Тот самый Константин. Книга 3 - Сергей Александрович Соколов

— Э-э… Друг, вот сейчас, — Фионис сглотнул, — твой гнев будет… совершенно оправдан.

С этими словами он дёрнулся, отпрянув на шаг, и ухватился за спинку кресла, готовый в любой миг нырнуть за этот деревянный бастион.

— Кого ты послал, двенадцатый?

— М-гм… Помни, мы оба перерождались шестнадцать раз. И мы друзья.

— Кардинал Фионис! — рёв Зориана сотряс воздух, из его фигуры вырвались языки белого пламени, и под ногами затрещал и поплыл мрамор. — Отвечай!

— Кая, — выдавил Фионис, уже отпрыгивая за кресло и готовый применить подготовленное защитное заклинание высшего уровня посвящённости. Он знал, на что способен разъярённый Зориан.

Но испепеляющего удара не последовало.

Первый кардинал застыл соляным столбом на десяток секунд, после чего источаемое им слепящее святое пламя погасло, лицо осунулось, а старик медленно спланировал в кресло, опустив голову.

— Что же ты наделал, безумец…

Зориан упёрся локтем в стол и укрыл лицо ладонью, будто пытаясь спрятаться от реальности.

— Успокойся, Первый. Будь на моём месте истеричка Крата или Глен с его вывертами, я бы тоже за голову схватился. Но мной двигало не безумие.

— Очередной эксперимент? — голос Зориана прозвучал глухо из-под ладони.

— Друг, тяжёлые времена требуют нестандартных решений.

Брянское княжество. Передовой штаб экзорцистов при с. Монастырском.

Голос прозвучал не громче шёпота, но все услышали: Злата вздрогнула, Артур едва не обжёгся чаем, а Молотов выронил карту, которую изучал.

— Друзья… Меня кто-нибудь слышит?

Он был повсюду и нигде: эхо, ползущее по стенам. Но голос они узнали мгновенно — Константин.

— Костя⁈ Слышим! Где ты⁈ — рявкнул Молотов, снося на ходу табурет.

— Силы на исходе… Ранен серьёзно, истекаю кровью. Если слышите — помогите. Болота… Первый съезд с трассы на Песочную. Поспешите, долго не протяну…

Не прошло и пары минут, как вся команда новоиспечённых инквизиторов сидела в «Урале». Двигатель взревел, колёса взметнули снежную кашу, и грузовик рванул с плаца, исчезая в серой дымке утра.

На коньке крыши штаба, неподвижный, как геральдическая птица, сидел ворон. Раум наблюдал, как «Урал» скрывается за поворотом. Клюв приоткрылся в беззвучной, хищной усмешке.

— Как рванули-то! Теперь дело за тобой, Миша…

Педаль газа уже упиралась в пол, но Юрий давил, будто пытался продавить металл. Наконец, через семь минут показался нужный съезд и «Урал» свернул с асфальта на грунтовку, ведущую к деревне Верещанка.

Дорога была накатана, можно было бы прибавить, но прямо перед ними, перегородив путь, нарисовался застрявший внедорожник. Трое мужчин в дорогих охотничьих костюмах упирались в корпус, безуспешно пытаясь вытолкнуть машину.

— Этого только не хватало, — недовольно засопел Артур, но тут же оживился. — Юрец, справа объедем, но сначала спросим, не видели ли Костю.

— Дельно, — буркнул Молотов, пытаясь разглядеть заляпанный грязью номер. — Охотники. И, судя по всему, не бедные.

— Более чем, — свистнул Боров, вглядываясь в мощные обводы джипа. — Я подобные только в журналах видел. Что за идиот гоняет такую конфетку по ухабам?

Навстречу им, приветливо помахивая рукой, шёл худощавый пожилой мужчина с седоватыми, зализанными назад волосами. Боровиков уже открывал дверь, но его опередили.

— Доброго дня, служивые! — мужчина сдержанно улыбнулся. — Не подсобите в час нужды? В деревню очень спешим, да в колею сели. Дёрнете? Отблагодарим, даже не думайте. Трос есть. На вашем богатыре — дело пяти минут.

— Мужик, нет у нас этих минут! — отрезал Боровиков, спрыгивая на снег. — Наш товарищ здесь раненый остался. Немного ниже тебя, брюнет, в серой куртке и…

— Так он у меня на заднем сиденье! — хрипло перебил седоволосый, наблюдая, как лица собеседников застывают в немом шоке. — Замёрзшего подобрали, везли в верещанский лазарет, да вот…

Трое экзорцистов высыпали из кабины. Боров кинулся к будке, чтобы высадить остальных, но не успел — дверь уже распахнулась. Мара, проигнорировав ступеньки, спрыгнула первой, с сумкой с красным крестом наготове. За ней — Злата и Молчун.

— Не будем медлить! — скомандовала Мария, делая шаг к внедорожнику, и вдруг замерла, столкнувшись взглядом с седоволосым. Тот вертел в тонких пальцах небольшой чёрный кожаный мешочек, испещрённый мелкими, резными символами.

— Даже проще, чем я думал, — без тени триумфа произнёс Суровцев и разжал пальцы.

Амулет с демоническими рунами упал в снег и в тот же миг всё вокруг потонуло в густом сером дыму, а бывшие «охотники» один за другим беззвучно осели на землю, теряя сознание…

Глава 14

— Сороковой, я чувствую твой взгляд, — сказал я, не открывая глаз. — Концентрацию он мне, конечно, не сбивает, но приятного мало. Хватит подглядывать.

— Подглядывать? — Раум спланировал передо мной с подчёркнутой медлительностью, принимая демоническую форму. — Я залюбовался, Константин. Ты работаешь с составляющими души так изящно, будто всю жизнь только этим и занимался. Высшие чины церковников — и те редко на такое способны.

Он замолк, и его взгляд скользнул куда-то вбок: у угла сторожки на корточках сидел Орзо, бормоча что-то себе под нос и водя пальцем по снегу.

— Не обращай внимания, — я пожал плечами, наконец открывая глаза. — Лёгкий шок. Переживёт. Лучше скажи, зачем снова меня выследил?

— Выследил… — каркнул лорд, и в его глазах мелькнуло что-то гадкое, а клюв приоткрылся в подобии улыбки. — Будто ты прятался!

— Тут не поспоришь. — Я криво усмехнулся. — Давай, хвастайся: какую пакость успел сотворить? Вижу же, как тебя распирает, аж перья дыбом от радости.

— Не буду отрицать, — осклабился Раум. — Твоя душа тоже сейчас порадуется. Только вряд ли так, как тебе хотелось бы.

Взмах крыла — и в воздухе развернулась магическая плоскость, являя мне заснеженную поляну, на которой в окружении вооружённых людей на притоптанном снегу лежали мои друзья.

— Чтобы ты не надеялся, что это просто картинка, — Раум запустил лапу в складки мантии, выуживая горсть жетонов охотников и протягивая их мне. — Можешь убедиться, что я не блефую.

— Чего ты хочешь? — собственный голос вдруг стал чужим, и демон это уловил.

— Вот таким ты мне нравишься больше, Святой. — Раум пустился в дурашливый танец и хрипло расхохотался. — Как же приятно смотреть, как из твоих глаз уходит спокойствие и приходит отчаяние.

— Избавь меня от своих кривляний. — Я всё ещё держал