КОМСОМОЛ-2 - Ольга Войлошникова

Я ведь сейчас и не врал почти.

— И спас я вас совершенно случайно. Вообще по другому вопросу шёл. Мне священник нужен был.

— Зачем? — оторопело выдал старший.

— За надом. Лучше давайте-ка представимся. Аркадий Дерунов, — коротко поклонился я.

— Мюллеры мы. Я — Тобиас, она Агнесса, моя жена, а он, — это младший, — Отто, в честь прадеда, мой брат.

— Ага. Мюллеры. Понятно. А мельник Мюллер вам кем приходится? Прадедом, да?

Братья изумлённо переглянулись.

— Да это-то вы откуда знаете⁈ Вы ещё про проклятую мельницу!.. — возопил младший. Отто, да?

— Это которая вон там? — Я ткнул пальцем в направлении «своей» мельницы. — Я там ночую. Уже три дня как.

Мы сидели в тишине минуты три. Я даже устал ждать, пока они разморозятся.

— А старый мельник вас не прогнал? — наконец осторожно спросила Агнесса.

— Не-е, я обещал ему помочь с погребением, даже старого священника из Зибенхиртена привёл.

— Отца Бенедикта? — уточнил Тобиас.

— Его самого. Они с прадедом вашим в каком-то университете вместе то ли учились, то ли учили.

— Ясно. А вы правда не Белый Волк? — как-то расстроено спросил младший.

— Что, хотелось поучаствовать в эпических битвах рядом с легендой?

Парень расстроенно кивнул.

— Ну извини, не Волк я вообще. Ни разу. — Ядрёна колупайка, как ему сказать-то, чтоб он поверил? — Вот у отца есть друг, тот волк. Такой волк, всем волкам волк!

Тут я резко прикусил язык. Это у Коршунова Аркашки был дядя Серго, оборотень, огромный волк. А я сейчас — Дерунов. Дерунов!

— Жа-аль… — протянул Отто.

— Теперь главное, — сурово оглядел крестьян я, — вы почему с хутора в сторону фронта не убрались? Те итальяшки могут ещё раз к вам команду направить. Что ж мне — караулить вас, что ли?

— Мы вас ждали, — уныло сказал Тобиас. — Думали, раз Белый Волк, то обязательно придёте проверить исполнение. Ну а мы бы…

— Да-да! — подхватил я. — А вы бы к сильномогучему присоединились?

Все трое расстроенно кивнули.

— А что, самим слабо? Я вам, ребята, ради примера мог бы про русского героя Дениса Давыдова и его партизанский отряд столько историй рассказать!

— Но мы простые крестьяне! — воскликнула Агнесса. — Разве мы можем?..

Судя по всему, она воевать желанием не горела, в отличие от мужа. Так-то оно и правильно, не женское это дело.

— А там тоже простые крестьяне в отряде были. Правда, не все. Ну ладно, слушайте…

И, раз пошла такая беседа, рассказал кое-что из времён войны с Наполеоном. Понятно, что за сто лет и в технике, и в магии много чего придумали, но некоторые вещи практически не меняются… Так за разговорами чуть не час прошёл. Смотрю я — солнце на закат потянулось. Зимние дни короткие.

— Ладно. Спасибо огромное за угощение, но пора и честь знать. Пойду я.

— Куда? — вырвалось у младшего брата.

— Я ж сказал — на мельницу пойду. Мне ещё вашего прадеда хоронить.

— Я с вами! — Тобиас решительно поднялся из-за со стола.

— Что, проверить хочешь? — усмехнулся я.

— И это тоже. Если вы Белый Волк, — он поднял ладонь останавливая мои возражения, — если! — то ваш рассказ может быть простой проверкой нашей решительности. А если нет, то я вдвойне должен убедиться, что вы, простите, не врёте.

— Вот ты дерзкий! — усмехнулся я. — А если я тебя съем? Ладно-ладно, шучу. Собирайся.

Я немного подождал Тобиаса во дворе. Старший брат явился в коротком крытом тулупе, и с двустволкой на плече.

— Где она раньше-то была, когда вас брать пришли?

— В подполе спрятана была. Нам же уложением не положено оружие. А пришли рано-рано утром. Никто и сообразить не успел.

— Ясно. Ладно, пошли.

Он поцеловал на прощание жену, взлохматил волосы брату и решительно шагнул за мной.

— Предупреждаю, не пугайся. — Я принял Облик. В медведе-то всяко приятнее по лесу шастать.

А Тобиас молодца! Даже и не отшатнулся почти.

ДОВЕРИТЕЛЬНАЯ БЕСЕДА ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Не успели сотни метров от хутора отойти, Тобиас сказал:

— Вот тут если свернуть, можно сильно быстрее пройти. Почти напрямую.

— А давай и свернём!

Стоило чуть углубиться с дороги в лес, как я с удивлением обнаружил, что идём мы по старой, заросшей тропке. Но это она сейчас заросла, а раньше-то её регулярно чистили. Вон валежина здоровенная обрублена, чтоб пройти можно было. Причём такая здоровая, что даже и не сгнила полностью за эти годы. А вот поворот и склон камнем укреплены, края обложены. Рачительные хозяева тут живут. Раньше жили. Потому как сейчас все меленьким кустарником заросло, а веники пожухлой травы не приминал даже снег. Летом, поди, сквозь это разнотравье продираться надо.

— Почему дорожку-то не чистите? — спросил из любопытства я.

— А зачем? — пожал плечами Тобиас. — Как прадедушка начал шалить, так и всё. Никто на мельницу больше ходить не стал. Родители поначалу пробовали его уговорить. — Он помолчал. — Не получилось.

Тут, видать, ему в голову пришла новая мысль, вытеснившая даже мечты о Белом Волке, так что Тобиас встал поперёк дорожки и растерянно спросил меня в спину:

— А как вам-то это удалось?

— А я — некромант, — легко выдал свою самую страшную тайну я, обернувшись.

Вот тут Тобиас испугался.

— Вампир? — он крупно сглотнул.

— Не-е… Где ты видел вампиров-медведей вообще? Фантазёр, тоже мне! Просто некромант. Обещал похоронить по-христиански дедушку твоего, вот он и успокоился.

— Прадедушку, — уточнил Тобиас.

— Да без разницы, — мотнул головой я. — Что стоим-то колом? Пошли! Почти на месте уже.

Мы спустились к мельнице. Для начала я снял Облик и проверил Милли. Незачем животину пугать, правильно? Но и зерно и вода у неё были. И вообще она выглядела довольной жизнью. Устыдился, значит, отец Бенедикт, вспомнил про скотинку. Вот и славно.

Я приглашающе распахнул дверь в жилую часть и с возгласом:

— А ну, хозяин, принимай гостей! — зашёл в кухню.

— Тише-тише, не ори, Аркадий! — вылетел навстречу Коля. — Они так оба устали, что спят.

— Что, прям оба-два?

— Натурально, понимаешь!

— А призраки, разве могут спать?

—