Пятое время года - Анюта Соколова

Совье внимательно посмотрел на Рена и промолчал. Восемь утра – прекрасная пора для разъездов: навстречу нам не попалось ни одной коляски. Центр Тангера просыпался поздно. До Разъезжей мы долетели менее чем за четверть часа. Величественный особняк от улицы отделяла ухоженная живая изгородь из самшита, а воротами служила самшитовая арка. За аркой нас поджидал молодой человек, настолько сливавшийся с окружением, что я заметила его, только когда он поклонился.

– Девушка? – бросил ему Совье.

– Доставлена, – последовал такой же краткий ответ.

В доме чувствовалась женская рука. Судя по аляповатому платью спутницы Ингера, талантом совмещать деньги и хороший вкус обладала покойная супруга министра. Холл в розово-бежевых тонах приятно отличался от дорогой строгости особняка Герье и вопиющей роскоши дворца Пелье. Лишь изящные вазы на столиках в прихожей стояли пустые: теперь некому было подобрать букеты в тон.

– Идёмте, – Совье уверенно начал подниматься по широкой веерной лестнице. – Госпожа Арье, вы не испугаетесь крови?

– Надеюсь, что нет.

– А крови много? – спросил Рен.

– Порядочно. Я ещё не вызывал ни лекаря, ни ведьму, но невооружённым глазом видно, что покойному нанесли несколько ножевых ранений в грудь. Сюда.

Несмотря на дождливый день, в спальне оказалось светло. Прямо напротив кровати располагался эркер, выходящий в сад, лёгкие кисейные занавески были раздвинуты. Убитый скорчился на подушках, вцепившись руками в простыню. Мёртвый взгляд прилип к нарядным зелёным туям за стеклом. Крови действительно вытекло прилично: ниже груди ночная шёлковая рубашка Ингера из белой стала красной.

– Совье, обратите внимание на прокушенную губу, – негромко произнёс Рен. —Покойный испытывает боль, но не пытается закрыться, не тянется к колокольчику для слуг, как поступило бы большинство людей. Он даже раны не зажимает – покорно ждёт смерти.

Я подошла к убитому и обхватила его запястье. Увиденное заставило тяжело вздохнуть.

– Рен прав. Господин Ингер сам нанял своего убийцу.

Глава 26

– Господин Арье, вы действительно утратили свой дар? – прищурился Совье.

– Это простая логика, – пожал плечами Рен. – Пусть я не был знаком с министром, у него была репутация человека чести, из тех, что не заставят близких расплачиваться за собственную ошибку. Возможно, Ингер даже жизнь застраховал в пользу дочери, я бы на его месте поступил именно так.

– Застраховал, – подтвердила я. – Только в пользу любовницы. Дочери и так отходит огромное состояние. Оно принадлежало покойной жене, Ингер счёл себя не вправе им распоряжаться. Другое дело – цена его жизни.

– Как выглядит убийца?

– Невысокий худощавый и очень смуглый брюнет с серыми глазами. Тренированное тело, на левом предплечье старый шрам от ножа, – я потянула нить дальше. – Полукровка, отец кешинец. Ещё наш убийца находится в розыске, но сумма заказа перевесила риск.

– И́лшер, – без запинки назвал имя Рен. – Хитрая тварь. Я был уверен, что он убрался из столицы, за ним тут числится два доказанных убийства и с десяток недоказанных, верная казнь. Только как Ингер мог познакомиться с таким человеком? Не в клубе же за чашечкой чая!

– Посредник, – нить пришлось отпустить, но я увидела всё, что нужно. – Привлекательный блондин, тридцать два или тридцать три года…

– Госпожа Арье? – Совье насторожился.

– Это тот же человек, что организовал похищение госпожи Кувер, – я проглотила застрявший в горле комок. – Ингер встречался с ним недавно и запомнил лучше. Тонкое лицо, капризные губы, светлые до прозрачности серые глаза. И теперь ясно, на кого он похож. На короля Шерры. Почти копия.

Рен сжал мою руку.

– Не буду спрашивать, не ошиблись ли вы, – мрачно произнёс Совье. – Хорошо бы набросать портрет этого господина, который общается с наёмными убийцами и организовывает похищение ведьм. Вы сможете описать внешность нашему художнику?

– Попробую.

– Нынешний король Шерры из рода Ларренов, – заговорил Рен. – Это дальняя королевская родня, их шансы занять престол никто никогда всерьёз не рассматривал. Приёмный сын короля Филиппа фактически узурпировал трон. Возможно ли, что ещё один Ларрен мечтает о власти?

– Приёмный сын короля Филиппа – Пряха, – выдохнула я. – Дар не берётся из ниоткуда, значит, в роду Ларрен как минимум сильные ведьмы. И этот блондин потенциально опасен.

– Вы встречали его в Шерре?

– Вряд ли. Я запомнила бы, что у короля есть двойник.

– М-да, – Совье обошёл кровать с убитым. – И что теперь делать?

– Нужно убедиться, что под подозрение не попадёт девушка, – предложил Рен. – И если против неё нет улик – оставить всё как есть. Господина Ингера убили, убийца в розыске. Ваш агент может описать приметы Илшера – якобы увидел его выбегающим из дома.

– А чем я объясню присутствие своих людей?

– Ой, не смешите! – отмахнулся Рен. – У министра внутренних дел мало врагов? Ингер не мог вам пожаловаться, к примеру, что его преследуют?

– Хорошо, что с вашим воображением вы не стали преступником, – проворчал Совье. – Что ж, давайте выслушаем любовницу.

Очаровательная блондинка, первопричина всех бед, сидела, сжавшись в комочек, на софе в смежной со спальней комнате. Нас знакомили, но я забыла её имя – что-то очень простое. Сейчас она выглядела совсем юной и раздавленной. По кукольному личику текли слёзы, пальцы нервно крутили пуговицу драпового пальто. Из-под пальто выглядывали кружева пеньюара и лямочки ночной сорочки.

– Госпожа Вирéн, – в отличие от меня, Совье имя запомнил, – почему вы сбежали с места преступления?

– Я испугалась, – она по-детски шмыгнула носом. – Проснулась, захотела в уборную. А когда вернулась, Эмиль лежал весь в крови, мёртвый… Его закололи, но, кроме нас, здесь никого не было! Слуги ночуют в другом крыле, и они все, все меня ненавидят! Каждый норовит попрекнуть покойной госпожой – мол, она то, она сё, а ты дочь мясника! Понятно, кого обвинят в убийстве!

Вирен всхлипнула.

– Мою подругу арестовали, когда в доме, где она служила горничной, обокрали хозяйку. Конечно, если девушка не благородная дама, с ней можно не церемониться. Потом разобрались, извинились, а толку? Всякий в квартале теперь тычет в неё пальцем: позорище! Она сидела в тюрьме! И кому какая разница, что сидела-то всего три дня!

– Вы застали господина Ингера в крови, но не попытались оказать первую помощь? – сухо уточнил Совье.

Девушка истерически рассмеялась:

– Боги, господин хороший, чем вы слушаете? Повторяю: я дочь мясника! Папенька с детства водил меня на забой. Живого от мёртвого с первого взгляда отличу. Понимаете, какая я прекрасная подозреваемая? Никто не поверит, что Эмиль… Эмиль и я…

Я подала ей платок. Дождалась, пока Вирен высморкается, и продолжила вместо неё:

– Вы его