Игра без сохранений - Кирилл Мальцев

Ты считаешь себя лидером. Но посмотри правде в глаза. Когда вы сражаетесь — они смотрят на него. Принимаете решения — последнее слово за ним. Ты им не нужен, Родгар.

Последняя фраза прозвучала как приговор.

И тогда Родгар поднял голову. Перед ним были его друзья. Он посмотрел на них и на долю секунды картинка сменилась. Он увидел комнату в своей квартире, карту на столе, кубики, рассыпанные по карте. Увидел Сергея, подшучивающего над Олей. Костю — с серьёзным видом читающего очередные правила. И себя со стороны. Радостного от того, что они снова вместе проводят вечер.

Знак Веритас перестал жечь ему грудь. Вместо этого по телу волнами начало разливаться тепло.

— Ты прав, — сказал он наконец, сплёвывая пепел. — Мы не те, кем кажемся. Мы пришли из другого мира и заняли чужие тела. Мы — чужаки. Мы не знаем, зачем мы здесь, и почему это случилось именно с нами.

Он перевёл дыхание.

— Но я знаю другое. В том мире мы были просто друзьями. Здесь — мы стали чем-то большим. Мы сражаемся вместе. И даже если всё, что ты говоришь, правда, я не перестану сражаться за них. Как и они за меня. И это истина.

Родгар встал. Пепел осыпался с его плеч, а из груди вырвалось золотое сияние, накрывшее поляну.

Глава 17. Цена

Золотой свет, вырвавшийся из груди Родгара, разошёлся волной по пещере. Корни, оплетавшие его тело, осыпались прахом ему под ноги. Вспышка расшвыряла големов в разные стороны, а зелёное пламя, поддерживающее в них подобие жизни, угасло. Стены пещеры задрожали. С потолка начала осыпаться каменная крошка. Алтарь с громким хрустом покрылся сетью трещин.

Доспех Родгара продолжал источать мягкий, тёплый свет, озаряя всё вокруг.

Сплюнув остатки корня, паладин поднялся на ноги и огляделся.

Гида стояла на четвереньках и пыталась восстановить дыхание. Её левое плечо было в крови — рана, нанесённая вожаком зверолюдов, открылась и кровоточила. С противоположной стороны лежал Фиран, сжимая рану на ноге. Его лицо было белым, как мел.

— Родгар… Как ты?! — Эмерик, ковыляя, подошёл к другу.

— Жить буду, — ответил Родгар. — Что с твоим лицом?

— Позже объясню! Надо выбираться! Помоги Фирану, а я помогу Гиде! — перебил его Эмерик и поспешил к девушке.

Родгар рывком оказался возле стонущего Фирана. В то место, где паладин был мгновением раньше, с грохотом обрушился камень, разлетевшись осколками. Земля под ногами заходила ходуном, а стены, как и алтарь, затрещали, не в силах удерживать свод пещеры.

— Живой… — простонал Фиран, увидев склонившегося над ним друга.

— И хочу таким остаться, — сказал Родгар, закидывая эльфа на плечо. Фиран вскрикнул от боли.

Эмерик помог подняться Гиде, и они устремились к лестнице, ведущей наружу. Родгар спешил следом, не чувствуя веса Фирана. Грохот усиливался.

Они спешили что было сил. Ступени под ногами начали раскалываться. Впереди уже был виден выход.

Добравшись до выхода, Гида повернулась и схватила Эмерика за мантию, вытягивая его наружу.

Родгар вылетел следом — и в тот же миг сзади раздался удар. Пещера, которая могла стать их могилой всего минуту назад, схлопнулась. Корни старого дуба отрывались от холма со звуком рвущихся верёвок. Могучее дерево начало заваливаться на бок, и с оглушительным грохотом обрушилось на землю.

Эмерик и Гида, пробежав ещё около сотни шагов, рухнули в снег. Родгар догнал их и аккуратно снял с плеча Фирана.

— Живы… — выдохнула Гида, переворачиваясь на спину. — Уфф…

Она пролежала так несколько секунд, глядя в серое небо. Плечо ныло, но она заставила себя сесть и оглядеться.

— Лошади… Проклятье! Лошади разбежались.

Гида нашла их взглядом — две стояли метрах в тридцати, прижавшись друг к другу и вздрагивая от страха. Третья стояла у опушки леса, чернеющего неподалеку.

— Я приведу, — сказала Гида, с трудом поднимаясь. — Не уходите.

Она двинулась к лошадям, стараясь не шевелить раненым плечом. Шла медленно, но уверенно, и животные, признав в ней хозяйку, позволили приблизиться. Взяв их под уздцы, морщась от боли, Гида повела их обратно.

Тем временем Родгар осторожно стянул сапог с Фирана и надрезал штанину. Рана выглядела плохо — края почернели, а вокруг центра расползались зеленоватые прожилки. Всё это сопровождал сильный запах гнили.

— Что это? — спросил Эмерик, присаживаясь рядом.

— Понятия не имею, — пожал плечами Родгар. — Я думал, вы мне расскажете.

Он приложил руку ко лбу Фирана, посмотрел на Эмерика и сказал:

— У него жар. Ты можешь помочь? Как тогда, Гиде?

Фиран приоткрыл глаза. Его зрачки расширились, а на губах выступила зеленоватая пена.

— Н… не… — он попытался что-то сказать, но не смог. Его голова безвольно откинулась назад.

Эмерик зачерпнул ладонями снег, закрыл глаза и попробовал сконцентрироваться.

Снег в его руках начал мерцать, и юноша приложил ладони к ране Фирана. Эльф тяжело вздохнул. Ледяная корка полностью покрыла рану.

— Как он? — спросила вернувшаяся с лошадьми Гида.

— Похоже на какую-то заразу, — предположил Эмерик, отряхивая руки от остатков снега. — Его нужно показать целителю.

— Но ты же исцелил Гиду… Тогда, у башни? — Родгар повторил свой вопрос.

— Да, но там была чистая рана… А здесь… Я даже не знаю точно, что это… Вдобавок я только учусь контролировать новые силы… — покачал головой Эмерик. — Лучше показать его настоящему целителю.

— В Гримвуде наверняка такой есть, — предположил Родгар. — Отнесём его в город.

— Есть… Точнее, была, — замялась Гида, опустив взгляд. — Мелтрем убил её.

— Нам нельзя в Гримвуд, — добавил Эмерик. — Там небезопасно.

— Тогда нам остаётся только одно, — сделал вывод Родгар и посмотрел в сторону леса. — Выдвигаемся. И, расскажите наконец, что произошло пока я был в отключке.

* * *

Эмерик и Гида рассказали Родгару, что произошло за то время, пока он был без сознания. Рассказали о том, как был обманут Мелтрем, о нападении на них местных жителей, и о Суре — знахарке, что пыталась помочь ему, и была убита Мелтремом или его людьми.

Добравшись до опушки леса, Эмерик слез с коня Гиды и поймал свою лошадь, стоящую возле одного из деревьев. С большим трудом, но они всё же нашли следы отряда Мелтрема, уходящие вглубь леса, и решили придерживаться их.

В лесу было тихо. Не было слышно ни пения птиц, ни криков животных. Только снег скрипел под копытами лошадей. Они ехали молча. Впереди ехал Эмерик, за ним Гида, а замыкал их небольшой отряд Родгар, придерживая одной рукой Фирана, перекинутого через круп его лошади и закреплённого ремнями к седлу.

— Стойте! — сказал вдруг Эмерик, натягивая