Трон Войны - Guiltythree

Нефис кивнула.

«Я постепенно осознавала это в течение последних четырёх лет, и эти дни в Божьей Могиле только подтверждают это подозрение. Что ж, это имеет смысл. Должно быть, требуется больше… больше того, что Заклятие использует для создания Воспоминаний и Эхо, чтобы сделать их из действительно могущественных мерзостей. Одно Верховное Воспоминание должно стоить десяти тысяч Пробуждённых, так что оно экономно».

В мире был миллион Пробуждённых, но только три Суверена. Так что её вывод имел смысл.

Санни всё ещё чувствовал горечь от того, что не может получить щедрую награду от Заклятия, но его горечь немного поубавилась.

«Если подумать, это хорошая новость для нас. Иначе, имея более десяти лет на подготовку, Суверены утонули бы в Верховных Воспоминаниях и Эхо… возможно, даже Священных».

Они всё ещё могли обладать ими, но, по крайней мере, не таким огромным арсеналом. Это также делало Санни гораздо более ценным, поскольку его знания о плетении были достаточно глубокими, чтобы создавать Верховные Воспоминания, если у него были подходящие материалы и несколько Верховных осколков души.

Вглядываясь в языки пламени, Нефис внезапно спросила:

«Помнишь ли ты, что почувствовал, когда получил своё первое Воспоминание?»

Санни приподнял бровь, удивлённый вопросом.

«Моё первое Воспоминание? Ну… если я правильно помню, я был полон негодования. Потому что оно было таким бесполезным».

Он сделал небольшую паузу, а затем с улыбкой добавил:

«Но через некоторое время я начал ценить его. На самом деле, с каждым годом я ценю его всё больше. Может, оно и не мощное или полезное, но это… память о том, что я оставил в прошлом. Способность помнить иногда очень ценна».

Санни взглянул на Нефис и спросил:

«А что насчёт тебя? Что ты почувствовала, когда получила своё первое Воспоминание?»

Она несколько раз моргнула.

«Я? Честно говоря, я была не в том состоянии, чтобы что-то чувствовать, когда получила его, ведь это случилось в самом конце моего Кошмара. Но позже, когда у меня появилось время изучить его… наверное, я почувствовала себя униженной. Из-за того, как я была рада получить дар от Заклятия».

Нефис вздохнула.

«Однако это Воспоминание сослужило мне хорошую службу. Я пользовалась им много лет. На Забытом Берегу, в Пустыне Кошмаров, в Подземном Мире… оно никогда не предавало меня. Сейчас оно слишком слабо для меня, но я всё равно очень дорожу им».

Санни прекрасно помнил Воспоминание, о котором говорила Нефис, — Клинок Сна. В конце концов, этот меч не раз спасал ему жизнь.

Меч также пробовал его кровь, терзал его плоть и причинял ему ужасную боль в Багровом Шпиле.

Учитывая исторические достижения Неф, у этого Пробуждённого Воспоминания шестого уровня была впечатляющая карьера до выхода на пенсию.

Он усмехнулся.

«Похоже, мы оба довольно сентиментальны».

Нефис посмотрела на него с удивлённым выражением лица. Её искреннее замешательство было весьма забавным.

«Я? Сентиментальная?»

Санни улыбнулся.

«Я не уточнил, какие именно чувства делают нас сентиментальными… например, жажда крови — это тоже чувство…»

Выражение лица Неф слегка изменилось.

«Ого. Жажда, которая пришла тебе в голову, имеет отношение к похоти?»

Он замер, пытаясь придумать ответ.

«…Этот проклятый Недостаток!»

Вдалеке, в главном лагере Армии Меча, Мастер Санлесс тоже прекратил свои дела и с задумчивым видом уставился вдаль.

Его глаза сузились, как будто он что-то обдумывал.

Через некоторое время он тихо пробормотал:

«Клинок Сна, да? Это… многообещающе, я думаю…»

Глава 1880

Адский марш

Экспедиционные силы продолжали продвигаться в глубины Божьей Могилы.

Первое Ребро имело изогнутую форму, поэтому в течение первой недели им пришлось буквально сражаться в гору. Иногда предательский склон под ногами был настолько крут, что павшие солдаты скатывались по окровавленной равнине, врезаясь во второй ряд боевого строя. Неумолимый темп наступления только усугублялся труднопроходимой местностью и изнуряющей жарой.

С каждым днём алая зараза разрасталась. Джунгли становились всё более кошмарными, а населяющие их мерзости — всё более могущественными. Однако и солдаты становились сильнее — те из них, кто ещё не насытил свои ядра, поглощали осколки души, а многие получали мощные Воспоминания во время долгих дней бойни.

Все они приобретали ценный опыт и всё больше привыкали к страшным опасностям Божьей Могилы.

Однако главной причиной того, что экспедиция продвигалась так быстро и что потери среди солдат были не столь ужасны, как могли бы быть, были три её лидера — Меняющая Звезда, Летний Рыцарь и Повелитель Теней.

Меняющая Звезда была похожа на губительного вестника уничтожения. С её появлением поле боя превращалось в сияющий огненный ад. Её очищающее пламя, раскалённый меч и блестящая решимость были одновременно утешением и вдохновением для воинов Армии Меча.

Те, кто видел, как она сражается, находили в себе силы, о которых даже не подозревали, и без колебаний поднимали мечи, чтобы последовать за ней. Более того, Воспоминания тех, кто сражался рядом с ней, обретали новую силу, и все раны, кроме самых смертельных, которые получали её последователи, быстро исцелялись её успокаивающим пламенем.

Первый военный отряд был самым яростным и отбросил джунгли дальше всех.

Летний Рыцарь был не менее сияющим. Сотканный из света, он был словно маяк, рассеивающий тьму отвратительных джунглей. Казалось, не ведая страха и колебаний, он преграждал путь самым страшным Кошмарным Существам и рубил их благородно и доблестно, собственным примером показывая солдатам, каким должен быть настоящий рыцарь.

Возможно, его личная сила и не была столь разрушительной, как у леди Нефис, но его доблесть и воинское мастерство были безупречны. Он был самым опытным командиром из всех троих и вёл за собой своих товарищей Святых, лучше всех понимая, как использовать их силы. Несмотря на то, что в его отряде было больше Трансцендентов, чем в двух других, координация их действий была столь же слаженной, если не лучше.

Второй военный отряд был наиболее стойким и стабильным, двигаясь вперёд в размеренном темпе.

И, наконец, Повелитель Теней.

Таинственный Святой Божьей Могилы был подобен мрачному откровению для солдат Армии Меча. Никто не ожидал, что он окажется настолько смертоносным, безжалостным и коварным, когда он бесчинствовал на поле боя, переходя из тени в тень и истребляя Кошмарных Существ алых джунглей. Его молчаливая свирепость была одновременно пугающей и поразительной, заставляя его солдат испытывать чувство настороженного благоговения

Он не отличался особой склонностью к сражениям, если судить по его Аспекту, но, несмотря на это, казался олицетворением смерти