В небе 1941-го - Михаил Дорин

class="p1">Только я свернул влево, как ко мне уже подбежал механик и показал место стоянки. Это был П-образный капонир, рядом с которым лежала маскировочная сеть. Само укрытие стояло прям в лесу и было хорошо прикрыто от посторонних глаз. А уже с воздуха и вовсе его не разглядеть.

Я подрулил к капониру и мне показали жестом выключаться. Немного посидев в кабине, я осмотрелся по сторонам. За моей спиной на лётное поле заходили Як-1.

В воздухе я не особо его рассмотрел, а на земле уже был впечатлён эстетичным видом этого самолёта. На солнце крыло Як-1 блестело, почти не имея заклёпочных швов. Самая заметная деталь — это воздухозаборники. Они были похожи на два «подбородка».

И сам двигатель. Як-1 выделялся своим вытянутым носом и обтекателем.

А ещё на одном из бортов Як-1 я заметил специальные крепления под крылом. Наверняка, это специально для работы по земле поставили. На Як-1 тоже есть возможность подвесить неуправляемые снаряды РС-82.

Я утёр лицо тыльной стороны ладони и выбрался из кабины, поблагодарил механиков и пошёл в направлении самолётов моих ведомых. Они уже осматривали свои машины.

На самом аэродроме была невероятная суета. Самолёты готовили к вылетам, а лётчики постоянно находились рядом. Команда дежурным звеньям могла поступить в любой момент.

Я прошёл мимо одного из ЛаГГов, но это оказался самолёт Вихрова. Тот внимательно рассматривал свой аппарат, поглаживая его по крылу. А недалеко от него на брезенте сидел Слава Булкин. Похоже, что свой самолёт он оставил подальше от остальных.

Я подошёл к ребятам, по пути снимая шлемофон и краги. Мои подчинённые быстро выровнялись, перед тем как встретить меня.

— Товарищ командир, посадку произвёл. В процессе выполнения перелёта был атакован группой мессеров. Без последствий, — ответил мне Вихров.

Я кивнул и повернулся к Булкину. Тот не сразу, но рассказал всё, что с ним произошло во время атаки немцев. Его начали зажимать двое «худых», но помогли истребители прикрытия.

— Мессеры появились откуда-то из-за облаков и начали атаковать. Я давай вниз уходить к земле, как вы и говорили. Крутился, прижимался к верхушкам деревьев, а меня всё равно один достал. Я уж думал, что всё… Но вы появились, а затем и Яки. Думал, до полосы не дотяну. Хорошо, что смог сесть.

— Никого из вас не ранило? — уточнил я, осматривая Булкина, а затем и Вихрова.

— Живы и не кашляем, — ответил Женя.

Я молча кивнул и собрался с мыслями. Теперь же надо провести с ребятами «разбор».

— Почему разбрелись по всем смоленским лесам? Вы команду слышали про встать в круг? — спросил я.

Парни закивали, но ответить им было нечего. У Булкина до сих пор его глаза бегали из стороны в сторону.

— Мало того, вы мои ведомые. Вы всегда держитесь за мной. Прикрываете мне задницу. А сейчас что получилось? Каждый сам за себя.

Я подошёл к ним вплотную. Евгений моментально побледнел ещё сильнее, увидев моё взмокшее от пота лицо.

— Я спрашиваю, голуби мира, какого чёрта вы строй разорвали?

— Товарищ командир, они же прямо из-за облаков и внезапно, — оправдывался Булкин.

— Запомните раз и навсегда. Вбейте себе в подкорку. Если нас бьют сверху на подходе, а запаса высоты для манёвра уже нет — строй не рвать! Выжимаете газ до упора и сохраняете строй — крыло к крылу! Маневрируем совместно. Поняли меня?

— Поняли, Андрей Николаевич, — хором ответили ребята.

— И никогда не отставать. Это… — начал я говорить, но меня тут же прервал Коровин.

Комэска появился очень резко. Василий Иванович уже держал наготове планшет с картой. Его гимнастёрка ещё была влажной, с тёмными пятнами от пота.

— Пошли, Андрей. Потом будем разбор делать. У нас задание, вылет через час.

— Товарищ командир, так ведь только что прилетели. И у меня… — начал говорить Вихров, но Коровин на него сурово зыркнул.

— На твой век хватит. Полетим малой группой, — сказал комэска, и я, оставив шлемофон и краги парням, пошёл за Коровиным.

В это время на наши ЛаГГи вешали бомбы. Задача предстоит не из лёгких.

Глава 18

Аэродром вновь затянуло пылевым облаком. Очередная пара самолётов выполняла разбег по полю, уходя на задание. Не успели мы отойти от наших бортов, как в небо вновь взмыла сигнальная ракета и на краю лётного поля закрутились винты звена Як-1.

Техсостав бегом перемещался рядом со стоянкой, перенося на руках ящики с патронами либо толкая тележки со снарядами для пушек.

— На 12-й Як тащи! Живее!

— Где бензин⁈ В зубах тащи, раз бочка у тебя не катится, — кричал кто-то из инженеров в трубку телефонного аппарата на «старте».

Это как раз был тот самый объект, прообраз будущих СКП и КДП, откуда ведётся управление полётами. Правда сейчас он больше напоминал грузовик с телефонами.

«Старт» представлял из себя кузов ГАЗ-ААА, который загнали под деревья. Сам грузовик был без колёс и уже точно никуда не поедет.

Неподалёку на случай атаки на аэродроме была вырыта большая траншея, куда все «обитатели» старта должны спрыгнуть в случае налёта. Вместе с дежурным инженером сидел и руководитель полётами в звании капитана.

— Да. Я дежурный по стартам и посадкам. Вот именно! — громко говорил он в трубку.

Видимо, пока ещё понятия руководителя полётами нет в Красной Армии, раз этот человек назвал себя дежурным.

Рядом с ним было два бойца. Один внимательно смотрел в бинокль Б-8, контролируя прилетающие и улетающие самолёты. А второй сидел позади дежурного по стартам. По всей видимости, это был хронометражист. Он отмечал каждый взлёт и посадку, но с трудом успевал это делать.

— Боец, а ну проснись. Два прилетело, а третий где? Почему не записал⁈ — возмущался на него капитан, указывая на записи в журнале.

При такой интенсивности взлётов и посадок можно кого-нибудь и потерять из виду.

— Чего засмотрелся? — спросил у меня Коровин, когда увидел, что я притормозил у «старта».

В этот момент дежурный инженер старта как раз давал указания кому-то из механиков на ремонт бортов.

— С 91-м ЛаГГом возни сейчас много. Готовь 88-й, — объяснял он.

— Тот тоже повреждён. Несколько пробоин и радиатор…

— Тогда быстрее готовь замену! У них вылет скоро. Бомбы, снаряды на… да какой там у них есть сейчас свободный! — нервничал инженер.

Похоже, что мой ЛаГГ пока не у дел, раз его не успеют подготовить к повтору. Коровин подошёл к дежурному инженеру, чтобы уточнить, какой борт будет на замену 88-му, но тот пока внятно ничего не сказал.

— Высоко! Промажешь! Добирай, добирай говорю! — кричал в