Хроники Тириса. Книга 5 - Василий Михайлович Маханенко

— Врата уже конфисковали Соларионы, — мягко прервал меня Латт. — Пусть, заказчику был важен сам процесс доставки, а не итоговый результат. К сожалению, у меня не так много времени, чтобы пояснять суть нового задания и договариваться об оплате. Скажу сразу — заказчик не возражает, если о сути задания узнают Соларионы.

Двери в кабинет сорвались и в помещение влетел мой официант. Только на этот раз вместо подноса у него в руках было лучевая винтовка. Я ощутил, что тело мне больше не подчиняется — включились блокираторы мышечной активность. Даже дышать было трудно. Над стулом с Латтом появилось энергетическое поле, похожее на клетку, через окна влетело ещё несколько элитных бойцов, дроны. Стало крайне неуютно, но Латта всё происходящее, кажется, вообще не трогало. Он только покачал головой, полуулыбка превратилась в полноценный оскал, после чего этот странный человек махнул рукой и ресторан исчез.

Не потемнел, не растворился, не разлетелся на атомы. Он просто исчез! Только что вокруг меня находилась элитная имперская гвардия, а вот под ногами заскрипела серая пыль, над головой повисело низкое чужое небо, а Эхо экстренно включил режим маскировки, активируя доспех предтеч. Форма «Груваки», в которую был превращён доспех, исчезла, а её место заняла модификация «Призрака ×2».

«Несанкционированный переход!» — Эхо сорвался на панику. — «Это переход через ноль-пространство! Я теперь это ни с чем не спутаю! Мы же летали подобным с помощью сердцевика. Вот только там под это был отведён отдельный орган размером с гору, заряжаемый раз в жизнь, а этот человек просто махнул рукой! Так только предтечи умели!»

Пока моя личностная матрица переживала экзистенциальный кризис, меня накрыло ощущение узнавания. Я уже был в этом месте. На этой планете. Передо мной растянулись серые холмистые пустоши до горизонта, заполненные ордами ксорхианцев. На наше появление они внимания не обратили, продолжая своё вечное патрулирование. Потому что планета, где находится один из старейших Ретрансляторов, должна охраняться по всей строгости ксорхианских законов. Если они вообще существуют, эти законы. Память Мозга на этот счёт ничего не подсказывает.

Я знал, что увижу, когда обернусь. Поэтому не испытал каких-то лишних эмоций. Примерно в полукилометре от того места, где мы появились, находился шарообразный корабль. То самое наследие предтеч, поверх которого находился Поглотитель и с удовольствием пытался прогрызть дыру в корпусе. Судя по серости и потерянному блеску обшивки, у высшего ксорха это получалось отлично. Сколько уже веков он так делает? Счёт точно идёт не в годах — в веках. Пять или шесть, не меньше. С этим даже Эхо был согласен.

Я перевёл взгляд на Латта. Мой спутник стоял в двух шагах, сложив руки за спиной, и разглядывал чудовище со спокойным, почти скучающим интересом. На нём не было герметичной брони, но отсутствие кислорода его, видимо, мало заботило. Либо броня была, но, как и моя, маскировалась под невзрачный костюм. Зачем показывать кому-то свою силу?

Подумав, я тоже заставил броню измениться, вернув внешний вид формы «Груваки». Забавное, наверно, было зрелище со стороны. На планете, наполненной ксорхианцами и лишённой привычной людям атмосферы, стояли два человека в обычной одежде и смотрели на то, как Поглотитель пытается пожрать то, о чём говорят лишь в сказках. Перетаскивая меня сюда, Латт не спрашивал, есть ли у меня возможность выжить в текущей обстановке. И это нужно учитывать тот факт, что обладатели личностной матрицы предтеч не могут находиться на планетах Ретрансляторов. Значит, у самого Латта подобной матрицы нет. Либо она одного ранга с моим Эхо. Что звучит ещё хуже. Потому что его матрица гораздо развитей моей.

— Вот твоя следующая задача, — произнёс Латт, не поворачиваясь в мою сторону. — Заказчику нужен этот корабль. Достань его.

Глава 12

— Не самая смешная шутка, — заявил я, осознав, что нужно от меня таинственному заказчику. И это «что-то» совершенно не укладывалось в привычную мне картину мира. Потому что я даже для себя ещё не до конца решил, что делать с двумя кораблями предтеч, к которым у меня есть координаты, а тут кому-то приспичило прибрать к рукам один из них. Причём, судя по масштабу происходящего, Латт не считает это шуткой или чем-то забавным. Ради того, чтобы заполучить этот покрытый слизью ксорхов металлический шарик, он даже с Соларионами готов «играть». И, груваки ему в одно место, мне категорически не нравилось, что в этой игре задействовали меня.

— Это не шутка, — ответил Латт противно ровным голосом. — Это то, что нужно моему заказчику. То, что ты ему достанешь.

Пожиратель, судя по тому, как мерно вздымался и опадал его корпус, продолжал свою вековую работу, не обращая на нас никакого внимания. Время для него ничего не значило. Была поставлена цель пробиться на корабль — он эту цель выполнял. То, что не получается — дело второе. Не получится сейчас, через три сотни лет вполне сработает.

Оторвавшись от не самого приятного зрелища, я обвёл взглядом окрестности. Хотелось напомнить, в какой грувакской заднице находился этот корабль. Кругом были серые каменные пустоши до самого горизонта, по которым лениво перекатывались орды ксорхов. Защитный купол, скрывающий древнего Ретранслятора, разделял орды на две части. Внутреннюю, где преимущественно находились бруты и коронники, и внешнюю, где властвовали все остальные. Причём как на земле, так и в воздухе. Уверен, внутри камней тоже полным-полно ксорхов. Черви-то никуда не делись.

Атаковать подобную планету — безумие. Металлический шар находился внутри защитного купола, так что пробиться сюда извне не получится. Только через одни из шестидесяти врат. А вот что делать потом — вопрос вопросов. Потому что у меня нет ни малейшего представления, как это — потом? Пусть Пожирателя я прибить и смогу, опыт подобный имеется, но вряд ли остальные ксорхианцы будут стоять в стороне и спокойно ждать, когда я закончу все свои дела. Минус Каэль — плюс вкусная еда для ксорхов.

«Мне не нравится, когда ты думаешь обо мне, как о вкусной еде для падальщиков», — недовольно пробурчал Эхо. — «Но в целом я твой план полностью поддерживаю. Я не вижу ни одного варианта, как можно выполнить это задание. Даже трижды подумал, прежде чем окончательно