Из ада с любовью - Эрих Келлер

От Бетти все равно разило перегаром, а на лице четко обозначалось количество выпитого накануне джина. Наверное, жизнь научила ее не питать напрасных надежд, потому что она всеми силами старалась не отдаться надежде. И повторяла время от времени:

– Черт меня дери, чудес не бывает…

Но эта надежда светилась в заплывших от слез глазах, и Тони чувствовал себя негодяем, уготовившим несчастной женщине нечеловеческое испытание. За чашкой горячего крепкого чая, приготовленного Кирой, он попытался объяснить, что волчица может и не отдать ребенка, если Бетти произведет на нее плохое впечатление, и выслушал тираду о вонючих моро, которые должны кланяться каждому гомогосподину, – пришлось провести воспитательную беседу о равенстве и братстве, а также о высоких нравственных качествах волчиц и их трепетном отношении к детям. Вряд ли Бетти прочувствовала сердцем идеи равенства и братства, и Тони имел все основания опасаться скандала в волчьем квартале. Согласилась она лишь выглядеть «как порядочная», для чего ей на помощь поспешили сразу три подруги, несмотря на ранний час. После накрутки волос на бигуди Бетти примеряла предложенные кофточки, юбки, чулки и туфли, нисколько не смущаясь присутствия Тони. Целый час ушел на пудру, румяна и подводку глаз – дело было нелегким, учитывая сизый отлив отечного лица, а также разные представления подруг о том, как подводкой выразить порядочность.

Надо сказать, девушки сотворили настоящее волшебство – с точки зрения Тони, с любопытством наблюдавшего за таинством придания Бетти человеческого облика. Вместо несчастной матери, способной разжалобить волчицу, посреди комнаты стояла уверенная в себе гражданка – ни дать ни взять член профсоюза…

Но когда дело дошло до сбора детских вещей, Бетти едва не испортила подводку глаз, долго моргала и словно боялась притронуться к разложенным на кровати распашонкам.

– Так. Если это мой Абрахам, я, хрен меня дери, брошу пить, – сказала она решительно. – Дьявол, клянусь всеми святыми, капли в рот не возьму до конца дней, и пусть меня разорвет, если нет.

Она собрала с собой целый тюк вещей, включая два одеяла, несчетное количество ленточек, пеленок, распашонок и чепчиков, – Тони показалось, что оборочки и кружева были даже на подгузниках. Учитывая нелегкий плохо оплачиваемый труд потаскухи из доков, было ясно, что все заработанное Бетти тратила на ребенка. Чопорные леди нашли бы обилие кружев мещанской пошлостью – Бетти же наверняка считала приданое своего малыша богатым, красивым и нарядным. Самым лучшим. И пусть чопорные леди отправляются ко всем чертям…

Тони был уверен, что его усилия идут прахом, когда Бетти предстала перед волчицей – гордо задрав подбородок. И заявила с развязностью потомственной шлюхи:

– Покажь ребенка, ты, сука.

Волчица смерила Бетти тяжелым взглядом, усмехнулась и повернула младенца к ней лицом. На секунду.

Тони видел, как у Бетти подогнулись коленки. И даже дернулся в ее сторону, чтобы поддержать ее под руку в случае чего, но этого не потребовалось – Бетти устояла. И тут же шагнула в сторону волчицы, дикой кошкой прошипев сквозь зубы:

– Ну-ка отда́ла быстро!

Данный то ли дьяволу, то ли всем святым зарок возымел волшебное действие – Тони давно не испытывал такого облегчения: надежда не оказалась напрасной.

Волчица не шевельнулась, продолжая скептически разглядывать Бетти сквозь прищур, а к лавочке из кустов тихо и быстро вышли три волчицы помоложе.

– Я чё те, сука, сказала? – Бетти оскалилась. – Я тя в клочки порву, по́няла? И твоих псиц заодно.

Тони увидел, как пальцы Бетти сгибаются, будто выпущенные когти. И ни на миг не усомнился: порвет. Она нисколько не напоминала маленькую птичку, защищающую птенцов, – она была страшна, как горная львица.

Приемная мать улыбнулась загадочно и свысока, покосилась на Тони, стоящего в сторонке, и… неожиданно протянула ребенка Бетти.

– Забирай.

Нет, Бетти не выхватила младенца у нее из рук – приняла с величайшей осторожностью. И с той же осторожностью прижала к себе. А потом молча рухнула на колени – Тони и дернуться не успел. Слезы градом покатились по напудренным щекам, размывая подводку под глазами, Бетти согнувшись целовала маленькое личико, и беззвучные рыдания встряхивали ее плечи. Выглядело это страшно, неестественно и очень мало напоминало радость от счастливой встречи, а потому Тони решил было, что младенец мертв.

Нет, малыш был жив и здоров. Он улыбался матери и гулил. А с Бетти было совсем плохо: она захлебывалась слезами, судорожно пыталась вдохнуть и не могла, заметная дрожь пробегала по ее телу, будто судорога, – даже волчицы обеспокоились, не говоря про Тони, который испугался и растерялся. Она силилась что-то сказать, но вместо слов из горла вырывалось нечленораздельное мычание, как у глухонемых.

Откуда-то принесли стакан воды, потом резко пахшей валерьяновой настойки, но ни одного глотка влить Бетти в рот так и не удалось. Тони хотел помочь ей подняться, но Бетти будто одеревенела, сжалась в тугой комок. Заспанный доктор из квартального медпункта сказал, что у нее просто истерика. Он и хотел бы поставить Бетти успокоительный укол, но не решился сделать это сквозь одежду, зато преуспел с валерианой – умело приоткрыл Бетти рот и влил в него глоток настойки.

Это возымело действие, Бетти закашлялась, вдохнула, всхлипнула и выговорила в полнейшем отчаянье:

– Серая… Пеленка серая!

Интересно, что бы сказал обо всем этом доктор Фрейд?

И пока врач окончательно приводил Бетти в чувство, Тони будто невзначай подошел к приемной матери младенца.

– Я благодарю вас от всего сердца.

– Это не стоит благодарности.

– Вас и тех волков, которые спасли мальчика.

– Я передам им твои слова.

– Скажите, кто все-таки украл ребенка? Кто хотел его убить?

– Скоро полнолуние. – Волчица всего на секунду вскинула зеленые глаза. – Убийца не останется в живых, не беспокойся.

***

«Я – Сардина, Океан-2. Вызывается Кузнечик. Вызывается Кузнечик. Кузнечик, сообщаю: особое внимание обратить на эхолокационное оборудование района 1С4 в квадратах 29, 33, 43. Стандарты пород: 547, 87, 64, 145, 18…»

Часть вторая, шпионская

Глава 1

в которой Тони Аллен хочет подружиться с Эриком Блэром, а полковник Рейс получает подлый донос

Тянуть и дальше с расшифровкой Очень-Сложного-Шифра было бы сущим легкомыслием, а потому Тони, подремав час-другой, уселся за автоматон – на второй холодный душ в это долгое утро силы воли ему не хватило. Вечером его ждала встреча с итонцами и Берналом, и теперь Тони твердо решил быть с Блэром подружелюбней, как следует его подпоить и расспросить о