Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Вероника Шэн

– Вещи сгорели, – медленно проговорила Нахи, многозначительно на меня смотря. Увидев, что я все еще не понимаю, она вздохнула. – Вещи могут быть уничтожены огнем только с помощью особых ритуалов. А так… то, что было предано огню, при определенных условиях способно стать частью мира духов. Если те книги принадлежали шаманке, есть вероятность, что они сгорели не из-за обычного несчастного случая: это могло быть виной какого-то духа или даже следствием обряда, пошедшего не по плану.

– Серьезно? – ахнула я. – А ведь точно!

– Это значительно все упростит! – обрадовался Сончхоль. – Не факт, что нам повезет, но лучше первым делом направиться в этот сгоревший дом и проверить!

– Но почему он сгорел? – забеспокоилась Нахи. – Вдруг там опасно?

Я и не задумывалась об этом, но… История и правда могла быть нечистой. Возможно ли, что причиной пожара стали злые силы? Или же за случившимся стояло что-то еще? Я ведь даже не знаю, пострадал ли тогда кто-то…

– В любом случае лучше оставаться настороже, – тихо заключила Нахи.

– Если тебе страшно, можешь не идти, – с саркастичным дружелюбием предложил Сончхоль.

– Нет, – искусственно улыбнулась Нахи. – Все в порядке.

– Тогда поспешим! Нам нужно в Пукчхон[48], – нетерпеливо позвала я.

Быстро разобравшись, каким путем нам ехать, мы зашли в вагон подъехавшего поезда. Я едва выносила ожидание, гипнотизируя взглядом сменяющиеся названия станций, – настолько мне не терпелось приступить к делу и, как я надеялась, оказаться хотя бы на шаг ближе к побегу от границы со смертью. Я мечтала снова стать живой и забыть обо всех здешних приключениях как о страшном сне.

* * *

Спустя приблизительно сорок минут мы добрались до станции Кёнбоккун и направились в сторону Пукчхона. Я знала путь, потому что уже бывала там. Движение на дорогах было оживленное, на экранах небоскребов рекламировали музыкальный клип популярной группы, а вокруг нас туда-обратно ходили туристы, многие из которых носили арендованные ханбоки. Туристы резко останавливались, чтобы сделать фото, толпились у входов в сувенирные магазины или внезапно меняли направление, ища правильный путь, а потому здесь мне было куда сложнее избегать столкновений с живыми. Это действовало на нервы, хотя вид возвышающихся над панорамой города гор, пусть и укутанных покрывалом темноты, немного успокаивал.

Спустя минут пятнадцать мы добрались до поворота в нужный квартал. Пэ Дживон упомянула лишь, что нужный нам ханок[49] расположен в Пукчхоне, но я не знала, где конкретно… А потому нам пришлось побродить, прежде чем мы его нашли. Быстрым шагом минуя кафе с мороженым, сувенирные лавки и знаки, призывающие не шуметь, мы обогнули толпу людей и свернули в переулок, закрытый для туристов. Здесь, между каменно-кирпичными с геометрическими орнаментами стенами-оградами и деревянными основами рыжеватых ворот и дверей, никого не было. Пустота переулка сначала успокоила, но в скором времени мне стало не по себе. Все время казалось, что вот-вот из-за темного угла выскочит… что-нибудь.

Когда дорога пошла вверх совсем круто, мы наугад завернули левее и наконец почти на самом краю квартала нашли нужный ханок, в отличие от большинства других стоящий отдельно, за стенами ограды. Ошибиться было невозможно.

Его черепичные крыши пепельно-серыми волнами перетекали одна в другую. Утопающие в тени летящих скатов глиняные стены, некогда светлые, обклеенные ханджи[50], были теперь покрыты гарью, а обрамляющие их деревянные балки и столбы стояли обугленные почти до черноты.

Этот дом, некогда красивый в своей сдержанной изящности, теперь походил на никем не захороненные останки, пугающие как мрачной тайной своего злополучного прошлого, так и пропитавшей воздух атмосферой смерти.

Возможно, когда-то давно кто-то не выбрался из того пожара живым. А даже если и не было человеческих жертв, вместе с этим домом наверняка сгорели чья-то память и наследие.

– И нам нужно туда, – обреченно вздохнула я.

– Выглядит удручающе, – согласился Сончхоль. – Когда этот ханок сгорел? Неужели за все это время его не отремонтировали?

– Думаю, отремонтировали. Но может… – Я вспомнила наши недавние размышления: – Может, ханок выглядит так именно здесь, в мире духов, потому что пожар, хм… действительно не был случайностью?

Сончхоль кивнул. Его лицо тоже было красноречивым в своем полном отсутствии энтузиазма забираться в этот мертвый дом.

– Идем? – негромко уточнила Нахи, безразлично рассматривая деревянные решетчатые окна.

– Идем, – с притворной уверенностью согласилась я и первой ступила на маленькую террасу перед главным входом.

Мы зашли в первую, полупустую комнату, и Сончхоль, помедлив, поднял с пола обгоревшую кроссовку.

– Получилось! – воскликнул он, неверяще на нее смотря.

– Значит, здесь действительно что-то произошло… Но нам это только на руку! – воодушевилась я. – Мы действительно сможем попытаться что-то тут найти. Вряд ли эта кроссовка – единственное, что перенеслось в мир духов.

Через прихожую мы вышли в небольшой внутренний двор. Дом стоял на каменном возвышении, так что к квадратному двору, с одной стороны обрамленному невысокой глиняной стеной, покрытой черепицей, с трех сторон вели по две ступеньки.

Быстро оглядевшись, я с удивлением поняла… что в этом доме двери есть. Как и окна.

К примеру, с левой от нас стороны переплет закрытого окна изображал симметричный узор из разного размера прямоугольников, а с правой окно было открыто, и перекладины его ставень складывались в узкую решетку. Под этим окном от стены тянулась широкая деревянная скамья, теперь почти черная. Часть обугленных дверей были закрыты, но две – распахнуты, словно приглашая нас заглянуть в следующие комнаты, погрязшие в тенях и пепле, пропахшие гарью и пропитавшиеся тоской.

– Надо начинать искать… что-нибудь полезное, – перейдя на шепот, сказала я.

И едва не поморщилась оттого, что мой шепот лишь оттенил зловещую атмосферу этого ханока. И все же, пусть мне и захотелось заговорить громче, бросить вызов смутной тревоге, пока даже не имеющей явной причины… я предпочла промолчать. Потому что слишком уж боялась, что явных причин для опасения нет как раз таки лишь пока.

– Дом довольно большой, а задерживаться в нем не хочется. Чтобы не мешать друг другу и не тратить впустую время, лучше разделиться. Дом состоит из двух частей, так что проверим их по отдельности, – тихо отозвался Сончхоль, и я с удивлением к нему обернулась:

– Ты серьезно предлагаешь разделиться?

– А… что такого? – не понял он. – Здесь никого нет. И как я уже сказал, лучше не мешать друг другу, толпясь в одной комнате, и побыстрее завершить поиски.

Как же логично звучали его слова… и как же моей тревоге было плевать на логику.

– Стоит нам только разойтись по разным комнатам, как из темного угла точно что-нибудь вылезет, – пробормотала я, неуютно поежившись. – Что-нибудь