Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

его лицо покраснело от натуги, но он не сдавался. Вцепился зубами в препятствия и шёл до конца, пусть и медленнее, чем я. Каждый раз, когда сил не хватало, он бросал на меня взгляд, и в его глазах мелькало то же упрямство, что когда-то двигало и мной.

После полосы перешли на отработку рукопашного боя. Расчистили площадку неподалёку от казармы и начали тренироваться. Я показывал Костёву приёмы из прошлой жизни. Не те отточенные движения, которым учат в академиях, а жёсткую, грязную боевую технику. Бить в горло, в пах, выкручивать суставы, вырывать глаза — всё, что поможет выжить в настоящем бою.

Кое-что Коля уже успел выучить в части, но это была лишь основа. Я же делал упор на реальные ситуации: атака штыком, ружьём или автоматом, даже с ножом поработать успели. Я был безжалостен — сбивал его с ног, бросал на землю, заставлял подниматься и продолжать. Так учили меня, так учил и я.

Когда мы закончили, были мокрые, словно после душа. Пот струился по лицам, форма прилипла к телу. Но в глазах Коли горел новый огонь — огонь знаний и уверенности.

Тем временем на плацу начали собираться остальные курсанты. Их выстроили в шеренги. Аристократы зевали, переминаясь с ноги на ногу. Форма у многих была не по уставу заправлена — мятая, кое-как застёгнутая. Мы с Колей, хоть и потные после тренировки, выглядели куда приличнее.

К нам вышел лейтенант — широкий мужик с массивными плечами, которые натягивали ткань кителя до предела. Тёмные волосы, словно смола. Карие глаза с тяжёлым, оценивающим взглядом.

Он поморщился, оглядев заспанных курсантов, и заметил нас с Колей, стоящих чуть в стороне.

— Ты! — указал пальцем на меня. — И ты? — перевёл взгляд на Костёва.

— Младший лейтенант Магинский, — представился я, вытягиваясь по стойке смирно.

— Сержант Костёв, помощник господина Павла Александровича, — быстро отрапортовал Коля, копируя мою позу.

— О вас я слышал, — чуть склонил голову лейтенант, окидывая нас оценивающим взглядом. — Вы освобождены от утренней зарядки.

— Что? — тут же разнеслось по рядам земельных аристократов. Возмущённый гул прокатился по шеренгам. — Это почему?

— Тихо! — рявкнул лейтенант так, что у ближайших курсантов заложило уши. — Ещё слово, и будем заниматься до обеда!

Коля удивился, но сдержал улыбку. Ему почему-то приносило огромное удовольствие, что рядом со мной он выше всех остальных.

— Магинский, объяснишь своему аристократическому брату? — лейтенант кивнул в сторону земельных.

Я сделал шаг вперёд.

— Мы уже выполнили с сержантом комплекс обязательных упражнений.

— Дважды! — добавил мужик, скрестив руки на груди. — Пока вы, принцессы, просыпались, они тут хреначили!

И вот все земельные начали бегать по плацу, выполняя нормативы, а нас подозвал к себе лейтенант. Теперь я смог его рассмотреть лучше. Щетинов Алик Арсланович. Невысокий, но крепкий, словно дуб. Челюсть квадратная, будто высеченная из камня. На руках виднелись многочисленные шрамы — явно следы реальных боёв, а не тренировочных поединков.

Мужик опросил меня, где я служил до этого и что умею. Я слушал внимательно, кивая каждому слову.

— Значит, так! — хмыкнул он, подводя итог. — Вам необязательно заниматься физподготовкой и построением. Вижу, что вы уже всё прошли до этого. Но груши околачивать тоже не позволю.

— Разрешите нам самостоятельно заниматься утром, — предложил я, уважительно глядя ему в глаза. — А потом мы будем учиться в классах?

— Свободны, — махнул нам рукой Щетинов. Под завистливые взгляды земельных аристократов мы с Колей отправились ещё раз в душ.

После почистили форму и привели себя в порядок, заглянули в пустой класс. Нужно было понять, чему здесь учат будущих офицеров. В школе они проводят не больше месяца перед отправкой на фронт. За такой короткий срок сложно дать полноценные знания о командовании.

В шкафу нашлись учебники по тактике, стратегии, организации тыла, взаимодействию разных родов войск. Я пролистал несколько: базовые знания, ничего сложного. В прошлой жизни изучал военное дело куда глубже.

— Держи, — передал книги Коле. — Читай, и чтобы от зубов отскакивало. Особенно обрати внимание на раздел о взаимодействии с магами на поле боя.

Сержант кивнул, уткнувшись в учебник. Его глаза бегали по строчкам, губы беззвучно шевелились, он старался запомнить каждое слово.

В этот момент в класс зашёл майор. На вид ему лет тридцать, не больше. Худой, с тонкими чертами лица. Он был не просто стройным — изящным. Блондинистые волосы аккуратно зачёсаны набок, голубые глаза смотрели с лёгкой насмешкой. Аристократичные манеры, лёгкая походка — он словно попал в армию случайно, по ошибке. Подозрительно смазливый для военного.

Форма сидела на нём идеально, каждая складка выглажена, каждая пуговица начищена до блеска. Но что-то в его облике казалось фальшивым. Не чувствовалось от него силы, не было той стальной жилки, которая есть в настоящих военных.

— О, кто у нас тут⁈ — воскликнул майор, увидев меня. Голос высокий, с лёгкой хрипотцой. — Вы, должно быть, тот самый Магинский, о котором все говорят.

— Так точно, господин майор, — я вытянулся в струнку.

— Сосулькин Эдуард Антонович, — представился он, протягивая тонкую руку для рукопожатия. Странный жест для военного. — Я в восторге, что буду учить таких способных молодых людей. Слышал, вы уже навели шороху в столовой?

Я промолчал, лишь слегка кивнув. Коля опустил глаза, притворяясь, что полностью увлечён чтением.

— Вас так внезапно перевели к нам, — продолжил майор с улыбкой, усаживаясь на край стола, как преподаватель, а не военный. — Как вы относитесь к тому, что вас отправили на службу?

Странный вопрос. Зачем ему это знать?

— Долг перед Родиной — превыше всего, — ответил я нейтрально.

— Конечно-конечно, — закивал Сосулькин. — А война? Как вы относитесь к этой войне с турками и татарами?

Ещё более странный вопрос. Проверяет мою лояльность?

— Война — это продолжение политики другими средствами, — процитировал я древнее изречение. — Моё дело — служить, а не рассуждать.

Майор задумчиво потёр подбородок. Его глаза сузились, оценивая, но я оставался непроницаемым. Пусть гадает, что у меня на уме.

Колю отправили в казарму с учебниками, а я остался с майором Сосулькиным. Он расхаживал по классу, слегка покачиваясь на каблуках начищенных сапог. В его движениях чувствовалась какая-то искусственность — так двигается человек, который играет роль, а не живёт ею.

— Значит, вы из Томской губернии? — протянул майор, остановившись у окна. За его спиной виднелся плац, где всё ещё мучились курсанты. — Далековато от наших мест. Что скажете о здешних краях?

— Жарковато, — отрезал я, наблюдая за реакцией.

Сосулькин усмехнулся, но как-то натянуто. Его пальцы постукивали по подоконнику в каком-то нервном ритме.

— А что думаете об аристократах? — продолжил он допрос. — Вы ведь