Последний Паладин. Том 17 - Роман Саваровский

— В общем, — когда пауза затянулась, поднялся я на ноги и обвел взглядом и Лису, и всех объединенных с ней сейчас общей Тенью безымянных, без которых она бы уже умерла, — на раздумья у тебя сутки. Можешь посовещаться с остальными, можешь решить сама, можешь даже послушать, что тебе наплетет этот ворон. Но никто не выйдет из этой комнаты, пока ты не решишь, что делать, — произнес я, и направился к выходу, — через двадцать четыре часа я вернусь, чтобы услышать твой ответ. И если к тому моменту ты не найдешь решение, — замерев в проходе обернулся я, глядя прямо на Лису, — решение найду я.

И с этими словами покинул комнату.

Глава 19

Лиса осталась в раздумьях. Тело все еще болело, голова гудела, мысли путались, но несмотря на все это, она радовалась. И не будь в комнате свидетелей, и не ной тело так сильно, она бы сейчас прыгала от радости на кровати как маленькая девочка.

Ведь ей удалось!

Несмотря на все сложности, слова Маркуса, и выяснившиеся нюансы, она это сделала!

Первое же серьезное задание обернулось победой! Ха! Пусть и не безоговорочной, но она уделала даже Берти! Обошла его и стала Паладином!

— Почти стала… — вдруг взгрустнула она от последней мысли, и повернула голову на серебристого ворона.

От совершенно изменившегося взора пульсирующих вертикальных зрачков девушки, даже одному из древнейших фамильяров мира теней стало не по себе.

Лиса же, задумчиво глядя на птицу, одновременно прощупывала свое состояние.

Как и сказал Маркус, силы Паладина внутри не ощущалось. Но перемены определенно были. После сражения в хижине что-то глубоко внутри изменилось. Кардинально. И некоторые из этих перемен чувствовались уже сейчас.

Особенно в восприятии.

Например, все Тени вокруг сейчас читались как открытая книга. Даже в мир теней нырять не нужно. Она видела движения частиц отсюда, из реальности. Ощущала своим телом их пульсацию, могла предсказать их движение, словно бы все Тени вокруг являются продолжением ее собственного тела.

Причем это касалось не только Теней «присоединенных» к ней безымянных, но и даже ворона.

Его перья больше не казались чем-то мистическим и непонятным. Лиса прекрасно видела сокрытые в них теневые плетения. Мириады паутинок энергоканалов, простирающихся далеко за пределы видимого тела Сумрака.

Это завораживало. Все Тени вокруг словно тянулись к этой сущности. Тянулись как мотыльки на свет, и он мог использовать эти связи по своему усмотрению. Даже одного взгляда хватало, чтобы понять, что Сумрак способен обращаться с Тенью на совершенно ином уровне.

Поймав на себе этот прожигающий насквозь любопытный взор еще раз, Рэйвенхарт поежился и отвернулся. Последний раз так неуютно и уязвимо перед смертным он чувствовал себя более семи сотен лет назад.

Тогда на него точно таким же наивно-любопытным взглядом смотрел один дерзкий молодой теневик.

И этот взгляд до сих пор не выходит у древнего фамильяра из головы.

Но на счастье древнего фамильяра теней, Лиса не могла смотреть этим «взором» долго, и искра в ее глазах вскоре погасла, а сама она отвернулась.

Рэйвенхарт облегченно хмыкнул, а девушка повернула голову к лежащему рядом на кресле-качалке мужчине.

— Не спишь? — тихо, чтобы никого не разбудить, произнесла Лиса.

— Уснешь тут, — хрипло отозвался Мрак.

— И то верно, — улыбнулась девушка, подтянув босые ножки к себе, и уперев лоб в коленки, после чего чуть склонила голову на бок, и спросила, — а как бы ты поступил на моем месте?

— Я?

— Ты.

— Почему ты спрашиваешь именно меня? — удивился Мрак.

— Потому что ты самый способный теневик, которого я знаю, — поджала губки Лиса.

— Знаешь… из твоих уст это звучит как издевательство, — грустно отозвался мужчина.

— Я серьезно спрашиваю совета, — ничуть не смутилась Лиса, — до появления Маркуса ты был сильнейшим из нас! Легендой. Ты последний потомок правящего Рода Теней. Я всегда на тебя равнялась.

— Пока не появился Маркус, — заметил Мрак.

— Маркус не теневик, — повела пальчиком Лиса, — поэтому мой ориентир не изменился.

— Даже когда ты этот ориентир играючи превзошла?

— Особенно, когда я его превзошла. Знаешь… — чуть задумалась Лиссандра, — лишь оказавшись впереди, я поняла, как тебе было тяжело. Быть первой, значит задавать планку. Быть первой, значит протаптывать дорожку там, где еще никто не ходил. Быть первой, значит нести ответственность… за всех, кто идет за тобой, — бросив взгляд на спящих безымянных констатировала она, — и только ты можешь понять каково это.

— А Маркус?

— Маркус не теневик, — повторила Лиса с легкой толикой грусти, — и… сам понимаешь, это же Маркус. Думаешь он хоть раз в жизни в себе сомневался?

— То, что дозволено Паладину, не дозволено быку, — философски усмехнулся Мрак.

— Вообще-то я тоже Паладин! — возмутилась Лиса, — ну… почти. Хотя, что-то мне подсказывает, что даже для Паладинов, Маркус находится на недосягаемом уровне. Новых, старых, не важно. Он словно…

— Взрослый в детской песочнице?

— Именно! — выставила указательный пальчик вперед Лиса, — иногда мне кажется, что я приближаюсь, но потом это ощущение разбивается вдребезги о суровую реальность. Не уверена, что даже за тысячу лет тренировок смогу достичь его уровня… но это не значит, что я брошу попытки. Я постараюсь. Сделаю все, что смогу. И очень надеюсь, что ты мне в этом поможешь.

— Чем же? — иронично прохрипел Мрак, — у меня больше нет Тени.

— Моей хватит на двоих, — легко парировала Лиса.

— В этом и проблема, — скривился как от зубной боли мужчина, — я делаю тебя слабее. Я обуза.

— Никакая ты не обуза! — метнула Лиса в него подушку, — ты причина, по которой я еще жива! И я даю тебе слово, что сделаю все, чтобы оправдать это доверие и стать сильнее! Намного! Намного сильнее! А поскольку наши Тени теперь навечно связаны, то сильнее станешь и ты! И чем сильнее стану я, тем сильнее станут… все.

Заключила Лиса и замолчала, наблюдая за реакцией Мрака. Поначалу он не понял, что именно девушка имеет в виду, а когда понял, то его глаза округлились.

Он обвел взглядом спящих безымянных. Их подергивающиеся в унисон Тени. И усмехнулся.

— Ты хочешь раздать свою Тень остальным, —