Системный Кузнец VIII - Ярослав Мечников

Видел всё с чёткостью — как сокращаются серые связки на шее твари, видел жёлтые когти, летящие к моему горлу, и белизну глаз, в которых не было ничего, кроме голода. Мой тесак прошёл только половину пути до блока, а смрад гнилого мяса и пыли уже ударил в ноздри.

«Вот так, значит, — мелькнула отстранённая мысль. — Второй раз. И снова не увернулся».

Смерть была в полуметре.

ХРЯСЬ.

Звук был влажным, словно мясник с размаху опустил колун на тушу. Тень мелькнула сбоку, врезалась в цзянши, сбивая его с траектории, как кеглю. Когти твари чиркнули по воздуху в сантиметре от моего лица, и серый клубок, кувыркаясь, полетел по щебню в сторону.

Визг ударил по ушам — сверлящий мозг ультразвуковой импульс.

Я моргнул, выходя из ступора. Тесак в руке замер в защитной позиции, но рубить было некого.

Повернул голову.

Метрах в десяти выше по склону стоял Брок. Охотник застыл в широкой стойке, его правая рука всё ещё вытянута вперёд после броска, корпус повёрнут. Пальцы пусты — он швырнул топор чтобы сбить тварь в полёте.

— Назад! — рявкнул усатый, голос вывел из транса. — Не стой, мать твою!

Я перевёл взгляд на груду камней, куда улетел мертвец.

Тварь не сдохла.

Цзянши поднимался не как человек — он просто складывался обратно в вертикальное положение, дёргаясь, словно марионетка. Хрустели суставы, неестественно выгибалась спина. Из его бочины, пробив остатки кожаной брони и войдя глубоко в рёбра, торчал топор Брока — рана была сухой и чёрной.

Мертвец схватился когтистой лапой за топорище и дёрнул раз, другой — лезвие засело намертво, заклинив в кости. Тварь издала ещё один короткий визг, полный раздражения, и бросила попытки.

Белые глаза снова нашли меня.

— Кай! Ко мне! — Брок уже шёл навстречу. — Живо!

Я сделал шаг назад, споткнулся о камень, восстановил равновесие.

Цзянши присел. Топор в бочине мешал ему сгруппироваться, рукоять упёрлась в колено, но тварь это не остановило. Мёртвые мышцы сжались, как пружины.

Прыжок.

Он летел на меня — серый снаряд с торчащим из тела железом.

— В сторону!

Брок врезался в меня плечом, сбивая с ног. Я полетел в щебень, больно ударившись бедром, но стимулятор тут же погасил вспышку боли, оставив только понимание удара.

Перекатившись, вскинул голову.

Охотник не стал уклоняться — он нырнул под летящую тварь, уходя в низкий присед.

Всё произошло за долю секунды. Движения Брока были скупыми и страшными — мастерство ветерана, который убивал всяких тварей полжизни.

Левая рука охотника взметнулась вверх, пальцы намертво вцепились в длинные, свалявшиеся волосы мертвеца, дёргая его голову назад и ломая инерцию полёта. Цзянши рухнул на камни спиной, к ногам Брока.

Правая рука охотника легла на рукоять своего топора, торчащего из бочины монстра.

Рывок.

Хруст ломаемых рёбер слышен даже сквозь свист ветра. Брок вырвал оружие вместе с кусками сухой плоти.

Тварь попыталась ударить когтями снизу, но охотник уже впечатал тяжёлый сапог ей в колено. Сухой треск — нога мертвеца выгнулась в обратную сторону.

Цзянши заверещал, пытаясь извернуться, но Брок не дал ему шанса — перехватил топор поудобнее, но бить не стал — резкое, короткое движение корпусом, топорищем сверху вниз.

Хрясь.

Визг оборвался — тело под Броком дёрнулось в последней конвульсии и обмякло. Голова покатилась по неровным камням.

И в этот момент я увидел это — из живота мертвеца, где находится Нижний Котёл, вырвался клуб серо-зелёного дыма. Он был плотным и маслянистым, похожим на сгусток гнилого тумана.

[Обнаружено: Распад ядра (Некротип)]

[Статус: Энергия рассеивается]

Сгусток повисел в воздухе секунду, дрожа и извиваясь, а затем растворился, впитавшись в камни Холма.

Как только энергия ушла, тело цзянши изменилось — кожа, до этого натянутая и жёсткая, мгновенно потемнела и обвисла, словно из неё выпустили воздух. Лицо на отрубленной голове запало, превратившись в обтянутый череп. Тварь стала кучей мусора.

Брок вытер лезвие о штанину мертвеца — его грудь ходила ходуном, но взгляд был ясным и злым. Усатый шагнул ко мне, рывком вздёрнул на ноги, и тут же, не давая опомниться, толкнул себе за спину.

— Замри, — прошипел он, глядя не на меня, а в сторону леса, откуда мы пришли. — И заткнись.

Я открыл рот, чтобы спросить, но тут услышал — из тумана, со стороны деревьев, донёсся вой, от которого внутри всё сжалось. А следом за ним ещё один, ближе. И ещё. Вой не затих, а рассыпался эхом — это не волчья перекличка. В этих звуках не было дыхания, не было животной страсти или предупреждения — только механический резонанс.

Моя левая рука, онемевшая от яда, вдруг дёрнулась — в кости словно провернулась ледяная игла.

— Твою мать… — выдохнул Брок.

Охотник не стал тратить время на объяснения — схватил меня за плечо, рванул на себя и развернул, впечатывая спиной в свою спину.

— Стой, — шёпот усатого был тихим. — Не дыши. Не думай.

Я замер, чувствуя спиной жар его тела — сквозь плотную ткань куртки, сквозь слои одежды от Брока исходило тепло, как от хорошо протопленной печи.

— Ближе, — скомандовал мужик. — Вжимайся.

Я сделал полшага назад, прижавшись лопатками к его позвоночнику — мы стали одним целым — двуглавой фигурой посреди серого камня.

Тишина рухнула на склон так же внезапно, как начался вой — ветер стих, туман застыл.

Мир сузился до стука моего сердца. Двойная доза стимулятора гнала кровь с бешеной скоростью — удары отдавались в висках и в горле. Я попытался замедлить ритм усилием воли, вспоминая технику Холодного Пламени, но без Ци не получалось как надо.

— Они здесь, — шепнул Брок.

Я скосил глаза, не поворачивая головы.

На гребне Холма появились силуэты.

Один. Два. Ещё один. Они выходили из тумана беззвучно — шесть фигур. Даже отсюда, с тридцати шагов, видел, что они разные.

Крайний слева огромен — шире остальных в плечах, на груди болтались лохмотья ржавой кольчуги, вросшей в серую плоть. Рядом с ним — существо поменьше, с неестественно длинными волосами, которые развевались. Третий стоял, перекосившись на один бок — у него не было левой руки, из культи торчала острая, как пика, кость.

Они замерли на гребне, выстроившись в неровную линию.

Я перестал дышать — лёгкие горели, требуя воздуха, но инстинкт самосохранения перекрыл кислород.

Мертвецы начали сканировать — головы дёрнулись резкими, механическими рывками. Вправо — стоп. Влево — стоп.

Белые глаза