Наномашины, Неизбежность! Том 13 - Николай Николаевич Новиков

Сам Иоганн-старший стоял у стены, с очень неуверенным, взволнованным взглядом, словно мальчишка, которого наругал отец.

Рабочий стол был откинут в сторону и на его месте, спиной к двери, сидел в позе лотоса Иоганн-младший — сын господина. На его коленях лежал его проклятый клинок, а сам он не обратил внимания на зашедшего помощника.

— Как всё прекрасно вышло. Зависть юнца… страх меча… и обычная случайность, подкинувшая Его до моего поля зрения…

И юнец встаёт и медленно поворачивается, до скрипа сжимая ножны меча под именем Рассвет.

Меч, что был теперь не просто силой, а проводником — связующим звеном.

— Смотрю у вас тут проблема с одной неубиваемой тварью? О, в этом мы похожи! — и он защёлкивает ножны, — Думаю, пора эту проблему решить раз и навсегда.

И всё благодаря невероятному стечению случайных обстоятельств…

Последний из детей Императора Человечества… первое и сильнейшее небесное тело…

Сол.

Вернулся.

Глава 12

Через две недели.

Высокий и плечистый чернокожий мужчина увидел немыслимое. В своей прачечной. В своём же доме! Своей крепости! Настолько невообразимое, что не смог закрыть глаза, не смог умолчать!

— К-караул! — вскрикнул он, — Пока Барон спал, его шляпу постирали!

Барон Суббота огляделся. Никого не было. Только он, и его крутой чёрный цилиндр, изогнутый словно шляпа какого-то Шляпника — зигзагом.

И в поисках виновного он пошёл по всему дому.

— Пока Барон спал, его шляпу постирали! — поговаривал он, — Пока Барон спал, его шляпу — постирали! Пока Барон спал, его шляпу… эх постирали! — зачем он это говорил известно только ему, — Пока Барон спал… его шляпу… постирали⁈ Пока Барон спал его шляпу… о, вот ты где, стерва!

Его жена, прекрасная госпожа Бриджит, плела свои любимые венки из алых цветов — атрибута смерти и загробного мира её родины. Будучи так же в отпуске, как дети на каникулах, она была вынуждена проводить большинство времени… ну, вот с этим вот.

— Пока Барон спал, его шляпу постирали! — махнул руками муж.

Брюнетка медленно поворачивается.

— Ты когда напился — шляпу с ведром перепутал, алкоголик, — поясняла она спокойным, но сильным и властным голосом, — А с учётом, муженёк, что ты ничего сам стирать не будешь, радуйся, что я хотя бы разобралась как пользоваться стиральной машиной.

— Перепутал… с ведром? — ахнул Суббота, — С… ведром? Ведром⁈ Вот этим-то ведром⁈ — он указывает на обычное железное ведро, старое такое, «бабушкино».

— Этим.

— Старая, а ну не сметь недооценивать мужа! — пригрозил он, — Я алкоголик и наглухо отбитый, но НИКОГДА я не стану безумен от прелестной алкашки! Ром не туманит разум — он просветляет! Чтобы я, да блеванул в ЭТО ведро⁈ Да ты хоть знаешь кого я учил петь в это ведро⁈ Виктора Ц… — и тут на полуслове его будто переклинило, — Витьку… Витька… Виктора… Ви… В-Ви…

Он распахивает похмельные глаза.

— ОХ, БЛ*ТЬ, КНЯЗЕВ!

И он так резко развернулся, так резко побежал, что едва не запнулся и не упал!

Виктор Князев… он ведь ещё НЕДЕЛЮ НАЗАД настойчиво потребовал явиться к Мишке Кайзеру и продолжить обучение Чуме! Твою мать, НЕДЕЛЮ НАЗАД!!!

Но стоило Субботе сорваться из мастерской жены, как он резко возвращается.

— А ведёрко я всё-таки…

Жена, заранее зная, что муж вернётся, молча и не глядя кидает ему это обычное деревенское ведро.

— Дорогая, ты так меня понимаешь… я так тебя люблю… — икнул Барон.

— Умоляю, скройся и не мозоль глаза.

* * *

Мы сидели и ждали остальных. Весьма важный день! Но так совпало, что в выходные и оооочень рано. И так как мне спать надо всего пять часов, Катя привыкла к режиму из-за спортивного детства, а Суви нечего делать, то и в комнате сидели пока что только мы.

Я сидел за столом и работал с голограммами перед глазами. Эти вот «чернильные схемы» техник, формулы для улучшения энергоэффективности, что на что влияет, чего не допускать, и так далее. Учился, короче.

Суви стоически… мило сопела у меня на плече. Наверное, она тут так рано только из-за меня — так бы сейчас спала в кроватке. Но так как она нашла силы встать и прийти, то стоило ей сесть рядом и пару раз медленно моргнуть, как она тут же моментально уснула, словно сонный котёнок, положив голову мне на плечо. Так что мне теперь мило сопят в ухо.

Ну и Катя. И с ней проблемы. Хотя казалось бы, да? Где Катя, и где проблемы?

Она тоже была сонной, но уже проснувшейся, так что просто ленилась. Блондинка положила руки на стол, положила голову поверх, и не зная что делать, просто лежала и мной любовалась.

Эта картина, когда зеленоглазая красавица не отводит от тебя взгляда, лёжа на своих руках… будоражит. Отдаёт учебной интрижкой, школьным флиртом. Что так и есть!

И я бы только за утонуть в этих изумрудных глазах, в этой подростковой любви…

Но это же Катя. Я же её знаю с пелёнок. Буквально. А с учётом, что после нормализации поцелуев и окончательного утверждения статуса «молодая парочка, парень и девушка», мы не раз гуляли и не раз целовались, я успел изучить её ЕЩё лучше!

И сейчас это чудовище очень скучало.

— Мишааааааааа… — протянула она, продолжая лежать и на меня смотреть.

— Да, Кать?..

— А ты бы меня любил, если бы меня не существовало?

Ох…

Ну я-то тоже не дурак, хех!

Женщина — зверь опасный. Настолько же милый и пушистый, няшный такой, настолько и с когтями! Надо быть осторожным.

Обучение Безымянного мимо моих ушей не проходят! Я — уууууумный!

— Естественно, Кать.

— Хм-м-м-м… — протянула она со всё тем же скучающим выражением лица, — Мне кажется ты так ответил, чтобы я тебе мозги не выкручивала.

— Конечно же нет, Кать.

— Хм-м-м-м-м-м-м… — протягивает девушка, — А я бы тебя тоже любила.

— Правда? — а вот тут реально отвлекаюсь от обучения.

— Угу. У каждой девочки есть идеальный образ парня. У меня… это ты, — и девушка чуть наклонила голову, даже из этого положения превращая взгляд в кокетливый.

Оу…

Чёто шевелёж у меня начался. Везде. В сердце особенно.

Что бы мне сказал Безымянный?.. Надо как-то выкрутить это в общую пользу.

— С учётом, что я Апостол Любви, идеала у меня нет, — говорю я, отупляя углы любовного квадрата, — Но-о… без тебя моя жизнь была хуже, Кать, — заканчиваю улыбкой, подкрепляя идею позитивным опытом.

Безымянный говорил, что люди разные, и есть те, у кого сердца и правда хватит на нескольких. Наверное,