Хроники Тириса. Книга 5 - Василий Михайлович Маханенко

Эхо говорил о корабле, который однажды возник перед нами после активации карты предтеч. Это было весьма неожиданное открытие, однако оно позволило нам точно определить координаты места, где спряталось то, что нам действительно нужно. Но не сейчас. Потому что заполучи «Малыши» подобный корабль сейчас, уровень проблем, свалившихся на наши головы, скакнёт куда-то в небеса. Нам пока мелочей хватает.

— Спорное утверждение, что я кому-то что-то достану, — заявил я. — Слушай, раз ты такой прыгучий, так, может, сам заказчику всё достанешь? Судя по тому, что я вижу, с перемещением по галактике у тебя полный порядок. Ручкой махнул и хоба, переместился к груваке в задницу. Так махни другой, чтобы ещё и корабль забрать.

— Не получится, — ответил Латт, даже не думая обижаться на мои слова. — На планеты, где сидит Ретранслятор, мне хода нет.

— Но ты же сейчас стоишь здесь, — заявил я, уставившись на Латта, как на не самого вменяемого человека.

— Здесь нахожусь не я, здесь находится мой образ, — продолжил удивлять меня Латт. — Настоящий я нахожусь в другом месте.

Вот тут меня переклинило второй раз за день. Образ? Конечно, как я мог забыть? Я-то, наивный, всё гадал, каким образом неприметный дядька в сером костюме просачивается сквозь лучшую охрану империи, а вот он ответ! Это не человек — это образ! Сразу всё стало на свои места, сразу всё стало чётко и понятно. Да ни хрена не понятно, грувака ему в глотку!

«Даже думать в мою сторону не смей!» — заявил Эхо, предвосхищая мой вопрос. — «Я не понимаю в происходящем вообще ничего. Если это образ, то я ректор ИВА! Это настоящее тело. Я вижу, как бьётся сердце, как течёт кровь, как лёгкие дышат. Это человек! Живой и вполне себе здоровый.»

— Не совсем понял, о чём ты, — произнёс я, не желая затягивать паузу. — Если образ — это голограмма, то каким образом ты передал мне информационный кристалл во время нашей первой встречи? Или наше рукопожатие? Я ощущал твоё тело. Настоящее, плотное, местами даже потное. Голограммы на такое, как мне кажется, не способны.

— Мы сейчас здесь не для того, чтобы обсуждать меня, — заявил Латт. — Мы здесь для того, чтобы пояснить тебе суть нового задания.

— Неправильная формулировка, — заявил я. — Для того, чтобы у наёмника появилось новое задание, он должен с ним согласиться. Я ни с чем соглашаться не намерен. Потому что не существует ни единого варианта, при котором «Малыши» не погибают во время выполнения этого, несомненно, важного для твоего заказчика задания.

— Ты отказываешься? — кажется, впервые в голосе Латта мелькнуло удивление. — Насколько мне известно, безземельный виконт Каэль Вераский не отказывается от заданий, даже если они выглядят как сущее безумие.

— Безземельный виконт, возможно, и не отказался бы, — я пожал плечами. — А вот владелец вольного отряда наёмников «Малыши» — отказывается. Потому что это чистой воды самоубийство. Если ни ты, ни твой заказчик не можете добраться до корабля, несмотря на все технологии предтеч, не понимаю, каким образом девять простых людей сумеют это сделать? Эта задача невыполнима. Ни для «Малышей», ни для другого отряда наёмников. Чтобы стащить корабль с планеты, которую стережёт старый Ретранслятор, нужна армия. Желательно численностью во всю империю Тирис. Чтобы закидать ксорхов трупами и, пока они их жрут и давятся, отважная группа смельчаков утащила бы корабль домой. Это единственный вариант, другого я физически не вижу. Так и передай своему таинственному заказчику — «Малыши» отказываются. Нет такой цены, ради которой мы подпишемся под собственными похоронами.

— Я ничего не говорил про старого Ретранслятора, — заметил Латт.

— Думаешь, ты один такой шустрый? — усмехнулся я. — Я уже был на этой планете. Думаешь, почему этот корабль до сих пор находится не в моём пользовании? Потому что для «Малышей» это невозможно! Мы взвесили все за и против, приняв решение, что рисковать не стоит. Нужна армия.

— Однако на планете находишься ты, а не армия, — заметил Латт. — И был ты здесь один, а не в составе армии. Малая группа способна выполнить это задание. Вероятность подобного исхода практически двадцать три процента. Нас устраивают подобные вероятности.

— Вот ты сейчас вообще себе легче не делаешь, — заметил я. — То есть ты открытым текстом говоришь, что с вероятностью семьдесят семь процентов мы умрём? Спасибо, конечно, но теперь уже точно нет! «Малыши» под подобное безумие не подпишутся. Ты мне лучше вот что скажи — мне назад как добираться? Прыгать по галактике, как ты, я не умею. Раз ты сюда меня приволок, то будь любезен вернуть туда, откуда взял.

— Верну, — пообещал Латт. — Это не проблема.

— Тогда возвращай, и разойдёмся друзьями, — предложил я. — Когда появится задание, с которым мы всё же сможем справиться — приходи, обсудим.

— Заказчику нужен этот корабль, — Латт явно не умел слышать слово «нет». — Считаю, что тебе будет разумнее согласиться с заказом и приступить к обсуждению стоимости твоего участия. Боюсь, если ты откажешься, то мне придётся применить несколько непопулярных решений. Например, империя Тирис может узнать много интересного. Например, о том, что на безжизненной планете Таркос находится база одной весьма любопытной группы наёмников. Или о том, что под твоей скромной формой «Груваки» скрывается полный доспех предтеч. О «Малышах» можно многое поведать, Каэль.

— Пугать меня вздумал? — я даже улыбнулся. — Так это ещё глупее, чем рассказать про двадцать три процента успеха. Расскажешь про доспех предтеч и базу на Таркосе? Переживём. Построим новую базу и получу новую броню. Эту, так и быть, сдам. А вот что будет с Орвейнами? Сейчас для империи Тирис это всего лишь обычный род виконтов, который никому не интересен. Но стоит Соларионам узнать о том, что на их планете находился средний форт предтеч, и что Орвейны полным ходом вели запрещённые разработки — дела у них явно