Кошмарная клиника - Юлия Зубарева

будет. Ты, Вань, долго сидеть будешь? Отвезешь меня до магазину — и дуй к своим. Я уж тут покукую до вечера, не развалюсь, чай. Потом и порешаем, кому дежурства тут коротать, а кому работу работать. Лизка, она ж дойкой не шибко увлечённая, да дом их недостроенный покамест — без света и воды. Курам на смех. Затеяли деревню, значит, по-модному, по-городскому, а дорога как была без асфальту, так и осталась. Газу в этом конце ещё при советской власти провести не могли, а нынче никто и не вспомнил. Дачники, одно слово, — Акимыч сплюнул в раковину, утёр бороду и ткнул Ивана пальцем. Непонятно было, слушает тот или спит на ходу.

— Я думаю, надо до Светланы доехать. У них с матерью живности много, а денег мало, — невпопад ответил Иван, поднимая глаза на деда. — Магазин всё равно ещё не работает. Утро, закрыто еще все.

— Это которая тебя всё пирожками подкармливала, что ль? Мотькина внучка с того конца деревни? А чё, это ты дело говоришь. Баба справная, да и готовит вкусно, — отозвался дед.

Кто бы мог подумать, что его несостоявшаяся невеста оказывается ещё и внучкой неспокойной бабки с кладбища.

— Вот, считай, двух зайцев и убьём одним визитом, — рассуждал Акимыч, пока шли по просыпающейся деревне. Машину решили не брать: тут идти десять минут неспешным шагом.

— Ты, Ванька, вот скажи: если с проблемой этой мы с тобой разберёмся, то чем ты мне неделю прикажешь заниматься тут? Это я, получается, все дела отменил, так сказать, отпуск творческий взял, а теперь дома что ли сидеть?

— Так и посидел бы, дед Вась. Куда такой график бешеный гнать в твои годы? Отдохнёшь, отоспишься… Да и не решили ещё ничего. Может, откажется Светка или Лизавета решит, что не надо ей этой помощи.

— В гробу отоспимся. Я, может, сейчас только жить начал, рановато меня списывать, не дождётесь, — ворчал дед Василь, пока набирал Лизаветин номер. О чём он там с внучкой говорил, Иван не стал слушать и ускорил шаг, немного оторвавшись от деда. Впрочем, на перекрёстке постоял, подождал, чтоб бодрый не по годам старикан не стал бегом догонять: с него станется.

Василь Акимыч к калитке Светланы подходил довольный, как обожравшийся ворованным творогом кот, и по-хозяйски похлопал Ивана по плечу, давая понять, что, мол, обо всём договорился и беспокоиться не о чем.

— Ты главное — молчи и брови хмурь, я сам договорюсь. Учись, пока дед жив, — он залихватски подмигнул Ивану и первым зашёл в калитку, прямо от забора заорав во весь двор:

— Светлана! Доброго утречка, нам молочка бы парного у тебя прикупить!

Во двор с истошным лаем выскочила мелкая брехливая собачка неопределённой породы, и следом в проёме двери показалась фигура самой хозяйки. Иван уже и забыл, какая Света большая. Ей бы ядра на Олимпиаде метать, а не на ферме работать за смешную по московским меркам зарплату.

— Василь Акимович, и вам здрасьте. А я думаю, на кого там Дымка лает. Вернулись к нам обратно? А молока-то и нет: мы в прошлом году корову продали. Маме на операцию деньги собирали, вот и пришлось Марту нашу продать.

— Да ты что? Как у Михайловны дела? Дома лежит или в больнице? — Дед с чувством и толком стал выяснять подробности деревенской жизни за время своего отсутствия. Иван поднял руку в качестве приветствия, дождался ответного кивка и продолжил молчать с умным видом, не влезая в разговор. Он так и не научился, пока тут жил, интересоваться чужой жизнью, как местные: кто помер, кто чем болеет и кто кому приходится со всеми степенями родства. Это какую память надо иметь, чтобы всю эту гору информации в голове держать? Никогда Иван этого не понимал. Он и в деревне прижился только потому, что хозяев по животным запоминал и интересовался питомцами, а не сплетнями.

— Так и Манька наша на рынок пошла. Такая умница была! Одно хорошо, что не на убой, а в хозяйство. Она ж призовая, да и возраст ещё — рожать и рожать, — вычленил из непрекращающегося потока информации Иван. Значит, свинью, что он вёл в прошлом году, тоже продали. Светка за свиньёй своей как за ребёнком ухаживала. Любила её. Похоже, и вправду прижали их с матерью обстоятельства.

Светлана пригласила их в летнюю кухню подождать, когда наберёт десяток яиц на продажу. Времени у неё не так чтобы много: ей на работу бежать, на ферму.

— А вы, Иван Фёдорович, к нам возвращаться не собираетесь? — Светлана явно робела бывшего зоотехника, что оказался сыном олигарха московского. Ванькина свадьба в деревне, когда все семейные секреты вскрылись под алкогольными эликсирами правды, долго ещё в деревне обмусоливали.

— Да нет, у него теперь собственная клиника в Москве. Не нашего полёта птица, — подмазался к деревенским дед, пихнув Ивана локтем в бок. Продолжать делать умный вид и молчать становилось всё сложнее. Акимыч, чувствуя, что рыбка сейчас сорвётся с крючка и поскачет на любимую работу, махая хвостиком, пошёл ва-банк, мешая правду с откровенной сказкой.

— Дело к тебе, Светлан, есть. Посоветоваться шли с тобой, как с умной бабой. Нужен человек надёжный и неболтливый, да с руками, и чтоб добрый был. Может, посоветуешь кого? Больно щекотливое дело получается. Такое не каждому доверишь, а денег предлагают неплохо. Абы кому не предложишь…

Света подалась всей своей богатырской статью вперёд, склонившись над Акимычем. Женское любопытство — страшная сила.

— Я тебе, Свет, скажу, только чтоб никому, — дед перешёл на шёпот, с опаской посмотрев на Ивана. — Я ж Афанасьевне перед смертью обещал козу сберечь до наследницы. Помнишь, позатой зимой ещё к тебе за сеном ходил? — Дождавшись кивка, он продолжил, потянувшись бородой к уху Светланы: — Завещание она написала, что без козы наследство не принять и потом не подарить, не продать животинку. Пшиком пойдёт и дом, и участок, и деньги в банке. Вот такое условие.

Иван чуть было не подавился чаем, что подала Светлана гостям, но героически смог проглотить вставший комом глоток, не разрушив своим кашлем этот цирковой бенефис деда. Чего старый несёт, когда можно было бы просто поговорить и предложить подработку? Впрочем, дед всегда чего-нибудь такое творил, и оставалось только наслаждаться спектаклем.

— Вот и приняла меня наследница на работу, чтоб, значит, за козой смотрел. Понимаешь? Дороже золота эта животина получается, а я старый, в лямур ударился. Жену-то на козу не поменяешь. Придётся нового смотрителя искать. Вот и раздумываю, кого посоветовать. Может, ты, Светка, подойдёшь? За скотиной