КОМСОМОЛ-2 - Ольга Войлошникова

— Ладно. Хорошо… — Призрачный мельник огромным усилием воли пытался взять себя в руки. — Хо-ро-шо! Тобиас. Господин некромант говорил, что у тебя есть жена? А почему не привёл?

— Господин Мюллер… — начал было парень, но призрак перебил его:

— Дедушка. Так зови. Хоть после кончины с родственниками пообщаюсь.

— Хорошо. Я не привёл жену, потому что я не знаю, была бы она со мной в безопасности или нет. — Тобиас покачал головой. — Откровенно говоря, я также не знаю, в безопасности ли она сейчас вдали от меня…

— Что за странные мысли? — развёл руками мельник. А правнук посмотрел на него горько:

— Дедушка, вы… Вы знаете, что идёт война?

Глава 19

ДЕНЬ НЕОЖИДАННЫХ ИЗВЕСТИЙ

ГЕРР МЮЛЛЕР УЗНАЁТ НОВОСТИ

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера

14 января 1948 года, около двух часов пополудни

Аркадий

Мельник сплёл на груди руки и вопросительно посмотрел на всех нас по очереди:

— Война?.. С кем⁈

— Отто! — поражённо воскликнул священник.

— Я был слишком занят… — со смесью смущения и досады сказал Мюллер.

— Слишком занят собой! — порицающе поджал губы отец Бенедикт.

— И необычной проблемой! — ворчливо возразил Мюллер. — Так что там с войной?

Тобиас совершенно растерялся.

— Позвольте, я поясню, — вступил Бенедикт. — Нас захватила Коалиция.

— Это кто ещё⁈

— Франки, итальянцы и англы. Там ещё голландцы, но на нашем фронте их практически нет.

— Ну и компашка! — фыркнул Мюллер. — Как им это удалось?

— Что-то происходит с магией. Наша техника почти вся встала. Если бы не помощь русских, Германской империи уже бы не существовало. Да и сейчас всё под вопросом. Безмагические бури — страшная вещь…

Но мельник услышал своё:

— Неужели⁈ Русские помогают нам держать фронт⁈

— Ну, с добрым утром, — хрипло засмеялся Николай, и я, невольно — вслед за ним.

Герр Мюллер посмотрел на нас с пробуждающимся осознанием:

— Так вы — русские???

— Это всё объясняет! — воскликнул Тобиас.

— Но у вас прекрасный немецкий! — поражённо прибавил отец Бенедикт.

— У меня были прекрасные учителя, — улыбнулся я. — А с призраками всё работает на каком-то другом уровне, в этом я пока не разобрался.

— Так! — Мельник захлопнул крышку корзины со своими костями. — Как никогда хочется выпить! Внук. Что о твоей семье? Мы не дали тебе закончить.

— Солдаты коалиции пришли на хутор позавчера.

— Вы же живёте на хуторе Лизелотты? — живо уточнил мельник.

— Д-да, — с трудом ответил Тобиас. — Они сразу убили деда Агнессы, который жил с нами. И… и бабушку Лизелотту тоже.

— Как? — мельник, казалось, побелел. — Мою маленькую Лотту?..

— Они сказали, что старики не годны, чтоб работать.

Отец Бенедикт, качая головой, начал тихо бормотать заупокойные молитвы.

— Нас согнали всех, — продолжил Тобиас. — Разрешили только одеться. Детей связали и погрузили в отдельную телегу. Они говорили, что дети нужны на переработку. И называли их… материал.

— Та лаборатория! — хором воскликнули Мюллер и Бенедикт.

Я только кивнул.

— А женщины? — с клокочущей яростью спросил мельник.

— Женщин били прикладами, как всех нас, — сказал Тобиас. — Я слышал, кто-то из солдат говорил: есть хорошенькие, жаль, что за связь со скотом следует наказание, как за скотоложство — тюрьма, а на войне — расстрел.

— Со скотом? — не понял мельник.

— Мы теперь скот, Отто, — горько пояснил отец Бенедикт. — Официально признаны недолюдьми.

— И на лесной дороге, на полпути к Хёрерсдорфу, господин оборотень напал на обоз и убил весь конвой, — Тобиас почти закончил свой рассказ.

— Кроме офицера, — заметил я.

— А нам велел бежать за линию фронта, — кивнул Тобиас. — Но я остался. Я думал, что господин оборотень — Белый Волк.

— Пф! «Белый Волк» — замшелая легенда! — фыркнул мельник.

— Но мы верили, — упрямо сказал Тобиас. — Господин оборотень обещал прийти на хутор и проверить, все ли ушли… Поэтому я остался. Агнесса, это моя жена, не захотела уходить без меня. И брат, Отто, тоже.

— Отто! — тихо произнёс мельник. — В семье помнили обо мне…

— Бабушка Лизелотта, — голос Тобиаса дрогнул, — всегда надеялась, что придёт день, когда вы согласитесь примириться с роднёй.

Мюллер снова подошёл и с чувством обнял правнука. Потом посмотрел на меня с укором:

— А ты не говорил о людях с хутора.

— Повода не было, — пожал я плечами. — Да вы с отцом Бенедиктом так спорили, что не слышали никого.

— Мне жаль, что вы не Белый Волк, господин оборотень, — сказал Тобиас.

И тут отец Бенедикт — вот от кого я не ожидал такой подставы! — заявил:

— Сын мой, Белый Волк — это всего лишь символ. Образ вождя, за которым идут. Он вовсе не обязан быть волком в буквальном смысле, — и улыбнулся так благообразно!

Тобиас, слушавший священника с приоткрытым ртом, обернулся ко мне, и глаза его засияли:

— Я так и знал!

— Ну, спасибо, батюшка, — пробормотал по-русски я. — Вот удружил так удружил!

Взбудораженный мельник дал кругаля по комнате, остановился, уперев руки в боки.

— Так. Сейчас! — Он нырнул вниз, сквозь доски пола, потом влетел в дверь, и протянул три здоровенных кованных гвоздя Тобиасу. — Возьми. Воткни вокруг хутора.

Тобиас кивнул.

— Образованный?

— Я закончил восемь классов школы и прошёл полный курс начальной армейской подготовки в пятом пехотном полку.

— Молодец! Смотри сюда. — Обретённый прадедушка расстелил на столе непонятно откуда взятую карту и принялся тыкать в неё пальцем: — Вот так! В эти точки воткнёшь гвозди. Обязательно в землю! Обязательно! Таким образом ты поместишь хутор в треугольник. И чтоб прямые линии между гвоздями, которые будут вершинами треугольника, были за краями хутора. Минимум пять метров! Ты понял!

Тобиас кивнул.

— Тогда повтори, что я сказал!

Тот чётко, по-армейски повторил задание.

— Отлично! — одобрил мельник. — Когда всё закончишь, приводи жену и брата. Знакомиться будем.

— Помощь нужна? — спросил я. — Защита?