Пятое время года - Анюта Соколова

Начальник негодовал – мало нам зимних праздников, ещё и за шерронцами присматривай! Причём ради демонстрации дружеских намерений гости не берут охрану, пара телохранителей не в счёт.

– Что ж, это широкий жест, который непременно оценит Её Величество.

– Будь они неладны, – Рен глубоко вздохнул. – Прошлое похоже на занозу, что сидит глубоко под кожей. Внешне всё в порядке, а надавишь – колет.

– Пройдёт лет пять – и мы забудем, – упрямо произнесла я. – Вчера была первая ночь, когда мне не снились кошмары.

– Конечно, – Рен потянулся к моим губам. – Будем помнить только хорошее… Дея…

– Ты неутомим, – шепнула я и ответила на поцелуй.

***

– Добрый день, госпожа Веррен.

У короля Филиппа красивые глаза – молодые, яркие. Глядя в них, забываешь о ранних морщинах на лице, залысинах и проседи в поредевшей шевелюре.

– Добрый день, Ваше Величество.

Король всегда носит перчатки и избегает прикосновений. Дэмиен недоволен: за столько лет мне ни разу не удалось заглянуть ни в прошлое, ни в будущее Филиппа Третьего. Я же втайне радуюсь. Его Величество вызывает искреннюю симпатию и со мной обращается на удивление ласково. Подсматривать за его личной жизнью нет никакого желания.

– Госпожа Веррен, я хочу представить вам своего приёмного сына – Стефана. Мальчик мой, подойди. Поклонись самой красивой женщине в королевстве.

За комплимент я благодарю улыбкой, после чего перевожу взгляд на юношу рядом с королём. Настораживает уже поклон – короткий, сухой, надменный. Привлекательное тонкое лицо портит презрительно оттопыренная нижняя губа. Прозрачные глаза холодны. Стефан смотрит на меня с лёгким замешательством и брезгливостью, словно вдруг увидел жабу, которой не место в бальной зале.

– Госпожа Веррен.

Продолжения не следует. Ни «очень приятно», ни «рад знакомству». Затылком чувствую напряжённый взгляд мужа. Опять последуют упрёки в том, что плохо старалась, не попыталась завести беседу.

– Ваше Высочество, надеюсь, вы не разочарованы балом.

– Бессмысленное препровождение времени, – Стефан не находит нужным смягчить слова либо тон. – Будь моя воля, я запретил бы пустые забавы вроде танцев. Люди не должны тратить жизнь на то, что не приносит пользы.

Филипп хмурится, морщины на лбу превращаются в глубокие рытвины.

– Мальчик мой, нельзя же всё время думать только о делах. Развлечения нужны не меньше… Моё почтение, госпожа Веррен.

Заученно благодарю. Сзади подходит Дэмиен. Я сжимаюсь в ожидании очередной нотации, но муж недоволен не мной.

– Откуда взялся этот приёмный сын? – злой шёпот разъедает уши. – Какие-то ничтожные Ларрены! Тоже мне родня – седьмая вода на киселе!

– Но он же не наследует трон, – слабо возражаю я. – Просто Его Величество очень горюет по жене и детям.

– Помолчи, Дея, – строго бросает муж. – Если мне понадобится твоё мнение – я его спрошу. Ступай к гостям.

Обиду я проглатываю, как сотню подобных до неё. Возвращаю на лицо искусственную улыбку и в этот миг ловлю пристальный взгляд Стефана. Нехороший, изучающий, скользкий.

От которого мне почему-то становится жутко.

***

Громкая трель звонка ворвалась в сон, я испуганно подскочила на кровати. За окном серело небо, накрапывал мелкий дождик, тёмные силуэты домов на другом берегу сливались с низкими слоистыми облаками.

– Готов поспорить, это к тебе, – сонно пробормотал Рен. – Меня в такую рань дёргают крайне редко.

– Почти восемь утра – не рань, – возразила я. – Одолжишь халат?

– Висит в шкафу.

Рен зевнул, потянулся и встал.

– Там должно быть два халата, кинь в меня одним.

Звонок снова разразился требовательной трелью, затем ещё и ещё.

– Ну точно твой Совье, – фыркнул Рен, пытаясь попасть в рукава. – Ишь неймётся!

– Давай поспорим, – предложила я. – Если это ко мне, я готовлю завтрак. Если из Розыскного за тобой – побежишь за свежей сдобой в ближайшую булочную.

– Идёт! – Рен моментально взбодрился и поспешил в прихожую.

За дверью оказался Совье в прескверном расположении духа.

– Доброе утро, господин и госпожа Арье, – выпалил он практически без пауз. – У вас от силы десять минут, чтобы собраться. Убили министра, господина Ингера.

– Завтрак отменяется, – вздохнула я.

– Зато никто не проиграл, – утешил меня Рен.

Мы оделись гораздо быстрее отпущенных десяти минут. Рен покосился на гладко выбритого Совье, задумчиво провёл рукой по подбородку.

– Привычка бриться на ночь – хорошая привычка, – шепнула я мужу на ухо. – А белая щетина на светлой коже вообще не видна.

– Времени нет, – поторопил нас Совье. – Рабочий день господина Ингера начинается ровно в девять, его отсутствие вызовет вопросы, дойдёт до королевы – и всё, понеслось.

– Хотите представить Её Величеству отчётец вперёд прочих? – ухмыльнулся Рен.

– Эмиль Ингер – министр внутренних дел. Как вы думаете, господин Арье, кому Её Величество поручит расследование – вам или вашему уважаемому начальнику? А мне не нужны ни посторонние люди, ни лишние слухи. Пока мы едем, можете поинтересоваться у своей супруги почему.

Внизу нас ожидала карета с клюющим носом Тибо на козлах. Рен не обратил внимания на позолоченные гербы, зато ласково потрепал по шее тонконогого вороного жеребца.

– Прекрасный конь.

– Ваш земляк, – Совье придержал дверцу, пока я забиралась внутрь. – Мы занимались контрабандой, нужны были улики, и я купил эту пару как харсинских рысаков.

– Нужно умудриться продать шерронскую лошадь по цене харсинца, – вполне мирно заметил Рен.

– Там были такие умельцы – они и якобы чистокровными кешинскими жеребцами торговали, – потеплел Совье. – Гони обратно на Разъезжую! – крикнул он кучеру.

– Как вы узнали о смерти? – спросил Рен.

– За Ингером присматривали мои агенты. В самом начале седьмого из дома вылетела наспех одетая, до смерти перепуганная любовница и помчалась в сторону своей квартиры на Стремянной улице. Один агент последовал за ней, второй проник внутрь и нашёл Ингера заколотым в собственной постели.

– А причём здесь Дея?

– Я случайно… – я натолкнулась на ироничный взгляд Рена и повторила с нажимом: – Да, случайно! Увидела, что Эмиль Ингер отравил свою жену.

– Ты просто кладезь таких случайностей, – к ехидному замечанию добавился смешок Совье. – И что же, неужели вы начали расследование против министра, господин начальник отдела внутренней безопасности?

– Именно это я и сделал, господин заместитель начальника Розыскного управления. Представьте себе, я тоже уважаю законы. Эксгумировал тело, нашёл доказательства и предложил Ингеру явиться с повинной.

– Лучший выход для господина министра – в Тейру с головой, – неожиданно серьёзно сказал Рен. – Хотя бы детей своих обелит. Есть у него дети?

– Дочь, – кивнул Совье. – Воспитывается в частном закрытом пансионе.

– Тем более. Ради будущего дочери между тюрьмой и Богами я выбрал бы Богов. Мёртвых не судят. Или ещё лучше – заплатил бы наёмному убийце за собственную смерть. Самоубийство – вещь довольно постыдная, да