Последний Паладин. Том 17 - Роман Саваровский

— Объяснит что? — удивленно глядя на реакцию ворона, спросила Лиса.

— Видишь ли, — заговорил я вместо пернатого, — ты успешно прошла все необходимые стадии становления Паладина. Ты освободила силу, открыла ее, приковала внимание Тени и даже доказала ей, что достойна…

— Но? — напряженно подалась вперед Лиса.

— Но ты не смогла заслуженную силу взять. Или, точнее будет сказать, тебе не дали ее взять, и забрали твой ключ прямо перед носом, — пояснил я и покосился на молчащего ворона.

— Вообще-то это моя «Длань»! — возмущенно каркнул Рэйвенхарт.

— Которую ты утратил с Артемисом в честном бою, — напомнил я.

— Это не важно! Длань моя! Она часть меня! Я имел право ее вернуть! — задыхался возмущением грозно распушившийся серебристыми перьями как петух Сумрак.

— Но вернул ее не ты, а она, — покачал я головой и вернул взгляд на молча наблюдающую за этим Лису.

И как только взгляд Рэйвенхарта встретился с глазками Лисы, он опять резко замолк и, фыркнув, манерно отвернулся.

— Такие дела, — развел я руками, — если коротко, то его Длань принадлежит тебе. Она честно заработана тобой под взором Истинных Теней, и является ключом к силе Паладина. Но этот ключ забрала вон та эгоистичная ворона и, как видишь, отдавать не собирается.

— Эм… то есть мне, чтобы получить силу Паладина нужно отрубить бедной птичке лапку? — ужаснулась Лиса.

— Видишь! — радостно закаркал Сумрак, — даже она понимает, что это жестоко! Жестокое обращение с животными!

И с этими воплями, изображая жертву, прижал к себе лапку, будто ее собираются оторвать с корнем прямо сейчас.

— Детский сад, — закатил я глаза и вернул взгляд на Лису, — «Длань» это метафорическая часть, потерю которой он даже не почувствует. Более того, этот актер пернатый легко сможет себе вернуть хоть тысячу, хоть миллиард потерянных лап!

— И что! И что! — закаркал прыгающий на одной лапке Сумрак, — Длань моя и точка!

— Я могу помочь, — раздался вдруг тихий голос.

— Живой! — вздрогнула обрадованная Лиса и вцепилась в проснувшегося рядом на кресле мужчину.

— Ай-ай-ай… — скривился от крепких объятий едва живой Мрак.

— Ой, прости, — отпустив его, вернулась в сидячее положение Лиса.

— Ничего, — тепло-тепло улыбнулся он, глядя на свою сестру и спросил, — ты как?

— Хорошо. Благодаря тебе, благодаря вам… — глянула она на спящих безымянных с безграничной благодарностью в глазах.

Лиса понятия не имела сколько времени потребуется им на восстановление. Хотя, ее очевидно удивило, что все они лежали тут. В моих покоях. И судя по ее смущению в глазах, она только сейчас поняла, что лежит в моей кровати. Той самой, куда всегда инстинктивно забиралась как в самое безопасное место.

Скрывая возникшую неловкость, она кашлянула в кулак и перевела взгляд на ворона.

— И ему будет не больно? — спросила она.

— Ничуть, — пожал я плечами, — вообще он даже не почувствует.

— А почему тогда отказывается вернуть Длань? — задала Лиса еще один вопрос.

— Потому что слишком гордый, слишком высокомерный, слишком трусливый, слишком мудак… выбирай любой вариант, — ответил я.

— Это дело принципа! — гордо вскинув клюв, возразил Сумрак, — это моя Длань! И она по праву принадлежит мне!

— Тень с тобой не согласна, — усмехнулся я, и видя недоуменные взгляды, поспешил пояснить, — видите ли, этот придурок не смог вернуться домой. Попытался, но не смог. Истинная Тень не пустила его, общипала ему несколько сотен перьев, и он, поджав трусливую задницу, прилетел сюда. Потому что, если он отдалится от тебя, Тень его найдет и накажет.

— Хм… — глядя на все это, задумалась Лиса, — но быть рядом недостаточно, да? Пока ключ не у меня, силы Паладина мне не видать?

— Именно так.

— Запутанно, — вздохнула Лиса.

— Как есть, — развел я руками.

— А можем все оставить как есть? — продолжила искать варианты добрая любящая всех на свете зверушек душа.

— Можем? — переадресовал я вопрос ворону, и тот снова виновато отвел взгляд.

Помощничек блин. Наделал делов, теперь разгребай за него. Даже смелости не хватает рассказать в какую задницу он ее затащил своим тупым эгоизмом. Длань же ему даже сил не прибавляет!

Идиотизм.

— Видишь ли, — поняв, что этот пернатый придурок не собирается ни в чем признаваться, заговорил я, — Тень уже считает тебя Паладином, и твоя связь с миром Теней будет расти с каждым днем несмотря на фактическое отсутствие силы Паладина. Без печати твое тело это не переживет, а чтобы ее поставить, нужна твоя сила Паладина. Такой вот парадокс. И это я не говорю о том, что в Кладбище Теней ты бы легко присвоила эту силу и вышла сама без последствий готовым Паладином, если бы не один эгоист воришка, присвоивший то, что ему не принадлежит.

Сумрак опять надулся возмущением, но промолчал. Ведь я был прав. На дне мира Теней самое безопасное место для становления Паладином. Даже печать бы ставить не пришлось, туманы бы сделали это сами. Теперь же, вернуться туда невозможно даже если захотеть. Лиса не переживет спуска вниз, и печать придется делать тут.

Что гораздо тяжелее, рискованнее, а пока Сумрак не вернет ключ еще и невозможно в принципе.

А время идет.

— Вот такой вот расклад, — выложив все карты, заключил я.

— И что мне делать? — спросила Лиса.

— Ты должна сама решить. Поэтому я и ждал, пока ты проснешься.

— И какие у меня есть варианты, если он против? — нахмурилась Лиса.

— Ну… много всяких, — пожал я плечами, — ты можешь заставить его силой, уговорить, убить в конце концов.

— Эй, я вообще-то тут! — возмутился Сумрак.

— Не по своей воле, — напомнил я.

— Я принес Кристалл! — нашел ворон другой аргумент в свою защиту.

— Который тебе не принадлежит, — легко парировал я и его.

— Но я мог его… — открыл клюв Сумрак, и замолк на полуслове.

— Украсть? — продолжил я за него.

И ворон медленно закрыл клюв обратно, прекрасно понимая, что Аргус его тут слышит.

Теперь Рэйвенхарт молчал и сказать ему больше было нечего. Как