает Люся, причём её прыжку позавидовал бы даже кенгуру в расцвете лет.

– Ой! Аккуратнее, Даша! А я только собралась постучать, – защебетала Степанцова, – а тут так неожиданно! Ещё чуть-чуть – и был бы синяк! Зачем же так резко дверь распахивать, девочки? Это травмоопасно, между прочим.

– Ты хотела-то чего, Люся? – не слишком приветливо спросила Дашка.

– А вы тут секретничаете, да? – Степанцова не обратила ни малейшего внимания на резковатый тон. – Я хотела обсудить ход подготовки к мероприятию.

– Лизхен уже составила списки, я продумала методы отсеивания неугодных, Стеф подобрала сорта чая, ну а про Клео и речи нет, талант всегда при ней. Так что работа идёт в штатном режиме, всё под контролем.

– Просто мы могли бы поговорить обо всём этом в гостиной, все вместе, – мило улыбнулась нам Люся, – или у вас тут тайные и секретные разговоры?

За шутливым тоном даже я расслышала если не угрозу, но откровенное недовольство, для которого Степанцова, в общем-то, не имела ни малейших оснований. Она никогда не была участницей наших посиделок, а тут вдруг такой интерес…