Городничий Нижнего - Ольга Дубровская

Желающих покинуть город было пугающе много. Юра даже и не знал, что Нижний в последнее время несёт такие потери. Интересно, почему его предшественник ничего не делал с этим?

В какой-то момент Юре показалось, что очередь нескончаема и он уже целую вечность сидит за этим столом и принимает коренных нижегородцев.

Кроме Москвы и Питера несколько страждущих ехали в Сочи, Севастополь и Геленджик, двое – в Екатеринбург и один – в Красноярск. Большинство перебирались в поисках лучшей доли – их прельщали зарплаты обеих российских столиц и те возможности, которых не было здесь. Симпатичные девушки собирались найти в столицах мужа, некоторые ехали за славой певиц, моделей, артистов. А вот в другие города, помимо столиц, перебирались в основном «по любви» – потому, что город нравился, а не из-за возможностей.

Когда закрылась дверь за последним посетителем, Юра выдохнул с облегчением – копаться в мыслях и погружаться в чужие эмоции оказалось очень утомительным делом.

– Обычно бывает не так много, – успокоил его Долот, точно оценив состояние Городничего. – Просто, вы сами понимаете, в свете не очень приятных событий… накопилось, делами некому заниматься было. Но теперь всё войдёт в своё русло.

– А если я вдруг неправильное решение где-то принял? – решился спросить Юра.

Караульный положил узкую ладонь с тонкими пальцами ему на плечо.

– А здесь нет правильных или неправильных решений. Понимаете? – проникновенно ответил он. – Вы – Нижний и смотрите со своей стороны. Но и насильно, как говорится, мил не будешь. Если человек уже потерял связь с городом, то придётся в любом случае отпускать – рано или поздно. Хотя есть, конечно, разные вариации и разные методы сдерживания. Но всё это придёт с опытом…

Речь Долота показалась Юре запутанной – он не был уверен, что уловил все смыслы.

– Да, только вот опыт этот ещё наработать надо, – сказал он вслух.

Долот стукнул пальцами по столешнице.

– Наработаете. Идём, теперь нам на третий этаж. Прибывших-то тоже надо принять.

Новиков внутренне застонал.

– Ещё прибывших? Я боюсь, надолго меня не хватит.

– Да там немного, не волнуйтесь. В основном же приток идёт из областных городов и сёл, а с ними печати не нужны никакие, ведь это и так ваша вотчина, и вы её контролируете.

Беседуя, они вышли из комнаты. Коридор был пуст – получив аудиенцию Городничего, все посетители благополучно покинули Дом Советов. На третьем этаже у двери кабинета ожидало всего двое. И эти двое были Юре знакомы.

«Странно, – удивился он мысленно. – Они же приехали больше месяца назад. Почему прежний их не принял?»

Новиков подошёл ближе. Юлька неподвижно стояла с закрытыми глазами, привалившись спиной к стене и сложив руки на груди, словно спала, но в вертикальном положении. На ней было чёрное маленькое платье с кожаным поясом, которое невероятно шло ей. Гранатовые волосы обрамляли лицо упругими локонами. Алиса в простых джинсах и лёгкой курточке сидела рядом в кресле для посетителей, уткнувшись в телефон. При приближении Новикова обе посетительницы повернули головы в его сторону.

– Юра, ты?! – удивлённо хлопнула глазами Юлька.

– Я, – улыбнулся он и, распахнув дверь, сделал приглашающий жест. – Прошу, проходите.

Он подождал, пока обе посетительницы проследуют в комнату, и только тогда зашёл сам. Долот перешагнул порог последним, закрыв за собой дверь. Кабинет был точно таким же, как тот, который они только что покинули: по центру стоял письменный стол с креслом и стульями, вдоль стен тянулись высокие стеллажи с ячейками и названиями городов.

На столе скучали два одиноких листка. Юра взял их, пробежал глазами сначала Юлькин, потом – Алисы, у которой в досье текста было гораздо меньше в силу совсем юного возраста.

– Является ли ваше желание переехать в Нижний окончательным и бесповоротным? – иронично произнёс он, глядя в сияющие глаза любимой женщины.

Едва сдерживая улыбку, она кокетливо встряхнула пружинками волос.

– Да, является.

Юра перевёл вопросительный взгляд на Алису:

– А ваше, юная леди?

– Является, – ответила она нехотя, на миг подняв глаза к потолку и вновь уткнувшись в телефон.

Новиков хотел прочитать её мысли, но внезапно не смог – в голове её как будто стоял какой-то блок. Впрочем, мысли Юльки тоже оставались для него закрыты. И он начал догадываться почему.

– Что ж… в таком случае, – Юра сделал паузу и полез в ящик стола за печатью. – В таком случае можете считать себя полноправными нижегородцами.

Не раздумывая, он быстро поставил по золотому оттиску на каждом листе.

– Так просто? – просияла Юлька и сделала шаг навстречу. – А в первый раз мне сказали, чтобы я через месяц приходила. Как будто дали мне испытательный срок…

Юра почувствовал знакомый запах её сладковато-терпких духов, и ему нестерпимо захотелось дотронуться до её шеи, провести пальцами по тонким ключицам, притянуть её к себе…

– Кхм… не совсем так просто, – раздался вдруг голос караульного, возвращая Городничего к реальности.

Все повернулись в его сторону, и даже Алиса оторвалась от гаджета и с любопытством взглянула на странного человека в красной вязаной шапке. Долот махнул рукой в сторону стеллажей.

Предчувствуя неладное, Новиков нашёл глазами нужный и подошёл к нему.

– Смотрите, здесь примерно такая же система, только тут вы уже можете видеть решение, принятое другой стороной.

Юру пробил холодный пот: на обеих нужных ячейках рядом с надписью «Липецк» индикатор горел красным.

– Что это значит?! – он неосознанно повысил голос, с трудом справляясь с нахлынувшими эмоциями.

– Очевидно, не хочет Липецк их отпускать и нужно ждать какого-то подвоха, – с невинным видом прокомментировал караульный. – Придётся приложить усилия, чтобы остаться здесь. Прошлое – оно такое прошлое, сами понимаете… там может быть много… всего, что потребует вернуться…

Новиков оглянулся на Юльку. Она, конечно, всё слышала, и, похоже, слова караульного произвели на неё не самое благоприятное впечатление.

– Ничего, он отпустит, – с уверенностью, которой на самом деле у него не было, проговорил Юра и взял в руку её ладонь.

От этого прикосновения внутри всё встрепенулось и заныло в каком-то тревожном предчувствии.

Юлька нежно улыбнулась и накрыла его ладонь своей.

– Хотелось бы в это верить, потому что я уже приняла решение и обратно не вернусь…

Внезапно образ любимой потускнел и начал истончаться, постепенно становясь полупрозрачным. Секунда – и она полностью растворилась в пространстве кабинета. Ещё миг – и контуры самого кабинета начали размываться. Пропала худенькая фигурка Алисы, исчезли уходящие к потолку стеллажи.

Долот на прощанье взмахнул рукавом